Сергей Радин - Долина

… Странно, что мысли путаются до сих пор. Наверное, противоядие плохо действует… Я смотрел, как готовятся к новому бою воины, отвечал на вопросы, обдумывал, как разрешить любую внезапную ситуацию в следующей пещерной зале в свою пользу, — и наблюдал, как время от времени уходит из-под ног земля…

Мгновение, когда женщина очутилась передо мной, прошло мимо. Хотя она всё время была рядом — и не сбоку или за спиной. Я постоянно видел её, чем-то она занималась, положив перед собой тот меч, взятый с трона королей Дымного Облака. Но она встала передо мной так внезапно, что я вздрогнул. Обеими руками, чья тонкость подчёркнута кучей тяжёлых браслетов, держит тот самый меч.

— Попробуйте, мой лорд. По руке ли вам будет это оружие?

Я хотел возразить, мол, своих два — зачем мне третий. Но и от любопытства удержаться не смог. Оружие всё-таки. Протянул руку… Время выпало из памяти, как будто я шагнул в тёмную комнату и закрыл дверь… А потом — будто снова очутился лежащим на полу и снова смотрел в окошко. Только окошко прокопчённое — и кто-то начинает его с середины чистить, расширяя прозрачный ясный просвет. И вдруг — всем телом содрогнулся. Будто ударили! Внезапно и больно! На ногах устоял и меч удержал. Зажмурился только от неожиданности.

А открыл глаза — и дух перехватило. Никаких щелей и окон. Мир снова устойчиво водворился передо мной. Голова вновь ясная, как до похода на Ползунов.

— Что это за меч?

Леди Юлиана улыбнулась мне, и даже в полумраке пещеры я увидел, что улыбка у неё одобрительная. Мол, вопрос, задал правильный. Она чуть отступила, как бы не боясь теперь, что я могу упасть.

— Этот меч, лорд Валериан, прошёл магический обряд посвящения. Вряд ли кто из варваров мог убить его хозяина. Скорее всего, оружие было похищено вором, а не взято добычей в битве.

Я огладил лезвие ладонью, осторожно прикасаясь к нему и любуясь чистыми линиями. Клинок, безусловно выкован искусными мастерами — из отличной стали. Я буквально чувствовал, как поёт металл в моих руках, стоило чуть подвигать оружие. И я невольно то поворачивал его, любуясь прекрасной работой, то похлопывал ладонью по клинку плашмя — забавляясь словно игрушкой, и заворожённо вслушиваясь в мерный гул. Он, этот монотонный звук, явно совпадал с неслышной музыкой моего тела, всегда готового к бою.

Восхищённый, я сделал несколько движений. Но даже восхищение не заставило забыться. Теперь я соображал как обычно, и первым вопросом стало:

— Почему же умер его предыдущий хозяин? Или его хозяином был Эрик?

— Нет, в руках Эрика этот меч не бывал. Недавний владелец меча и правда погиб в бою с Ползунами.

— Не понимаю, — настойчиво повторил я. Пока есть время, мне бы хотелось разобраться что к чему, а эта женщина, постоянно прячущаяся от меня в полумраке, — кажется, знала.

— Лорд, варвар украл это оружие и пользовался им как простым, но богатым оружием. Знай он заклятие на клинке — стал бы непобедимым. Особенность меча — в его узорной рукояти. Рисунок выкован из определённых линий, которые позволяют мечу набирать живительные силы для хозяина. Попадая в руки воина, он отдаёт ему часть этой силы. Но — далее молчит. Потому что часть отданной силы — это вопрос. Если новый владелец правильно ответит, меч будет служить ему преданно…

— Что за вопрос? — нетерпеливо перебил я — против всех правил этикета, но женщина в тени улыбнулась.

— Вам надо угадать имя меча. Он требует, чтобы это было имя, хотя бы близкое к первому, которое было дано людьми, выковавшими его. И немедленно. Если не назовёте, он станет обыкновенным и уже больше никогда не откликнется. Но пока он проснулся — называйте!

Я снова поднял меч, вгляделся в его прекрасные очертания — и рубанул воздух. Затем ещё несколько выпадов. Отсалютовал невидимому противнику. Опустил меч.

— Сверкающий в ночи, — уверенно сказал я.

Оружие точно вздрогнуло. Этой дрожи никто бы не заметил. Лишь я учуял, как отдалась она в пальцах. И всё понял без объяснений леди.

— Тебе придётся смириться пока со старыми ножнами, — сказал я Сверкающему. — Но едва выберемся отсюда, получишь достойное тебя вместилище.

Пока я менял мечи в ножнах, леди присела в поклоне, приняла мой старый освободившийся от ножен меч и молча ушла в сторону. Глядя ей вслед и стискивая рукоять нового оружия, я уже привычно подумал, сдерживая довольную усмешку: "Эта птичка тоже станет моей добычей". Только на этот раз я думал не в пустоту: по пальцам вновь пробежала лёгкая, тёплая дрожь от рукояти. Меч словно с моей же усмешкой кивнул: "Да, хозяин, это будет хорошая добыча!"

И, смеясь, я направился к изрядно поредевшему отряду, чтобы, по привычке, лично проверить, на кого и на что могу рассчитывать в предстоящем бою. Мои Всадники кивали мне, занятый каждый своим делом. Коротко переговорив со всеми, кто был нужен, я вернулся к чёрному провалу в неизвестное, где меня уже ждали разведчики.

От всех четверых явно исходили растерянность и смятение. Всадники и Родрик ещё держались, а вот золотистая леди Астри даже не скрывала обиды.

Один из Всадников, Дарен, выступил вперёд.

— Мы видели огромный пустой зал. Как ущелье. Леди утверждает, что в нём колдовская завеса, которая не даёт разглядеть какую-то ловушку.

Расстроенная девушка встала с ним рядом.

— Если не доверяете мне, попросите леди Юлиану…

Означенная леди немедленно соткалась из мрака и выжидательно взглянула на меня. Продолжает прятаться в стороне.

— Завеса, — повторил я. — И вам её не прорвать…

Боюсь, скептические нотки в моём голосе слышались достаточно отчётливо. Обе дамы порывисто вскинули хорошенькие головки, но жестом я прикрыл им рты и задал риторический вопрос:

— Леди, разве не от ваших магических штучек зависит жизнь Всадников? Я верю вам. Вопрос в другом. Если эта завеса очень сильная, она и впрямь скрывает что-то очень страшное. — Я постепенно говорил всё громче и громче, чтобы меня услышал самый дальний воин. — А что может быть страшнее последней атаки Ползунов? Атака боевых слонов? Нет. Это не страшно. Их облепить, как муравьи, и ударить по уязвимым местам — и нет длинноносых монстров! (Краем глаза я заметил почти ворвавшегося в толпу окруживших меня Всадников светского хлыща. Странно он смотрел в мои глаза — почти с молитвенным восторгом.) А если там громадное чудовище, голова и хребет которого задевают потолок, которого нам не видно? Мы расползёмся по нему собачьими блохами и укусим все разом! Так что же страшного ожидает нас там?! Ничего!! — взревел я.

— Ничего!! — прогрохотали Всадники Смерти.

Я умел взбодрить своих воинов так, что они превращались в бешеных псов, спущенных с поводка. Я знал, как одной только интонацией довести их до охотничьего азарта и боевого безумства берсерков. Я и сам взлетал к алой пелене перед глазами и к ревущему огню, поджаривающему пятки, слыша их ответные крики. Подстёгнутые общим воплем, мы умирали реже. Оружие становилось легче, движения — совершенней, усталость — словом из неведомого нам языка.