Ян Ирвин - Геомант

Первые опыты работы с новым устройством прошли неплохо. Тиана стала разбирать историю кристалла, записанную в слоях света, заключенного в хедроне. Странно, но обычно прохладный хедрон сегодня испускал тепло. Несмотря на первые успехи, ей все же не удалось прочесть всю историю.

Ближе к полудню головная боль стала нестерпимой, казалось, мозг тлеет внутри головы, словно огонек в центре хедрона. Не стоит так увлекаться: антрацизм — ужасная смертоносная болезнь ремесленников.

Тиана вышла из своей каморки, собрала осколки кристаллов и разложила их на столе. Она попыталась надеть шлем, но пронзительная боль заставила ее отказаться от дальнейших исследований. Вошедшие Ги-Хад и надзиратель Грист, как всегда пахнущий чесноком, застали ее, когда Тиана опустила голову на руки и закрыла глаза.

— Так ты не скоро решишь проблему, ремесленник Тиана, — произнес Грист.

Тиана исподлобья взглянула на вошедших мужчин.

— Я работаю по восемнадцать часов в сутки, — резко ответила она. — Моя голова горит огнем, Ги-Хад. Я боюсь…

Он мгновенно побледнел:

— Тогда остановись. Я не хочу, чтобы у кого-то на моем заводе закипели мозги.

— Но я кое-чего добилась. Вот это устройство способно читать историю хедронов, — показала она на шлем и сферу.

Ги-Хад взял в руки шлем, повертел его, коснулся пальцем кристалла. Тиана перестала дышать от страха, что надзиратель пострадает, как и Иризис, но ничего не произошло. Неудивительно. В этот момент его мысль была ленива, как у овцы. Тиана поместила хедрон внутрь сферы и рассказала, как должно работать устройство. Управляющий и надзиратель внимательно выслушали ее, но явно ничего не поняли. Это неважно. Они не знали даже, как действуют контроллеры, но зато понимали их важность в военном деле.

— И что ты выяснила? — рявкнул Грист, словно обращался к новобранцу в строю.

— Все три хедрона показывают один и тот же образец ауры. Все они работали как положено, когда я установила их в контроллеры. У меня здесь есть учетные книги, если хотите. Можете их проверить…

Ги-Хад небрежно махнул рукой:

— Мы верим тебе на слово.

— Зато я не доверяю тем, кто нарушает мои правила, — вмешался Грист. — А она частенько уходит с территории без разрешения.

Управляющий жестом заставил надзирателя замолчать. Тиана пересказала наблюдения Джоэна о влиянии солнечных лучей на кристаллы и поведала о собственных экспериментах. Она рассказала о каждом из осколков, лежащих на столе:

— Эти восемь кристаллов были оставлены снаружи. Два из них под солнечными лучами, два в тени, два в сыром месте, два в сухом. А эти восемь кристаллов были внутри. Два из них лежали у самой печи, следующие немного подальше, где все еще жарко, еще два оставались в тепле, а два последних — у самой стены, где очень холодно.

Объяснения заинтересовали Ги-Хада.

— И что из этого вышло?

— Пока ничего. Я только что собрала их.

— Ба, я так и знал, — махнул рукой Грист. — Это пустая трата времени.

— Сохраняйте спокойствие, младший надзиратель! — оборвал его Ги-Хад.

Лицо Триста превратилось в угрожающую маску, и Тиана поняла, что у нее появился еще один враг.

— Исследуй их немедленно, ремесленник, — приказал Ги-Хад.

Тиана могла только молиться, чтобы не разочаровать управляющего. Она надела шлем и стиснула зубы от боли, но все же поместила первый из осколков в сферу.

— Его аура сохранилась, но едва просматривается.

Так один за другим она исследовала все экспериментальные осколки хедронов.

Управляющий задумчиво повертел в своих громадных лапах осколок кристалла.

— Номер первый, — прочитал он. — Он лежал под солнцем?

— Да, верно.

Пока Ги-Хад просматривал характеристики кристаллов, Грист и Тиана хранили молчание.

— Два осколка, находящиеся под солнцем, сохранили свои свойства, но слабо. Четыре кристалла, нагретые у печи, умерли. Все остальные остались неизменными.

Ги-Хад был в замешательстве. Тиана сочла своим долгом пояснить:

— Способность хедронов извлекать энергию из силового поля пропадает, если поместить их на солнечный свет, хотя этот процесс довольно медленный. Для большого хедрона потребуется несколько дней, а может, и недель.

— Это не может быть причиной отказа твоих контроллеров, — возразил Грист. — Они прекрасно работали.

— Нет, но… У меня есть еще одна идея!

Тиана взяла еще несколько осколков из корзины и убедилась, что все обладали сильной аурой.

— Прошу вас пройти со мной.

Они пошли за Тианой, хотя Грист не скрывал своего раздражения.

— Я должен заняться работой, даже если всем остальным нет до нее никакого дела, — ворчал он на ходу.

Тиана положила два кристалла у самой печи, где стенка была красной от жара, два кристалла оставила чуть подальше, где все еще было так жарко, что можно было обжечь пальцы. Потом она выждала пять минут и щипцами собрала кристаллы. Вернувшись в свой кабинет, она исследовала осколки.

— Первая пара совершенно разрушена, вторые два кристалла сохранили остатки ауры, но она исчезает на глазах. Видите, — торжествующе воскликнула она. — Стоит нагреть кристаллы, и они отказываются работать. Если нагреть не очень сильно, их способности сохраняются, но ненадолго.

— Ты считаешь, твои кристаллы были намеренно испорчены? — спросил Ги-Хад и посмотрел на сильно побледневшего надзирателя.

— Я не могу представить, что еще могло с ними произойти, — ответила Тиана. — Кристаллы не попадают под солнечные лучи ни в шахте, ни в мастерских. А когда контроллеры переходят в руки операторов, они находятся под пристальным надзором. Но стоит поместить их всего на пять минут к горячей печи, и хедроны становятся бесполезными камнями. Это может сделать кто угодно.

— Ты можешь сказать, кто именно?

— В слабых проблесках ауры неисправного хедрона я обнаружила странные следы, но не смогла прочесть их. Мне нужен очень сильный хедрон, чтобы исследовать все до конца. Может, при помощи личного индикатора…

— Уф! — Ги-Хад шумно выдохнул, подошел к двери, приоткрыл ее и убедился, что никто не подслушивает. — Значит, вредитель находится среди нас.

— Выходит, что так и есть.

— Тебе придется постараться и обнаружить его, пока не приехал следователь. — Ги-Хад снова обнаружил признаки беспокойства.

— Я пытаюсь, но…

— Никаких извинений! — прорычал Ги-Хад. — Наши солдаты гибнут, нуждаясь в защите кланкеров. Если я не обеспечу выпуск необходимой продукции, мне придется закончить свои дни на фронте. И это в моем-то возрасте!

— После десяти минут работы у меня начинается сильная головная боль.

— Тогда найди себе помощника. Иризис не выглядит особенно занятой работой сегодня.