Брайан Толуэлл - Неподвластный богам

– Прекрасно! – процедил Конан. – Значит, повсюду одни враги! Как легко мой народ предал меня!

– Не горячись, повелитель, – сказал Хадрат. – Помни: люди Аквилонии – всего лишь жертвы чудовищного гипноза,

– Кто правит теперь в Тарантии? – спросил Конан. – Не сам же бог воссел на мой трон?!

– Нет, господин. Нового бога пока мало кто видел. От его имени правит Троцеро, граф…

– Что?! Кром и Митра! – не веря своим ушам, воскликнул Конан. – Троцеро – мой самый верный друг!

– Прости, господин… – Низко поклонившись низвергнутому королю, поклонник Асуры покинул собравшихся.

Воцарилось тягостное молчание. Наконец зловещую тишину разрезал могучий голос Конана:

– Ксальтотун украл у меня королевство – я вернул его. Ях Чиенг похитил мою Зенобию – и я освободил ее. Тезиас отнял у меня все – друзей, власть, уважение народа, мою любимую супругу! Мои подданные сошли с ума, моя королева плещется в этом кувшине, сам я предан теми, кому верил. Но, клянусь Кромом, – Конан возвысил голос; соленые слезы стекали по его испещренному шрамами лицу, – я покараю злодея, верну себе супругу, царство, любовь аквилонцев – хотя бы для этого пришлось сразиться со всеми демонами ада сразу. И пусть проклянут меня боги, если я проживу хотя бы один миг, не веря в нашу победу!

Пелиас, Просперо, Паллантид, Хадрат поддержали его. Верные друзья также поклялись отдать жизнь за освобождение Аквилонии и всех стран Хайборийского мира от власти Великой Души.

Помолившись своим богам, люди обсудили план действий. Действовать же следовало незамедлительно; даже здесь, в тайном храме Асуры, оставаться долго было небезопасно.

– Я отправлюсь в Стигию, разыщу Хьяхъю, кем бы ни был, и вытрясу из него, как справиться с Тезиасом. Зенобию возьму с собой, – твердо произнес

Конан.

– Мы поедем с тобой! – в один голос заявили друзья.

– Я привык путешествовать один! – отрезал киммериец.

– Послушай, Конан! – в волнении молвил Пелиас.- В том, что случилось, больше всего моей вины. Не забывай: именно я воспитал злодея, именно я, старый дурак, не углядел, какой змей растет под моим крылом. Не лишай же меня возможности исправить главную ошибку всей моей жизни! И еще. Да, против мощи Тезиаса мои чары оказались бессильны, но, Конан, ты не можешь предугадать, что ждет тебя в опасном путешествии, а я все же волшебник и, кто знает, вдруг и окажусь полезным тебе! Кроме того, мне некуда идти: за мою голову обещана щедрая награда, и скоро проходимцы разных стран будут рыскать повсюду в поисках старого Пелиаса! Наконец, Конан, кто, как не я, может быстро доставить тебя в Стигию, обратившись за помощью к своим крылатым друзьям?! Знаю, путешествие на верном коне более привычно для тебя, и опасности в пути не страшат столь отважного героя, но, согласись, время работает против нас, и каждая потерянная нами секунда укрепляет силу Тезиаса!

– Ты прав, Пелиас! – прочувственная речь мага тронула сердце варвара, острый же ум его воспринял все доводы чародея. – Не любитель я путешествовать в обществе волшебников, но так и быть, ты меня убедил!

– Послушай и меня, господин! – вдохновенно произнес Хадрат. – И мне ведомо, что больше, чем в помощь богов, веришь ты в собственные силы и мощь доброго оружия в твоих крепких руках! Ты уже раз отказывался разделить свою дорогу с поклонниками нашего бога. Но пойми, сейчас другой случай, и я уверен: тебе пригодится мудрость Асуры, хранимая нами века! Ты знаешь, господин, и другое: никто лучше меня не умеет обращаться с Сердцем Аримана. Сердце же мы должны взять с собой; если оно попадет в лапы Тезиаса, карлик станет воистину непобедим! Позволь же и мне сопровождать тебя в опасном твоем путешествии!

– Ладно, Хадрат, и ты меня убедил! – согласился Конан.

Обращаясь к Просперо и Паллантиду, король сказал:

– Итак, мои верные товарищи, вы остаетесь здесь, в Тарантии. Будьте начеку, враг силен, дьявольски хитер и потому очень опасен! Границы его возможностей нам неведомы. Никаких инструкций не оставляю: вы сами знаете, что предпринять. Когда нужно будет, я сообщу о себе. Если же мне и моим друзьям, – он кивнул на Пелиаса и Хадрата, – суждено умереть, не дойдя до цели, все равно продолжайте борьбу! Не верю я, что гордая Аквилония долго будет терпеть иго призрачного бога! Прощайте!

– Мы не подведем тебя, Конан! – неловко смахивая слезы, заверили короля Просперо и Паллантид.

…И никто не заметил, как три большие птицы, похожие на орлов, но со странными горбами на спине, взмыли в ночное небо Тарантии и взяли курс на юго-восток.

Глава VIII

Сообщив Конану, что ради покорения Немедии пришлось пожертвовать одним лишь ее королем, Тезиас слукавил. Театральное действо с распылением Тараска над площадью перед королевским дворцом было сплошным надувательством. Тараск был жив и сейчас, парализованный, лежал в своей опочивальне. Работали только его голова, глаза, уши, рот и – пока еще – разум.

В воздухе над лежащим пластом Тараском висел фантом.

– Дурак ты, бывший король, как есть дурак! – ехидно щебетал Тезиас. – Зачем ты запер меня в подземелье? Глупо было надеяться, что камни земные удержат мою Великую Душу!

– Будь ты проклят, гнусный карлик! – стараясь не смотреть на фантома, молвил Тараск. Его тошнило от безмерного унижения и сознания своего полного бессилия. Но Тезиас не обращал внимания на проклятия.

– Напрасно ты презираешь меня, Тараск! Разве я не самый гуманный завоеватель всех времен и народов?! Знаешь, как я покорил Аквилонию? Местные жители сами выгнали Конана и, плача от внезапно свалившегося на них счастья, провозгласили меня своим богом! Спасаясь от народного гнева, бывший король с позором бежал.

– Он вернется и открутит твою подлую башку, пес! – убежденно заявил Тараск.

– Ой, какие мы стали злые! – сокрушенно протянул фантом. – Не ты ли взял меня в слуги, чтобы я помог тебе сокрушить киммерийца? И вот теперь я сделал это – без твоей помощи, как видишь, – а ты, неблагодарная душа, желаешь ему победы!

– Лучше он, чем ты, фальшивый божок! Митра покарал меня за мою глупость!

– Митра? Где твой Митра? Опомнись, Тараск, наступила новая эра, эра Великой Души. Избавляясь от старых богов, мир стремительно катится к моим ногам! Завтра я завоюю Офир и Коф. Древние королевства будут управляться от моего имени. А ведь и ты, глупый король, мог стать моим наместником в Немедии, вознося хвалу новому богу!

– Убей меня, собака! Не могу я больше слушать твои бесстыдные речи! Верю, недолго тебе помыкать гордыми народами!

– Убить? – Тезиас расхохотался. – И тебя не страшит смерть, которую я тебе могу дать? Помнишь? У меня ведь особая смерть! Где ты желаешь провести остаток дней – в пауке? В попугае? В твари подземной? Или посадить твой ограниченный разум в тело демона?