Артур Сайлент - Змеиное королевство

— А о чем еще можно говорить в ожидании смерти? Только о том, что осталось по ту сторону этих каменных стен. Не стоит задумываться о том, что ждет нас впереди. Алтарь Великого Змея — страшное место, и смерть наша будет поистине ужасна… Лучше расскажи мне о своей далекой стране.

— А ты мне — об этом ужасном Змеином королевстве.

— Хорошо.

Глава четвертая

Загремели трубы, и Ка-ну в сопровождении высших офицеров Алой Стражи выехал к воротом города. Армия Кулла и пикты-лучники держались поодаль. Над головой посла развевалось белое знамя. Старику пикту, развращенному излишествами цивилизации, трудно было сидеть в седле, но он старался держаться прямо и надменно.

При появлении парламентеров на стене над восточными воротами появилось несколько горожан и десяток воинов, носящих плащи с цветами Кануба.

Когда до ворот осталось не больше трех десятков шагов, Ка-ну натянул поводья, потом поднес к губам рупор, на скорую руку скрученный из полосы бронзы:

— Я посол пиктов в Валузии — Ка-ну. Сейчас я стою во главе отрядов Алой Стражи. Я требую, чтобы те, кто командует вами, явились и объяснили мне, что происходит в городе. Почему закрыты ворота? Откуда звон оружия?.. Я хочу видеть Главного советника Ту…

Ка-ну пришлось трижды повторять свою просьбу. Наконец на стену в сопровождении многочисленной стражи вышел толстяк, который из-за маленького роста казался маленьким круглым мячиком. Рядом с ним возвышался широкоплечий гигант, сгорбившиийся под тяжестью лет. Конечно, в этой странной парочке Ка-ну сразу узнал Кануба, барона Блала, и графа Фанара.

— Что за войско подошло к стенам моей столицы? — грозно поинтересовался Кануб.

— С каких это пор она стала твоей? — спросил пикт. Он специально выбрал оскорбительную манеру разговора, решив попробовать разозлить заговорщиков — ведь в запале человек может сказать многое из того, о чем промолчит в обычной обстановке.

— Хрустальный город мой, точно так же как и вся Валузия! — хвастливо заявил толстяк. — Я — единственный законный наследник короля Борна! Самозванец долго правил страной, но теперь он мертв, Ту схвачен нами, и скоро мои люди прочешут страну, вырывая с корнем ростки измены…

Пока барон произносил напыщенные речи, граф Фанара стоял молча, внимательно наблюдая за Ка-ну и его спутниками. Наконец, когда Кануб выдохся, вновь заговорил пикт:

— С удивлением слышу я подобные речи от тебя, барон. Помню совсем недавно ты на коленях ползал по полу Тронного зала, валялся в ногах Кулла, умоляя короля сохранить тебе жизнь, после того как Ту раскрыл очередной твой заговор. Видимо, зря Кулл пощадил тебя. Но ты, граф Фанара! Что у тебя общего с этим грязным обманщиком?

— Кануб законный правитель Валузии! — объявил граф.

Выждав довольно долгую паузу, Ка-ну вновь заговорил:

— И все же я хотел бы видеть Главного советника Ту.

— Ту — мертв.

— Тогда я хотел бы увидеть его голову, — не унимался хитрый пикт.

— Часть королевского дворца обвалилась, и труп Ту оказался похоронен под развалинами, — после некоторой заминки ответил Кануб.

— Значит, он еще жив, — тихим голосом сказал пикт окружавшим его офицерам. — Судя по всему, они осадили Главного советника в королевском дворце, однако долго Ту там не продержится… Сколько у него может быть людей?

— В городе оставались только воины ночной стражи да те, кто охраняли ворота… Хотя тех, кто нес стражу у ворот, бунтовщики, скорее всего, убили.

— Выходит, у Ту?..

— Человек двести, не больше. Если, конечно, к нему не примкнули горожане, — сказал офицер.

Ка-ну покачал головой:

— Сомневаюсь. Судя по всему, горожане перешли на сторону восставших.

— Но почему? — удивился офицер Алой Стражи. — Ведь при правлении Кулла город расцвел. Торговля…

Но пикт не дал ему договорить.

— Когда в дело замешаны эти змееныши, ничего нельзя сказать заранее. К тому же Ту перед самым восстанием прислал мне письмо. Он подозревал, что зреет заговор, причем не без помощи змеелюдей.

— А при чем здесь горожане? — недоуменно поинтересовался другой офицер. — Разве станут люди действовать заодно с этими тварями?

— Змеелюди часто используют колдовство. Они могут затуманить разум горожан.

— Значит, нам придется убивать невинных?

Ка-ну задумчиво почесал подбородок.

— Сложно сказать… Прежде чем что-либо предпринять, надо точно узнать положение дел в городе. Надеюсь, что Ту и его люди все еще держатся… Но штурмовать город? Не думаю, что нам стоит идти на столь отчаянные меры. Пусть дворец осажден, но если Кулл и в самом деле погиб, то Кануб — законный наследник. А тогда, независимо от того, поддерживают его змеелюди или нет, напав на город, мы рискуем развязать гражданскую войну. И неизвестно еще, кто поднимется на трон Валузии. — Потом Ка-ну снова повернулся к городу и прокричал в медный рупор: — Откуда вам известно о смерти Кулла?

— Мы перехватили письмо одного из его офицеров к Главному советнику Ту.

Пикт задумался. Такое было вполне возможно. Но даже если бы он потребовал письмо, то, что передали бы ему, вполне могло бы оказаться подделкой.

— И все же я хотел бы увидеть Ту, живого или мертвого.

— Вы не верите мне? — удивился Кануб. — Но как бы там ни было, я предлагаю всем Алым Стражам сложить оружие. Если они проявят благоразумие, то никого из них я не трону. Забыв старые обиды, я позволю всем им вернуться на родину, в горы Залга-ры. В противном случае я, перебив вас, отправлюсь и карательный поход на восток. Не будет пощады ни старым, ни малым…

Ка-ну тяжело вздохнул. На своем веку он слышал много подобных речей, но, как подсказывал жизненный опыт старого пикта, чем страшнее были угрозы, тем маловероятнее их исполнение.

— Что вы думаете по этому поводу? — обратился пикт к сопровождавшим его офицерам.

— Нужно взять город штурмом! — воскликнул самый горячий из них. — Мы убьем подлого предателя…

Ка-ну задумался. Несомненно, Кулл поступил бы именно так. Повел бы войско на город. Но сколько при этом погибло бы невинных людей, одураченных льстивыми речами барона Блала или заклятиями змее-людей. Нет. Даже несмотря на то, что Ту угрожала смертельная опасность, идти на штурм было нельзя. Если Ка-ну повернет Алых Стражей против народа Валузии, то он и моргнуть не успеет, как развяжется гражданская война, и неизвестно еще, чем все это кончится. Значит, старым советником придется пожертвовать. В конце концов, если даже мятежный барон подчинит себе Хрустальный город, это вовсе не означает, что он станет повелителем страны. А тем временем, быть может, удастся получить какую-то весточку от короля.