Дженни Ниммо - Призрак из прошлого

– Чтоб мне лопнуть, если вру! – убежденно воскликнула артистичная Оливия, и лицо у нее было честное-пречестное. – Только он потом почему-то выбежал из другой арки и умчался наверх. Вы, наверно, разминулись.

– А кстати, чем он провинился? – невинно поинтересовалась Бинди.

– Не твоего ума дело, – грубо отрезал раздосадованный и взлохмаченный Манфред, приглаживая волосы.

– И вообще мы не его ищем, – ляпнул Аза.

Манфред метнул на него испепеляющий взор.

– А что тут забыл прадедов пес? – кивнул Манфред на Душку.

– Да вот мы решили его вывести, – доброжелательно объяснила Бинди.

Недовольные мальчишки двинулись было к лестнице, но Аза вдруг обернулся и спросил:

– Что вы вообще тут забыли?

– Да так, знаешь, захотелось немножко посидеть в тишине. – Оливия возвела глаза к небу. – Эти мальчишки так шумят, деваться от них некуда.

– Я бы на вашем месте в руинах не засиживался. – Аза скверно осклабился и вслед за Манфредом стал подниматься по ступенькам.

– У меня от него мурашки по спине, – вполголоса призналась Бинди.

На всякий случай девочки выждали еще минут пять и только потом выпустили Генри. Он перевалился через край саркофага и плюхнулся на траву, являя миру заляпанные плесенью брюки и плащ, а также паутину на голове.

– Я там сидел вместе со здоровенной жабой! – сообщил он. – А я не любитель жаб.

Девочки по мере сил почистили его, после чего уселись обратно и разделили на троих булочку, которую Бинди удалось позаимствовать в столовой. Булочка была, к сожалению, совсем маленькая.

Генри поведал новым знакомым о своем родном домике на побережье и о том, как попал в будущее с помощью Времяворота. Оливия вдохновенно описала приключения своей мамы-актрисы на съемках в джунглях, а Бинди рассказала, как ездила к бабушке и дедушке в Индию.

Когда издалека донесся рожок на ленч, Оливия предложила:

– Генри, а пойдем с нами? Держись спокойно, не нервничай, а когда доберемся до столовой, как-нибудь проскользнешь на кухню.

Генри в своем рассказе ограничился тем, что сообщил девочкам, будто прячется в кухне. У него не было причин им не доверять, но обиталище кухарки, ставшее ему прибежищем, благоразумнее было держать в тайне.

К несчастью, на пороге кухни он налетел на девушку-раздатчицу.

– А ты что тут делаешь? – удивленно спросила она.

– М-м-меня просили кое-что передать кухарке.

– Тогда тебе в холодильную, – мило улыбнулась девушка.

Генри пробежал через кухню, но в холодильной кухарки не обнаружилось. Тогда он попытался отыскать тот буфет, в котором был потайной ход, но дверок оказалась уйма, и все неправильные: за одними посуда, за другими чулан. Можно было подумать, будто комната кухарки исчезла! Мальчик в отчаянии рылся в очередном шкафу, раздвигая ряд шуршащих клеенчатых фартуков и надеясь, что за ними окажется ход, и тут чья-то могучая длань крепко взяла его за плечо.

– Генри Юбим, где тебя носило? – прошипела ему в ухо красная как свекла и очень рассерженная кухарка.

– Я… я просто пошел прогуляться, – робко объяснил он.

– А что тебе было сказано? Сидеть и носа не высовывать! – Кухарка прямо кипела. – А? Забыл? Не смей больше никуда ходить! Это опасно!

– Я больше не буду! – сокрушенно пообещал Генри.

– Что, всю кухню перерыл, а прохода так и не нашел? – Кухарка разгребла фартуки, и за ними – о чудо! – оказалась дверная ручка. Генри подтолкнули в спину. – Дальше дорогу найдешь сам. Если повезет, через полчасика будет тебе ленч. – И дверца захлопнулась.

Генри пробрался сквозь джунгли швабр и метел и наконец-то оказался в знакомом коридоре. В комнате у кухарки он устроился у печки и принялся жалеть себя.

Неужели ему придется провести на подпольном положении всю оставшуюся жизнь? Прятаться от людей, которые неизвестно почему его невзлюбили? И почему снаружи опасно? Потом ему вспомнилось, как Манфред спрашивал про прадедова пса. И кто же, интересно, у Манфреда прадедушка? Неужели?.. Да нет, быть того не может. Люди столько не живут. Если это и впрямь кузен Зики, то ему, получается, перевалило за сто.

«В принципе это возможно», – вдруг понял Генри и содрогнулся. Если Зики все еще жив, он все еще хочет избавиться от него, Генри. Любой ценой. Любым способом.

Ну почему Времяворот занес его в академию, а не куда-нибудь еще! Хотя бы домой к Чарли Бону. Там-то, наверно, тихо и спокойно.

А в это самое время дома у Чарли Бона было далеко не тихо и вовсе не спокойно. И Чарли, откровенно говоря, предпочел бы находиться где угодно, но только не здесь. Они с Бенджи сидели на кухне и ломали головы, как быть дальше. Чарли уже раз десять созвонился с Фиделио и Габриэлем, и в результате отчаянных переговоров выяснилось, что никого из родителей не найти, а тех, кого найти удавалось, ни в какую не удавалось уговорить отвезти их на Вершины.

– Можно вызвать такси, – предложил Бенджамин. – У меня есть три фунта.

С точки зрения Чарли, трех фунтов было маловато. Как назло, мама была на работе, а Мейзи отправилась по магазинам. Просить у бабушки Бон Чарли и в страшном сне бы не приснилось.

– Плохо дело. – Чарли мрачно уставился в окно и начал собираться с духом, чтобы побеспокоить дядю.

Не успел он вымолвить это, как к дому номер девять подъехала шикарная машина, из нее выскочил Лизандр и замахал приунывшим друзьям.

Чарли быстро нацарапал записку маме, похлопал себя по карману, проверяя, взял ли ключ от дома, и успел открыть Лизандру прежде, чем тот успел позвонить.

– Приветик, Чарли! – сказал Лизандр. – Папа взялся подвезти нас к Габриэлю.

За спиной у Чарли возникли Бенджи и Спринтер-Боб.

– А друга с собакой взять можно? – спросил Чарли.

– Ну конечно! Чем больше компания, тем веселее.

Все трое поспешили за Лизандром к автомобилю; африканец забрался на переднее сиденье, а мальчики с псом устроились сзади, где, на кожаных подушках, уже ждал их Фиделио.

– Приветствую вас, молодые люди, – приветливо произнес сидевший за рулем темнокожий красавец.

– Это мой папа, – представил его Лизандр, – он судья, но не пугайтесь.

– Здравствуйте, сэр, – почтительно сказали Бенджамин с Чарли, которых вид импозантного мужчины в таком авто просто поразил.

Автомобиль плавно, как по воздуху, тронулся с места, проплыл по Филберт-стрит, как лодка по каналу, обогнул парк и стал подниматься все выше и выше на холм, в фешенебельный район. Но ни судья, ни мальчики не заметили, что за ними на почтительном расстоянии движется желтенькое такси. Наконец они выехали на аккуратную дорогу, которая вела к Вершинам. Мимо замелькали роскошные дома, но вот они кончились, и автомобиль выехал на опушку лесной чащи и остановился перед обветшалым домом. Во дворе (довольно-таки запущенном) копошились на клумбе куры и бессовестно объедала куст коза.