Даниил Аксенов - Победитель

— Хорошо, с вооружением разобрались, — подытожил король, — Теперь переходим к недавним событиям. Куда вел подземный ход?

— Он имел два входа, твое величество, — сказал Комен, — Один вел из дворца, а второй находился на окраине Парма. Дворцовый вход был заблокирован амулетом, воздействующим на ти каждого, кто к нему приближался. Йонеру пришлось попотеть, прежде чем он обезвредил его.

— Ход засыпать. Что у нас с арестованными?

— Уважаемый уру Ферен еще не принял участие в допросах. Но, как я и подозревал, нам досталась сущая «мелочь». Ни одного лидера. Арестованные бунтовщики мало что знали. Я не терял надежды добраться до самой верхушки заговора, арестовывая «по цепочке» все новых и новых причастным к нему, но, с позволения твоего величества, одна из «транжирок» меня снова опередила.

— Кто? Что она сделала?

— Тага Мирена Фрарест. Признанная красавица и любовница многих очень знатных особ. Любовница в прошлом, конечно. Она принесла список, в котором перечисляются все, кто причастен к заговору. Даже более того, список снабжен комментариями, из которых ясна роль каждого.

— Ему можно верить?

— Это я сейчас проверяю, но думаю, что да.

— Почему она не пришла ко мне?

— Не знаю точно, твое величество, но тага заявила следующее: «Пусть король судит не по моим словам, а по моим делам».

Михаил нахмурился. Это был сильный поступок. Сопровождаемый красивыми словами. Но король не испытывал никаких иллюзий, потому что мог видеть через призму романтических действий. Это все означало лишь одно: награда, которую потребует тага, будет не просто велика, а очень велика. Тут тысячей золотых не отделаешься. Вообще же, романтика настораживала его. Потому, что при том же качестве, требовала большую оплату. Взять, например, благородного рыцаря и наемника. Они могут выполнять ту же самую работу с тем же самым результатом, но рыцарь, чей титул воспет в песнях, будет стоить дороже. Или другой пример: к девушке сватается торговец и поэт. Торговцу нужно лишь ее тело, а поэту нужно все: и тело и душа. При этом не факт, что поэт лучше торговца. Просто он требует большую плату, — неосязаемая романтика выше ценится.

— Гм… Комен, постарайся убедить эту даму в том, что ее информация важна, конечно, но не критична.

— Понимаю, твое величество.

— Мне бы очень хотелось знать, откуда прибыл этот имис, кто его нанял и за сколько, кто ему помогал, что они собирались делать в случае удачного покушения и, наконец, причастны ли к этому другие страны. Вообще же, нам очень нужна разведка, Комен. Если бы она была, то многих проблем удавалось бы избежать.

— У нас нет доверенных людей, твое величество. Нужно время на то, чтобы они появились. Насчет имис представлю доклад на днях. Думаю, что к тому времени информация будет полной.

— Хорошо, Комен. О доверенных людях я тоже подумаю. У меня есть кое-какие идеи. Вот еще что: хотел посоветоваться, прежде чем принимать одно решение. Собираюсь отобрать имущество у всех, кто последовал за Миэльсом, а также у заговорщиков. Теперь это будет вполне реальным, ведь, похоже, кроме юга, который наш уже давно, мы сумеем присоединить и остальные части королевства. А потом передадим конфискованное имущество либо близким родственникам прежних владельцев, которые мне верны, либо в казну. Думаю, что это может поправить наши финансовые дела. Ксарр будет очень рад. Я вообще собираюсь привести к присяге всех дворян, включая женщин. Но не вызовет ли указ дополнительные волнения?

— Не думаю. Насчет земель — это общепринятый способ действий. Он никого не удивит, напротив, вполне ожидаем. А присяга дворян и даже женщин… очень необычно, но привести к бунту не должна.

— Еще было бы хорошо найти способ получать с отобранных земель доход, — пробормотал король.

Покушение заставило его резко ускорить работу над новыми амулетами. Новая «машина» позволяла рассчитывать и моделировать более сложные функции. Конечно, Михаил никогда не был специалистом по компьютерам, а особенно, по аналоговым. Но он был профессиональным ученым. Его работа нуждалась в создании новых прикладных образцов медицинской техники и соответствующего программного обеспечения. Ученые, как правило, не богаты. Даже самые лучшие. За редкими исключениями, они не могут позволить себе нанимать фирмы для реализации их разработок. Поэтому хороший исследователь, особенно, в области физиологии, просто обязан уметь делать различные вещи сам. К примеру, лично Михаил мог запросто собрать устройство для записи и фильтрации активности клеток, написать вполне функциональную программу для анализа разнообразных сигналов и многое, многое другое. Злополучный томограф, с помощью которого он попал в мир Горр, тоже был сделан практически только его руками. Конечно, он консультировался с коллегами или с физиками, использовал уже готовые разработки, часто действовал просто «по аналогии», если принцип был не совсем ясен, но это все никак не умаляло его личные умения и знания. Конечно, ему было далеко, скажем, до квалифицированного и профессионального программиста, кому он явно уступал как в скорости выполнения работы, так и в красоте ее. Но программы работали, а выдаваемый результат был вполне корректен. Абсолютная память, которую он приобрел в новом мире, немало способствовала повышению общей эффективности его трудов. Михаил еще в той, прошлой жизни, считал, что каждый ученый должен быть не только специалистом в своей области, но и знать понемногу вообще отовсюду. Казалось бы, какое отношение к его деятельности имеют теоретическая физика или археология? Но он, при возможности, старался читать статьи даже по этим предметам, публикуемые в хороших журналах типа Nature и Science. Конечно, проникновение в детали было недоступно ему, но общий смысл вполне понимал. Пожалуй, с ишибами мира Горр его роднило лишь одно качество — любознательность.

Теперь вот он думал над созданием бомб и гранат. По его задумке, они должны были мгновенно высвобождать вложенную в них ти-энергию в чистом виде. А это, в свою очередь, привело бы к повреждению или разрушению всех ти, расположенных вблизи. Причем, чем выше вложенная энергия, тем страшнее был бы результат, тем сложнее противостояние новому оружию. Однако нерешенным оставался главный вопрос: как хранить эту энергию. Свитки предоставили ему описание аналога «банки Лейбница» — примитивнейшей структуры, позволяющей хранить лишь малое количество энергии. Ему нужен был более совершенный резервуар. Причем, в кратчайшие сроки.

Несмотря на военный союз, разведки Томола и Кманта работали отдельно друг от друга. В данный момент перед ними была поставлена задача любой ценой раздобыть секрет амулета Террота.