Патриция Бриггз - Призрак дракона

Я усмехнулся.

— Всю свою жизнь я только и делал, что воевал. Понимаешь, мне нужно проявить себя в бою. От девятнадцатилетнего идиота отделаться легко, а с талантливым воином нельзя не считаться. Что же касается войны, то в Оранстоне она вот-вот разгорится. Его приграничные территории на юге подвергаются бандитским налетам ворсагцев.

Орег посмотрел на меня как на умалишенного. Вообще-то я привык к подобным взглядам, но мне не понравилось, что именно Орег так рассматривает меня. Особенно потому, что в данный момент я был самим собой.

— У полководцев обычно имеется армия, — заметил Орег. — А героями чаще всего становятся погибшие.

Я усмехнулся.

— Я не намереваюсь умирать. С такими-то деньгами это было бы просто глупо! А если серьезно, то я планирую нанять человек пять-шесть. Плюс Аксиэль. Для начала не так уж и плохо.

— На меня тоже можешь рассчитывать, — сказал Орег. — Я попросил Аксиэля, чтобы он взял лошадь и для меня.

— Что? — Орег стоял в тени, поэтому я не мог видеть выражения его лица и ничего не понимал. — Оранстон находится у черта на куличках, Орег! Тебе об этом известно?

— Да, — спокойно ответил он.

— Насколько я помню, ты заявляешь, что ты — Хурог. — Я прищурился.

— Правильно. Но я могу отправиться с тобой куда угодно, пока тебе принадлежит кольцо. Я буду в состоянии даже применять колдовство. Не так часто, как здесь, но тем не менее…

— А вступить в бой ты в состоянии? — поинтересовался я, понимая, что колдун нам не помешает.

— Драться я умею лучше, чем Сиарра, — ответил Орег, скромно улыбаясь. — Но не так хорошо, как ты.

— Что ж! Ничего не имею против! — Я по-дружески хлопнул его по плечу. — Пойдем за женщинами. Аксиэль уже, наверное, ждет нас.

Бастилла, бывшая рабыня, и Сиарра встретили нас у входа в пещеру.

У их ног стояли тюки с вещами. На сумке с краю лежала моя кольчуга. Уходя из своей комнаты, я не стал доставать ее из шкафа, прихватил лишь меч.

Орег все предусмотрел.

— Орег, — с искренней благодарностью в голосе воскликнул я. — Что бы я без тебя делал!

Сиарра помогла мне надеть кольчугу — в этой тяжелой штуковине я всегда чувствовал себя привычно и комфортно. Выслушав мой краткий рассказ о Гарраноне, королевском указе и моих намерениях, Сиарра дважды приложила ладонь ко лбу. Это означало: Я одобряю твой план, Вард.

—  Хочешь поехать вместе со мной?

Лицо Сиарры осветилось счастливой улыбкой, и я даже не стал говорить ей о том, что вначале собирался подыскать какое-нибудь безопасное местечко, где мог бы оставить ее до лучших времен.

— Бастилла, прости, что не смог подарить тебе свободу в Хуроге, — сказал я, повернувшись ко второй женщине. — Но обещаю позаботиться о том, чтобы ты больше никогда не попала в рабство.

Бастилла ничего не ответила, лишь пристально оглядела меня с головы до ног.

Хорошо, что место, где мы условились встретиться с Аксиэлем, находилось на расстоянии полумили от замка, не дальше: Бастиллу мне пришлось всю дорогу нести на плечах. Она могла идти самостоятельно, но очень уж медленно.

Два больших валуна лежали у дороги, окруженной осиновой рощицей. Рядом с Аксиэлем и Пенродом, ожидавшими нас, стояли восемь лошадей. К спинам шести из них были прикреплены седла, двух других — вьюки с вещами.

Шесть седел, отметил я. Но нас всего пятеро!

— Я подумал, вам может пригодиться еще один человек, — сказал Пенрод.

Когда-то Пенрод служил в Синей Гвардии, принимал участие в военных действиях и, кроме того, упражнялся с воинами Стейлы вместе с другими конюхами и по сей день — и потому, что сам любил воинское искусство, и потому, что этого хотел отец. Он считал необходимым тренировать всех своих людей на случай нападения врага.

Трое человек, обученных военному делу, и один колдун, подумал я. Маловато, конечно, но для начала вполне неплохо!

— Мой заместитель скажет вашему дяде, что вы пришли в конюшню с какой-то женщиной, потребовали подготовить лошадей и приказали мне ехать с вами, — продолжил Пенрод.

— Неплохая мысль, — заметил Орег. — В таком случае они не станут разрушать Хурог с намерением достать из-под него свою рабыню. — Он протянул Пенроду руку. — Меня зовут Орег. Я кузен Варда. Мне нужно было спрятаться где-то, и Вард позволил мне пожить некоторое время в Хуроге. Я еду с вами.

Я с восхищением отметил, что Орег прекрасно вошел в придуманную мною для него роль, и представил ему Пенрода, потом Бастиллу — Аксиэлю и Пенроду. Я сделал это максимально быстро: стоило поторопиться.

— Нельзя терять ни минуты, — сказал Аксиэль. — Стейла пообещала, что попытается выиграть для нас какое-то время. Но мы и сами должны сделать все возможное, чтобы уйти от Хурога как можно дальше.

Мы занялись распределением лошадей. Я с удивлением заметил, что среди них — Нарцисс. Ездить на нем до сих пор представляло определенную опасность. Но я был искренне рад видеть его среди «своих».

Почувствовав на себе мой теплый взгляд, Нарцисс повернул голову, добродушно фыркнул, шагнул ко мне и уткнулся носом в мое плечо.

Была с нами и Перышко.

— Пенрод! Зачем ты ее взял? — удивился я. — Брать в поход жеребцов вместе с кобылой? Разве это допустимо?

Пенрод потрепал по шее собственного мерина.

— Когда на них надеваешь седло и уздечку, они понимают, что надо работать, — ответил он, улыбаясь. — И потом, эту кобылу нельзя бросать. Она с ума сойдет от переживаний.

Он был прав. На Перышке, кроме меня, могла ездить лишь Сиарра. А она с нами.

Я помог сестренке взобраться на широкую спину кобылы. Орег, как выяснилось, никогда не сидел верхом на лошади. А Пенрод, выбирая животных, не рассчитывал на это. Пришлось снять вьюки с одного из жеребцов. Он был прекрасно обучен правилам езды, но обладал очень спокойным нравом. Бастилла, к счастью, не впервые садилась на коня.

Столько людей вместе с лошадьми не могли просто так укрыться от посторонних глаз, поэтому об этом не стоило и задумываться. Главным для нас была скорость.

— Куда мы направляемся? — спросил Пенрод, когда мы двинулись в путь.

— На юг, — ответил я. — Сначала в Тирфаннинг. Если поспешим, сможем добраться туда к утру. Потом на каком-нибудь из грузовых судов поплывем в Сифорд. В один из главных его портов — возможно, это будет Ньютонбурн. А после направимся в Оранстон. И посмотрим, что в состоянии сделать.

Чем больше я отдалялся от Хурога, чем меньше чувствовал магию, обволакивавшую его плотным кольцом, тем хуже делалось на душе. Я знал, что скоро жизнь вообще покажется невыносимой, а потом станет легче. Но пустота не исчезнет, а на сердце будет лежать тяжкий камень. До тех пор, пока я не вернусь в Хурог. Наверное, мой отец не испытывал подобных эмоций, когда уезжал из этих мест, потому что при рождении не был одарен колдовскими способностями.