Дэвид Ферринг - Клинок войны

Конрад нажимал на противника, так ему хотелось поскорее покончить с ним. Преимуществу следовало быть на его стороне. Он находился в прекрасной форме, тогда как сержант после пожара стал калекой. Но Таунгар не зря славился как мастер клинка, и опыт помогал ему там, где подводила подвижность. Благодаря мастерству он прожил достаточно долго, чтобы стать ветераном, хотя в последний раз его спас союз с Хаосом.

Таунгара также выручала броня, она отразила большую часть выпадов Конрада. Тому же приходилось отступать и уворачиваться каждый раз, когда клинок сержанта пробивал его защиту. Если хоть один удар достигнет цели, Конраду конец. Он и так терял кровь из ран на виске, на щеке и на шее.

Мечи их со звоном сталкивались, и им вторил звон оружия другой пары сражающихся. Вскоре раздался крик – животный крик, – и враг Вольфа упал с последним предсмертным воем. Вольф оставил его извиваться и истекать кровью и занялся мутантом, которого до этого ранил Конрад. Тот попытался подняться, но его хватило лишь на жалкие попытки отползти в сторону. Далеко он не уполз.

А Конрад никак не мог одолеть своего противника. Даже лишившись одного глаза, Таунгар безошибочно определял направление и силу его выпадов и каждый встречал контратакой. Чувства бывшего сержанта невероятно обострились, а зловещее божество наполняло его силой.

Оба сражались только мечами, без щитов. Двое убитых Вольфом мутантов пользовались имперскими клинками, и Конрад оказался вооружен одним из них. Это означало, что поблизости лежит еще один меч. Конрад попятился к трупам, а Таунгар напал на него с такой мощью, что Конрад споткнулся об одно из тел и чуть не упал. Клинок сержанта просвистел в воздухе; Конрад чудом не расстался с головой. Он пригнулся, подхватил второй меч, в развороте вскочил на ноги и снова оказался лицом к лицу с противником.

Он прятал второй меч в левой руке за спиной и продолжал сражаться клинком в правой. Когда Таунгар сделал очередной выпад, Конрад поймал его меч у крестовины своим и нажал, заставляя врага отвести руку в сторону.

И тут он ударил вторым мечом, вогнал его в единственный глаз Таунгара, да так, что клинок прошил череп насквозь.

Рот сержанта распахнулся, но крика не последовало – его рот наполнился кровью, и он замолчал навсегда. Конрад вытянул руку чуть дальше, отпустил рукоять, и Таунгар упал.

Конрад осмотрелся. В пылающем свете пожара лежали тела мутантов. Всех их убил Вольф – если, конечно, это был Вольф.

Под доспехом мог скрываться кто угодно. Тот факт, что он пришел Конраду на помощь, мало что значил. Он вполне мог оказаться врагом мутантов, а заодно и его недоброжелателем.

Черный рыцарь воткнул меч в землю.

– Почисти! – приказал он, и тут Конрад убедился, что перед ним Вольф.

Вольф стащил с головы шлем, и Конрад увидел лицо человека, который был его учителем, а стал другом. Белые волосы и борода были по-прежнему коротко подстрижены, и, конечно, ничто не могло изменить заостренные зубы и черные татуировки, которые придавали ему сходство со зверем-тезкой.

– Внутри еще двое, – предупредил Конрад.

Он опустил меч и вытер заливающую лицо кровь. Потом повернулся к пылающему трактиру. Из всех окон и дверных проемов вырывалось пламя.

– Знаю, – спокойно сказал Вольф. – Им оттуда не выбраться.

И не только им, внезапно осознал Конрад. Он едва успел отпрыгнуть, и горящая балка рухнула на место, где он стоял миг назад. Трактир превратился в ревущее пекло.

Соломенная крыша полыхала. Внезапно большая ее часть провалилась. Конрад надеялся, что девушки успели с нее выбраться; если они остались на чердаке, им не выжить. Почтовый двор на глазах превращался в огромный костер.

– Почисти! – повторил Вольф. – Ты мне должен два дня.

– А ты не хочешь потребовать еще пять лет за очередное спасение моей жизни? – спросил Конрад, но послушно выдернул из земли черный меч.

– Если бы я просил по пять лет за каждый раз, что тебя спасаю, ты бы служил мне до скончания веков. – Вольф с наигранным удивлением тряхнул головой. – Не понимаю, как ты ухитрился оставаться в живых все эти месяцы.

Когда Вольф убил Отто Крейшмера и спас Конрада от повешения, Конрад согласился отслужить ему в качестве оруженосца пять лет. Они почти истекли к тому моменту, когда Конрад оставил раненого Вольфа на попечении Анвилы и отправился на розыски бронзового воина. Он никогда не упоминал, что незадолго до того спас Вольфу жизнь, вырвав его из рук толпы гоблинов: Вольф и так прекрасно знал о его заслуге.

– Как ты меня нашел? – спросил Конрад.

– Случайность, – пожал плечами наемник.

– Случайностей не… – начал Конрад, но оборвал себя на полуслове, когда заметил что Вольф улыбается, показывая заостренные зубы.

Конрад вытер черный меч плащом одного из мутантов. Вольф тем временем скрылся в темноте. Вернулся он верхом на черном коне, а в поводу вел вьючную лошадь.

Значит, он нашел замену Миднайту – белого жеребца убили в той схватке с гоблинами.

– Поехали, – велел Вольф, принимая из рук Конрада меч и засовывая его в ножны.

Конраду безумно хотелось спросить «Куда?», но он сдержался и пошел искать себе лошадь.

Его не раз предупреждали о том, что опасно присваивать себе оружие противника, потому что оно может заключать в себе недобрую силу предыдущего владельца. Только недавно Конрад полностью осознал, что имелась в виду зараза, которую несет в себе Хаос (он сталкивался с проявлениями Хаоса, но не знал, что этим словом называют), но все равно он уже стал одним из проклятых, так что не стоило и беспокоиться.

Первый раз, когда он взял в руки оружие Хаоса, он возвращался в деревню – вернее, туда, где она раньше стояла. Троица мутантов, покрытых мехом с красно-желтыми полосами, напала на них с Вольфом, и Конрад вынудил одного из них выронить меч. Когда он его поднял, по телу прошла волна небывалой силы. С тех пор он много раз касался оружия врага, но никогда больше не чувствовал подобной мощи.

Меч, которым он сражался с Таунгаром, ничем не отличался от любого другого. Конрад осмотрел его, думая о его бывшем хозяине-мутанте. Неужели тот действительно состоял в имперской гвардии? И скольких еще развратило пагубное влияние Хаоса? Сколько гвардейцев служили Слаанешу, а не Императору?

И как обстояли дела с другими военными частями Альтдорфа? Или там тоже процветала измена? Начиная городскими часовыми и заканчивая рейкландской армией, каким имперским подразделениям можно доверять? Сколько оставались верными Императору и сколько принесли клятву силам Тьмы?

Таунгар состоял в личной охране Императора, что не помешало ему стать предателем, одним из проклятых. Сейчас Конрад понимал, почему сержант равнодушно отнесся к сообщению о заговоре против Карла-Франца. Хотя Конрад считал, что смерть серого провидца положила конец угрозе, он мог и ошибаться. Череп еще жив. Он знал Гаксара и наверняка принимал участие в его коварном плане.