Демонический отбор. Захомутать и обезвредить (СИ) - Новикова Татьяна О.

Я поперхнулась.

Чего?! Что за несправедливость?!

Почему всё замыкается на том самом?..

А нельзя силе пробудиться от сытного ужина, например? Съела лосось в гранатовом соусе, и оп-ля! Резерв полон.

— …со мной, — добавил Эдвард рассеянно, чем добил меня окончательно.

Какое невероятное стечение обстоятельств. Мне захотелось высказать всё, что я думаю о народных методах лечения маленького резерва, о лекаре-извращенце и об императоре, который держит на службе шарлатанов.

— Не смотри на меня так.  — Мужчина вскинул ладони, капитулируя. — Вини во всем нашу связь. Тебя никто не заставляет идти на крайние меры.

— Это — крайняя мера? Прям-таки конечная точка? Если ничего не поможет, могу обратиться к тебе, да? — съехидничала я, но смогла удержать в себе гневную тираду; ведь можно воспользоваться редким замешательством императора. — Ладно, раз уж у нас минутка искренности. Расскажи, что сделал мой брат? Я должна знать.

Ибо смех смехом, а каждую ночь меня мучает бессонница, и страх за Стэна сгрызает без остатка.

— Документы по его преступлению вот-вот прибудут во дворец.

— Я хочу знать сейчас.

На мою не просьбу, но приказ император задумчиво кивнул. Даже ради приличия не стал спорить. Вот так прогресс! Он потер ладонь о ладонь, после чего предложил:

 — Нам обоим нужно остудиться. Верхом ездить умеешь? — дождавшись согласия, продолжил: — Тогда собирайся, встречаемся через полчаса.

— Куда мы?

— Подальше отсюда. Надо отдышаться, да и объясняться будет проще где-нибудь, где точно нет лишних ушей.

Заманчивое предложение: поговорить честно, без необходимости умалчивать детали и намекать на подробности.

— Про нас точно пойдут нехорошие слухи, если мы не появимся на ужине, да ещё и уедем куда-то в ночи, — безрадостно предрекла я на развилке, где императору следовало повернуть направо, а мне — налево (как символично).

—  А тебе разве не плевать? — Эдвард дернул щекой. —  Всем понятно, кто победит в отборе невест.  Остались формальности: поймать этого урода да озвучить имя будущей императрицы во всеуслышание. Ну а потом, как договаривались: ритуал, и ты свободна. Но если хочешь, я проведу с каждой из оставшихся девушек вечер наедине. Да, неплохая идея. Обзовем это внеурочным испытанием.

Вообще-то не хочу.

Но и говорить, что не хочу, тоже не хочу.

Такая вот я неоднозначная дама.

— Отличная идея, — кисло ответила я. — До встречи, император.

Марис так и дрыхла, подмяв под себя гору подушек и обернувшись в одеяло как в кокон. Я на цыпочках прокралась в собственные покои и отыскала одежду, которую с натяжкой можно назвать подходящей. Всё же в столицу мы добирались в относительно уютной повозке, а не верхом.

Кстати, любопытно, как поживает дядюшка Том? Он терпеть до конца отбора не стал, а в тот же день, в который сплавил меня императору, отправился к отцу. Спасибо, хоть деньги выдал, чтоб могла вернуться в Росстар.

Эдвард дожидался меня у лестницы. Пока я ковырялась в шкафу, он успел и помыться, и переодеться, посему благоухал. Тяжелый древесный запах казался его продолжением. Неотъемлемой частью. У меня аж рот слюной наполнился, и внизу живота потеплело, стоило уловить переплетения ароматов мыла и мужского тела.

— Прекрасно выглядишь, — отметил мужчина, и я нервно затеребила волосы, собранные на затылке в хвост.

«А ты вкусно пахнешь», — чуть не сорвалось с губ, но здравый смысл оказался сильнее.

В желании обнюхать императора лучше не признаваться. Не собаки же.

Лошадей Эдвард самолично вывел из стойла, молоденький конюх даже не предложил помощи, лишь притащил сёдла. Видимо, это в порядке вещей, когда великий правитель хозяйничает в конюшне.

Мы мчались дорогами, известными одному императору. Прочь от дворцовых стен, от садов и парков, от шумного города и многоэтажных домов. То ли это была какая-то особая тропа, по которой запрещалось ездить кому-либо, кроме Эдварда, то ли нам повезло, но на пути не встретилось ни единой живой души.

Никого, кто мог бы провожать нас взглядами и шушукаться.

Никого, кто мог бы засвидетельствовать вечер вдвоем с ним.

Солнце наполовину скрылось за горизонтом, кровавыми росчерками окрасив небо, когда мы спешились. Породистые лошадки гнедой масти с покорностью застыли на месте и принялись жевать травку. Так, будто только за этим сюда и скакали. 

Мы стояли на пригорке, а под нами змеилась река, тонкой линией уходящая далеко за горизонт. Внизу текла вода, ворчливо ударяя о камыш, подгребая песок и мелкие камушки. Линия горизонта заалела. Природа казалась неестественно прекрасной. Точно вышедшая с картины, где и краски ярче, чем им полагается, и облака толще, и деревья выше.

Эдвард рухнул прямо на траву, не заботясь о чистоте костюма. Я, недолго думая, присоединилась.

Хорошее место для разговоров по душам? Вряд ли.

Но здесь определенно лучше, чем в набившем оскомину кабинете правителя или в его спальне, которая до сих пор вызывает во мне смутные чувства.

— Итак… — протянула тоном следователя Тьера.

— С чего бы начать.

— Начни с того, почему мой брат собирался тебя убить.

— Видимо, мы не поделили женщину, — мило улыбнулся Эдвард.

В смысле?! Какую ещё, демон бы её побрал и прикопал, женщину?!

Неужели... ту самую женщину?..

Глава 17

Мне разом подурнело, и вечер потерял всяческое очарование. Я выпучилась на мужчину и вымолвила, совсем позабыв о том, что вообще-то таких подробностей знать не могу:

— Ту, которая погибла? Твою бывшую невесту?

— Вот и как хранить тайны во дворце? — риторически вопросил Эдвард, закатив глаза. — Как говорил один знакомый мне маг: чихаешь в левом крыле дома, а из правого уже доносится «Чтоб ты сдох!»

— Эй, не заговаривай мне зубы!

Я напряженно сжала кулаки, потому что пальцы начали трястись. Нечто зловещее опустилось на реку вместе с сумерками. Предвкушение чего-то неминуемого. Опасного. С привкусом крови и слез.

— Да я и не заговариваю, всего лишь пытаюсь тебя отвлечь. Ладно, давай начнем издалека. Мы с твоим братом познакомились два года назад. Глава императорской полиции отзывался о нем как о парне небывалых способностей. Старик уходил на покой и пророчил Стэна на свое место. Знаешь, он мне сразу понравился. Толковый парень, выросший в семье аристократов, но не боящийся замарать руки. 

Мне хотелось разрыдаться от услышанного. Стэн смотрел в глаза императору, они разговаривали. У него было будущее. Полное надежд, прекрасное будущее, которое разрушилось в одночасье.

Но почему?..

— Стэн несколько раз бывал во дворце, мы обсуждали раскрытые дела, громкие процессы. Я всё сильнее уверялся в мысли, что сделать его главным — это правильное решение. Кстати. Он не нравился лорду Виккору, тот считал его слишком молодым, чтобы возглавлять полицию. Но меня это не смущало. — Эдвард покачал головой, будто осуждал сам себя за недальновидность. — А потом Стэн познакомился с Амандой.

Вот как её звали.

Аманда.

Меня аж подкинуло на месте от имени той, которая владела сердцем императора. Даже его голос дрогнул, когда он произносил эти разрушительные шесть букв.

— Что случилось потом? — тронула плечо мужчины, легонько сжала его кончиками пальцев, возвращая из мира воспоминаний в мир реальный.

— Наверное, они влюбились друг в друга. Или не влюбились, но нашли общий язык. Я не знаю, сколько недель или даже месяцев это длилось, но однажды вечером Аманда пришла ко мне вся в слезах, — я сглотнула, даже боясь представить, что будет дальше. — Она была пьяна, еле говорила. Всё повторяла, что совершила огромную ошибку. Я не понимал, что происходит. Она попросила провести с ней вечер, достала из сумочки початую бутылку рома. Вроде как откупорила её раньше. Мне не показалось это странным, как и то, что Аманда никогда не употребляла. — Император ухмыльнулся, обнажив зубы. — Оказалось, меня легко провести. Хватило одного глотка, чтобы подействовал яд. Я помню, как они несли меня куда-то, а тело не слушалось. Помню их голоса. Её и Стэна. Уверен, это он помог ей добыть редкий яд из запасов императорской полиции.