Ты помнишь меня? (СИ) - Ершова Светлана

Потянувшись, чмокнула его в губы, заверяя:

— Все нормально, милый, больше такого не повторится! И у меня больше шансов пропасть с голоду! Мы вообще завтракать собираемся?

— Прости, совсем забыл, что ты у меня — маленький проглот! — извинился он, невинно хлопнув ресницами.

— Чего?

— Да, даже меня вчера съесть пыталась! Я еле вытащил одну интересную деталь своего организма из твоего рта, — вздохнул этот гад горестно.

— Знаешь что? Я больше не буду этого делать! — поперхнулась я от возмущения. Засмеявшись, он опрокинул меня на кровать и, навалившись сверху, легко поцеловал, шепнув:

— Будешь, потому что это было потрясающе, и нам это очень понравилось! А теперь потопали восстанавливать силы. Сегодня выходной, а значит, мы до вечера будем заниматься развратом!

Выйдя из номера, мы, держась за руки, направились в таверну, сделав заказ и повернувшись лицом к залу, заметили Донавана. Тер, прихватив поднос с нашим завтраком, направился к нему. Стоило нам присесть на лавочку, выставил тарелки на стол и по-хозяйски притянул меня к своему боку.

Окинув нас внимательным взглядом, брат ехидно спросил:

— Не рановато сдалась, сестрёныш? Надо было его ещё пару дней помариновать!

Выгнув бровь, любимый поинтересовался:

— Тебя что-то не устраивает?

— Ну-у, как минимум, меня не устраивает то, что жениться ты ещё не готов, а первый взнос в уплату супружеского долга уже сделал! — нагло усмехнулся этот паразит.

— Дон… — выдохнула я шокировано. А вот Терренс отреагировал более чем достойно, вогнав меня в ещё больший ступор.

— Кто сказал, что не готов? — и повернувшись ко мне, глядя в удивлённо вытянувшееся лицо, пододвинул тарелку с мясом ближе. — Ты кушай, кушай, милая, силы тебе понадобятся! — от его намёка рот я сразу захлопнула и, покраснев, уткнулась в свое блюдо, приступив к его методичному уничтожению. Покосившись на братика, наткнулась на его довольную ухмылку. Поймав мой взгляд, он мне подмигнул.

36

ФЛОРА.

Вернулась я в номер, всё еще пребывая в растерянности из-за слов Терренса, пытаясь решить, что же мне делать. Будто поняв, о чём я думаю, любимый развернул меня к себе, обнял за талию и, привлекая к своей груди, тихо спросил:

— Ну так что, маленькая, выйдешь за меня замуж? — а я… не знала, что ему ответить. Я люблю его и готова прожить с ним вечность, но… как выйти замуж за бескомпромиссного палача с такой тайной за плечами? Никак! Рассказать? А если он меня не поймёт? Конечно, не бросит — от истинной никто не в силах отказаться, но жить с демоном, который тебя откровенно презирает, явно не то, о чём мечтает влюблённая девушка.

Глубоко вздохнув и обняв его в ответ, прижалась крепче и прошептала:

— Прости, милый, я не могу! — почувствовав, как закаменело его тело, добавила. — По крайней мере, пока, — подняв к нему свое лицо, встретилась с внимательным, задумчивым взглядом.

— Я, кажется, догадываюсь почему, — ухмыльнулся он грустно. — Хорошо, я подожду, принцесса. И твоего признания, и согласия на брак. А сейчас, пошли, буду тебе мстить за отказ! — подхватив на руки, он понёс меня на кровать.

Мстили мне долго и со вкусом, совершенно обессилев, я взмолилась:

— Родной мой, ещё один оргазм и я умру, честное слово! Давай отдохнём, а? Сходим на ужин, на народ посмотрим, новости послушаем? Ты же не хочешь, чтобы я скончалась от переизбытка секса?

— Не прибедняйся, с твоей ускоренной регенерацией, тебе это не грозит! — усмехнулся он довольно, притягивая мою тушку к своему боку и целуя в висок. — Знаешь, а хороший у тебя дар — нужный!

— Извращенец, — улыбнувшись и оплетая его ногой и рукой, сделала я вывод.

— Кстати, у вас же в семье у всех есть личный дар, помнится, мне Курден своим хвастался. А не подскажешь, чем таким владеет наглый паразит? Или наглость это и есть его дар?

— Не-ет, наглость это его сущность, так же как и талант бесить всех окружающих, а вот дар у него, на мой взгляд, самый крутой в семье — у него иммунитет к магическому воздействию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— В каком смысле?

— Нет, фаерболом поджарить ему зад, безусловно, можно, а вот зелья, заклинания, иллюзии — всё мимо!

— То есть, заморозка, касание тьмы, солнечный луч — ему не помеха?

— Ага, он их глушит ещё на подлёте, из магии причинить ему вред могут только фаерболы, на него даже дар отца не действует, я имею в виду — подавление воли, а эмоции-то папа с него считывает так же, как и со всех.

— Хм, интересно, — Тер в задумчивости побарабанил пальцами по моему плечу. — Ладно, чёрт с ним, с паразитом, пошли ужинать, и надо с собой в номер прихватить, у нас как-никак ещё вся ночь впереди! — от его слов я застонала… и вовсе не потому, что была против, а от прошедшей по телу волны предвкушения и возбуждения. Грудь моментально потяжелела, соски напряглись, а низ живота опалило огнём. Вот как так-то? Я же только что едва дышала и была абсолютно уверена, что с меня хватит.

Уткнувшись лицом мужчине в подмышку, выдохнула:

— Рядом с тобой я превращаюсь в нимфоманку!

— Ещё одно такое признание, и мы останемся голодными, — рассмеялся он в ответ. — Пойдём, моя сладкая, тебе и правда надо поесть.

В таверне сегодня снова развлекали народ, и как по обыкновению это происходит, опять полуобнажёнными нимфами. Мужчины, конечно, ни на что не жаловались и пребывали в восторге.

Терренс, прихватив наш ужин, пробежался взглядом по занятым столикам, решительным шагом подошёл к одному из них, и, молча приподняв бровь, оглядел присутствующих. Те, пробубнив что-то вроде:

— Да-да, сейчас, господин дьявол, — поспешили ретироваться.

— А прибираться за вами я что ли буду? — поинтересовался спокойно возлюбленный. Грязная посуда тут же исчезла, и даже столешницу кто-то соизволил протереть. Невозмутимо заняв освободившееся место, Тер потянул за руку шокировано смотрящую на него принцессу и мягко улыбнулся. — Присаживайся, маленькая, — всё-таки он у меня хам каких поискать, но, черт, самый любимый хам!

Поели мы спокойно. Сегодня на сцене вместо стриптизёрш пела симпатичная эльфийка, и так душевно у неё это получалось, что мы решили задержаться и послушать. Терренс, перекинув одну ногу через скамейку и откинувшись спиной на стену, привлёк меня к мускулистой груди, примостив на неё голову, я витала в облаках от надёжных объятий и мелодичной музыки.

То, что нам испортят романтическое настроение, было ожидаемо, как и то, кто именно это сделает! Прижимая к своему боку девушку лёгкого поведения, да-да, ту самую, что успел пообнимать дьявол, к нашему столу подошёл Донаван.

При виде моего возлюбленного глаза девчонки округлились от ужаса, а я напряглась от воспоминания о легком поцелуе в шею, который чуть не разорвал моё сердце от боли. Почувствовав это, Тер приподнял мой подбородок, с нежностью приникая к губам, и оторвавшись, глядя в глаза, шепнул:

— Не думай об этом, — расслабившись, улыбнулась и кивнула. Дон тоже решил успокоить свою спутницу.

— Не бойся, детка, этот белобрысый хам тебя не тронет!

— Сегодня тебя тронет этот наглый паразит, — отбил подачу Терренс.

— Никакой благодарности, — покачал головой братик. — А я, между прочим, в прошлый раз всю ночь утешал обиженную тобой девушку, пока ты там первые взносы делал!

— Я ж говорю — паразит! — хмыкнул в ответ возлюбленный.

Их перепалку оборвал какой-то изрядно подвыпивший оборотень. Подойдя, он ткнул пальцем в жрицу любви и приказал:

— Ты идёшь со мной! — посмотрев на дурно пахнущего и давно не принимавшего душ мужчину, она передёрнулась от отвращения и спряталась за спиной Дона.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Девушка занята, исчезни, — спокойный голос, как ни странно, раздался над моей макушкой.

Переведя на нас осоловелый взгляд и пройдясь им по мне, этот идиот выдал:

— Ну, тогда давай свою! — грудь, к которой я прижималась, закаменела. Братик, затолкнув свою спутницу на скамейку, присел рядом, с весёлой улыбкой наблюдая за происходящим, а этот болезный никак не унимался. — Рыженькая даже получше будет, пойдёшь со мной, красотка?