Алёна Реброва - Пути неисповедимых

Ознакомительный фрагмент

Эти слова подействовали, как заклинание, мы все разом замолчали и с жадностью уставились на куски ароматного мяса. Разделив все это великолепие между нами и питомцами Кудеяра, мы принялись за еду, предварительно поставив на огонь чайник с травами.

— Мясо действительно получилось потрясающее, — похвалил Дейк то ли стряпню Леопольда, то ли приправу царевича.

— Я же говорил, — сказал Кудеяр, откусывая от одного из кусков.

После еды, когда голодный желудок каждого наполнился, мы умиротворенно развалились около костра с кружками псевдочая. Даже вечно угрюмый царевич заулыбался, лег на землю и блаженно замурлыкал. К нему присоединилась пантера и оба они стали сотрясать воздух своим громоподобным «муррр».

Небо постепенно чернело, вскоре все, что находилось дальше от костра, ушло в темноту. Вокруг стало холоднее, промозглые ветры стали как будто сильнее. Среди этого свиста мы все вдруг ясно различили еще один, который вызвал холодные мурашки страха на коже и нервную дрожь.

— Волки? — насторожился Леопольд, по-звериному поведя носом по воздуху.

— Если бы, — помрачнел Дейк, поглядев в темноту. — Не просто так боятся пустынь Тангейя. Здесь водятся твари похуже волков.

— Нам нечего бояться, — усмехнулся Кудеяр, едва сдерживая дрожь на плечах. — К огню они не подойдут, а если осмелятся, то у Мафусаила будет плотный ужин.

— Чего дрожишь? — спрашиваю у царевича.

— Мерзну. Я привык к теплу Охмараги, а з-здесь… здесь ужасно холодно, — объяснил он, прикладываясь к своей кружке с горячим отваром и кутаясь в меховой плащ. — Ненавижу холод.

— Да уж, — кивнул Дейк, прижимаясь боком ко мне. — Холодно. Спать лучше всем вместе, так не замерзнем.

— А мне обязательно спать человеком? — спросил Леопольд, тоже ежась.

— Да! — хором ответили мы с рыцарем.

— Ты совсем не бываешь в нормальном состоянии. Скоро на двух ногах ходить разучишься, — проворчал Дейк, подкидывая веток в костер.

— Но я же замерзну! — запротестовал оборотень.

— Укутаешься плащом, прижмешься к нам и не замерзнешь, — пресек все возражения рыцарь. — Ты хочешь стать человеком или озвереть в конец?

— В шкуре теплее, — обиженно заметил Леопольд, обнимая колени.

— Ладно, давайте спать, — вздохнул Дейк, прицеливаясь и закидывая свою кружку точно в котелок.

— Мафусаил! — позвал своего дракона Кудеяр.

Как только тот прилетел, царевич велел ему лечь прямо у подножия холма. Мафусаил лег, свернувшись широким кругом, и мы все устроились рядом с животом ящера, как за забором.

Дейк по неизменной традиции лег рядом со мной и обнял, закрыв плечом от ветра. Леопольд устроился спиной к спине с рыцарем, а Кудеяр завалился спать, прижавшись спиной ко мне и обняв свою пантеру, которая легла с самого края. Все мы укрылись с головы до пят плащами и так приготовились провести ночь.

3. Кроличья ферма

Сложно сказать, сколько времени я проспала, прежде чем проснуться. Кудеяр, на чей широкий меховой плащ я улеглась во сне, ни с того ни с сего вскочил, резко дернув шкуру за собой. В итоге меня перевернуло в воздухе и я упала на голую землю.

— Ай! — невольно вскрикиваю, хватаясь за голову. Чую, светит мне большая шишка на затылке…

— Что это за звуки? — пробормотал Кудеяр, поднимаясь.

— Ветер, наверное, — говорю, сев на земле. Удивительно, но ни Дейк, ни Леопольд не проснулись от моего вскрика, оба спали, как убитые.

— Нет, не ветер, — помотал головой царевич. Настороженно растопырив свои длинные уши по ветру, как локаторы. — Это… как будто дети плачут.

— Откуда здесь могут быть дети? — недоуменно спрашиваю, прислушиваясь. В отличии Кудеяра, я не различала никаких подозрительных звуков… хотя, возможно, виной тому звон в ушах после удара головой. Из-за него я и себя не очень-то хорошо слышу. — Ложись спать, тебе примерещилось.

— Тс! — шикнул на меня царевич, приподняв уши повыше. — … Вот, опять! Звук идет оттуда, — указал куда-то вперед. — Там точно кричат дети!

— А это не могут быть твари, заманивающие нас к себе своими изменчивыми голосами? Я слышала, что тут и такие водятся…

— Возможно, — неуверенно сказал Кудеяр, призадумавшись. — А если это все же дети? Судя по голосам, им лет восемь-девять… почти как моим сестрам.

— Предлагаешь пойти проверить? — спрашиваю, до последнего надеясь, что никуда идти не придется.

— Да, — твердо сказал царевич, разбив все мои надежды. — Пойдем вдвоем, незачем будить этих, — кивнул на спящих. — Я справлюсь с любой тварью, если понадобиться, а ты детей успокоишь. Меня они наверняка испугаются не меньше, чем стаю волков…

— Ладно, пойдем, — вздыхаю, поднимаясь с земли.

Глянув на спящих и молча им позавидовав, я еще раз вздохнула и, кутаясь в плащ, последовала за длинноухим царевичем, в котором вдруг пробудилось благородство.

Лунного света вполне хватало для того, чтобы различать крупные предметы на несколько десятков метров вокруг… но только не камни на земле, о которые я то и дело спотыкалась и в итоге отставала от Кудеяра. Растопырив свои локаторы, царевич уверенно направился в сторону слышащихся ему звуков. Он как будто заранее знал, где ему попадется камень или ямка, быстро обходил все препятствия.

— Они совсем рядом! — вдруг воскликнул царевич и перешел на бег. Я устремилась за ним, пытаясь если уж не догнать, то хотя бы не потерять Кудеяра из вида.

Мы пробежали еще около трехсот метров, а потом вдруг выяснилось, что мы двигались прямо к холму, который резко обрывался. Тренированный нелюдь мгновенно сгруппировался и спустился вниз по крутому склону без всяких затруднений. Я же, пытаясь затормозить, споткнулась у самого края, упала на землю и красиво покатилась вниз по веткам, острым камням и кочкам… Когда я добралась до основания холма, все тело напоминало избитый и изрезанный мешок с костями. Лицо и голову я, слава всем богам, все же смогла вовремя закрыть руками, потому сотрясение мозга или уродливые шрамы на лице мне не грозили. К сожалению, о черных синяках, вывихах и даже переломах того же сказать нельзя.

Кудеяр, пронаблюдав мое падение, тяжело вздохнул.

— Как ты вообще дожила до своих лет? — удивленно спросил он, помогая мне подняться. — Ходить можешь?

— Относительно… Ой-ей-ей… рука!…

— Ну ты и чучело! Пойдем. Разберемся с детьми, потом с тобой.

Первые десять шагов я хромала, но потом привыкла к боли и смогла идти быстрее.

— И где твои дети?

— Помогите!!! — неожиданно я все же уловила едва различимые звуки. — Кто-нибудь!!!