Максим Грек - По имени Феникс. Дилогия

— Прекращаем крики. Я Феникс. Не забывай этого!

Последнее обстоятельство остудило парня. Он извинился.

— Так что за война?

— Оборотни перешли реку Матушку и напали на нас!

— Сколько пришло оборотней?

— Не знаю. Говорят, что целая армия!

— А что колдуны?

— Копят силы в Холмогоре.

— Давно начались сражения?

— Вчера.

— Много пострадавших?..

В таком ключе, словно допрос пленника, и прошел наш разговор. Выяснил немного, но понял, что обе армии готовятся к финальному сражению. Много друзей схоронят в этой битве и оборотни и колдуны.

— Господин Феникс, пожалуйста, остановите войну! — столь печально взмолился Владик, что отказать ему, даже если бы и хотел, не смог бы.

— Я думал, что ты желаешь жечь врагов в бою?!

— Уже нет, — ответил парень и опустил голову.

— Хорошо, — кивнул я, подбирая мокрую одежду и натягивая ее на себя. — Я остановлю войну!

Глава 8

Немного тирании и состязание чистой Силы

К Холмогору добрались лишь к утру следующего дня. Вместе с солнцем выглянули из-за погоревшего леса и увидели последствия военного столкновения: городская стена повреждена, земля у ворот залита кровью. Люди снуют возле разрушенных стен, латая поврежденные участки.

— Ужасно! — потрясенно проговорил парень, по вине которого мы так долго добирались. Он устал, и мне пришлось силком тащить его за собой. Можно было его и оставить — пусть отдыхает, но самому добраться до города не представлялось возможным. Не помню я дороги, да и ориентируюсь по пересечённой местности отнюдь не как опытный турист.

На моем плече покачивалась, крича злым голосом, синичка. И крики ее понимались мной, как недовольство представившейся картиной.

— Идем, нужно поговорить с колдунами, — сказал я, побежав к воротам.

Парень ковылял следом.

Уставшие люди заметили нас сразу — кликнули помощь, и к нам тут же устремился отряд охраны. Меня окружили и бесцеремонно начали тыкать копьями. Подобное обращение с собственным правителем — совершенно неподобающе. Использовав Когти, превратил их бесполезные копья в полезные дрова для костра, а самих охранников столкнул в ров. Побарахтавшись в мутной водице и, наконец, выбравшись, воины готовились вновь напасть, но уже используя заклинания.

— Смирна-а!

Воины остановились. Мой приказной тон сработал.

— С какой стати, вы бестолочи, нападаете на своего господина?

Люди опешили. Еще бы, им не опешить, когда Феникс обвиняет их в нападении на собственную персону. Это же государственный переворот! А за такое, думаю и в этом мире, по головке не гладят!

— А как нам узнать, что вы Феникс? — заговорил самый смелый. — Был тут один, но оказался поддельным!

— И кто же решил, что он подделка?

— Старейшина Степан!

— Так зовите его сюда! Пусть придет и убедится, что не бывает поддельного Феникса! Есть только один единственный господин всего Снорарла. И это я!

Напором я серьезно напугал местный люд, и Степан показался довольно скоро.

— Опять этот ложный Феникс? — удивленно спросил он. — Почему его еще не поймали?

— Он говорит, что он настоящий!

— Дудки! Столь слабый человек не может быть Фениксом!

— А он еще Когтями наши копья поломал! — согласился со Степаном один из стражников, что рьяно тыкал в меня копьем.

— Вот! — обрадовался поддержке старейшина. — Значит он оборотень. Хватайте его!

— Может, сам попробуешь? Прошлый результат наших разборок меня совсем не устраивает.

— Если того желаешь! — сказал старейшина, доставая из-за пояса жезл. — На этот раз яд убьет тебя!

На меня обрушилась куча сиреневых облаков. Облепила со всех сторон и скрыла с глаз наблюдателей.

— Вот и все, — проговорил старейшина убирая жезл.

— Теперь я нападаю?! — глухо донеся мой голос из глубин тумана. — Хорошо!

Заклинание, что окутало меня, собралось крупным облачком над моей головой, а затем еще и увеличилось. Все уставились на невредимого меня вытаращенными глазами. Еще бы! Я же должен раствориться в ядовитом тумане. Ан нет!!! Перехватить ожидаемое заклинание, которое я к тому же уже выучил, оказалось делом простым, и облако, связавшее меня, не коснулось кожи.

— Интересно, что случиться, если обрушить это облако на Холмогор? — непринужденно поинтересовался я у опешивших людей, когда заклинание стало со среднего размера дом и все не переставало расти.

Старейшина попытался вернуть контроль над заклинанием, но его потуги были столь же заметны, сколь заметен вклад поп-музыки в развитие культуры. Он совершил несколько попыток, и бросил это гиблое дело.

— Не надо! — взмолился Степан, падая передо мной на колени. — Виноват лишь я один, что посмел напасть на господина нашего! Город не виноват!!!

— Все же признаешь меня Фениксом?

— Да, — склонился до самой земли старейшина. — Никто другой не сумел бы захватить мое же заклинание и настолько усилить!

— Хорошо.

Движением руки я разогнал сиреневый туман.

Хоть меня и приняли, как Феникса, но радости на людских лицах это обстоятельство не прибавило. Меня боялись. Еще бы им не бояться — они посмели напасть на господина и теперь вполне заслужено ожидают кары. Стало грустно оттого, что меня принимают за монстра способного так запросто взять и казнить всех жителей городка. Я же не такой! Вина у них пустячная, так что… устроим жребий, а там уж… каждого десятого в петлю. Децимация. Как в древнем Риме… Нет. Даже думать о таком не стоит! Что-то я после встречи с демоном злее стал.

— Собери совет Холмогора, — приказал я Степану, отбрасывая всякие ненужные мысли. — Встреча через час у меня в доме.

— Да, господин Феникс.

Старейшина побежал исполнять приказ невероятно быстро, а я двинулся неторопливой походкой, в сопровождении кружащей над головой пташки, и Владика, который столь же удивленно как и все, смотрел на меня. Его взгляд, казалось, пробивает сквозную дыру в моей голове.

— Что?

— Вы изменились, господин Феникс! Пока меня с вами не было, вы стали гораздо властнее.

— Еще бы не измениться. Тебя бы заставить сразиться с демоном ада!

— Вы сражались с демонами?!

— С одним. Фюрст Ада по имени… Аргахрень.

— С самим Фюрстом Ада?! И вы победили?

— Как видишь, я все еще живой, а он остался там, в лесу, совсем мертвый.

— Невероятно!

— Не веришь? Могу его сердце показать!

Каменный домина все так же непоколебимо стоял на вершине холма. Вошли внутрь, добрались до зала с камином и я с удовольствием раскинулся в плетеном кресле. Владик с еще большим довольством улегся на полу, на шкуре медведя.