Не слабое звено (СИ) - Брай Марьяна

– Ты англичанин? – быстро спросил Уильям. – Что ты здесь делаешь?

– Я на стороне шотландцев, как и они, но меня предали, и эта гнида сейчас там, наверху, ходит с солдатами. Я пойду с вами. Девица говорит дело. Если не утонем, то нас вытащат, и все равно поведут на виселицу. Я могу прыгнуть первым, – уверенно шагнул он к колодцу. – Внизу по реке стоят мои люди, если я не вернусь, сегодня ночью они уйдут.

Он смело перекинул ногу, потом на секунду остановился, снял грязный пиджак, обмотал им веревку, и соскользнул по ней вниз. Вода громко приняла его смердящее трупами тело. Таня и Уильям переглянулись и вместе посмотрели вниз. Через несколько секунд из воды показалась голова: - Внизу и правда, хорошее течение. Я жду вас там, – он набрал воздуха и снова пропал под черной толщей воды.

– Идем, прошу тебя, у тебя еще есть время, чтобы спасти всех, – прошептала Таня, сняла безрукавку, что носила роль корсета, крепко обмотала ею руки и взялась за веревку.

Соскользнув вниз, она почувствовала, как тело пронизывают тысячи иголок – так было, когда она прыгала в прорубь в Крещение. Вода накрыла с головой, и ноги, чуть коснувшись дна вдруг потянуло в сторону. Она попробовала руками нащупать стены колодца, но руки касались скользкого камня. Ноги затягивало в какую-то трубу, и она решила, что если умрет сейчас, то просто вернется к маме, домой. Это просто сложная дорога назад, и больше ничего. Через секунду руки, задранные потоком вверх, пронеслись через такой же скользкий, как и стены, свод над ней. А еще через несколько секунд, когда легкие начало распирать от боли, в глаза брызнул яркий свет.

Она сделала последнее, что могла – развела руки в стороны и оттолкнулась от толщи воды, навстречу этому слепящему и блестящему над ней ореолу, разлившемуся по воде над ней. Первый вдох принес боль, и борясь с паникой, она закрыла рот и превозмогая боль, начала дышать носом. Вода несла ее так быстро, закручивая замысловатыми воронками, накрывая иногда с головой, что замок, стоящий над рекой она увидела, отдалившись метров на триста. Посмотрела на воду позади себя в надежде увидеть голову Уильяма, но в бурлящем у берега потоке невозможно было разглядеть что-либо.

– Леди, леди, хрипло сопя, раздалось впереди, – над водой как поплавок торчала голова мужчины, что прыгнул первым. Только большая залысина позволила узнать в этом светлолицем человеке того, кто больше суток лежал под разлагающимися телами. Он держался за корягу, торчавшую из воды, и только она помогала удержаться в этом бешенном течении.

– Уильям, он не вышел с нами, его нет. Мы должны дождаться его, – хватаясь за ветки, все еще шептала, боясь, что ее услышат, Таня.

– Привяжи к веткам косынку. Узлом. Он поймет, что мы ниже по течению, - ответил мужчина, и сдернул с ее головы платок, что до сих пор крепко был завязан на голове. Ее волосы заставили его широко открыть глаза, но он промолчал. Перекинув локоть через толстую ветку, и вися на ней, он завязал платок двумя узлами, схватил Таню за руку, отцепился от спасительного дерева, и они снова оказались в бушующей реке, что несла их все дальше и дальше от замка.

Глава 21

Река несла их около часа. Таня в первые несколько минут привыкла к холоду, и понимая, что, если двигаться: грести руками, перебирать ногами, у тела будет больше шансов согреться. Усталость, страх и боль от проникающего в мышцы холода, будто уговаривали ее сдаться, бросить эту борьбу со стихией, расслабиться и отдаться на волю судьбы.

– Меня зовут Стенли Брэдфорд, – произнес вдруг попутчик, как только она нагнала его. – Я слышал ваш разговор, и знаю человека, с которым тебя привели. Я из Англии, но здесь, в Шотландии жили мои дочери, и оба моих зятя были шотландцами, – он говорил таким тоном, словно сейчас их не несло течение черте куда, а встретились они на светском рауте. Только дрожь в голосе выдавала его состояние.

– Я Татьяна. Родом я из Шотландии, но жила долгое время в очень далекой стране, а сейчас я вернулась, чтобы найти свою родню. Но, похоже, у меня нет шансов, - этот разговор помогал, и у Тани начало проясняться сознание, она снова видела все цели, к которым решила идти, в независимости от того, что приходилось признать это волшебное перемещение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Теперь они знают тебя в лицо, и лучше на какое-то время покинуть эту страну, переждать, – Стенли оглядывался, словно старался узнать местность.

– Уильям… Надеюсь, он смог прыгнуть следом. Я не понимаю, почему он не появился следом за мной, – с обидой прошептала Таня.

– Там, за поворотом реки, меня ждут мои люди. А еще, туда же должны привезти моих дочерей, что я прятал в деревне у моих друзей. Как только люди Эдуарда узнали о моей дружбе с лордами, что сейчас сидят в тюрьмах, о том, что я, живя здесь, помогаю шотландским мятежникам, связали и привезли в Ботвелл. Я ждал встречи с комендантом, но он так и не удосужился вызвать меня. Только счастливое провидение в твоем лицо помогло мне уйти раньше, иначе, пришлось бы дожидаться, когда выкинут вместе с умершими, – с уже поднявшимся настроением продолжал болтать Стенли.

– Как граф Монте-Кристо, – думала, что тихо произнесла Таня, но не учла, что на воде звуки  хорошо распространяются.

– Не имею чести знать этого графа. Он сбежал из тюрьмы притворившись мертвецом?

– Да, но мало кто знает об этой истории, она произошла во Франции, – Таня чуть не откусила себе язык за болтливость, и продолжила, стараясь увести разговор от неудобной темы: – Вы же англичанин, зачем вам помогать Шотландии?

– Потому что два моих зятя шотландцы, и когда я решил сам приехать сюда с проверкой, оказалось, эта страна настолько прекрасна, настолько горда! Два моих зятя получили с дочерьми большое приданое, у них были большие замки, но, хоть они были лордами, не купились на обещания Эдуарда, и погибли в стычке с англичанами. Сейчас я должен отвезти моих дочерей в Англию, а потом я планирую вернуться и вновь помогать епископу и вашему другу Уильяму.

Плес, который они проплывали очень долго, потому что течение разлившейся в повороте реки было минимальным, наконец закончился, и ее спутник громко выдохнул и засмеялся – на берегу стояли две кареты, лошади и возле костра сидели люди.

– Эй, я же обещал вернуться! – крикнул он так громко, что с деревьев шумно хлопая крыльями, взлетели птицы.

– Отец, мы уже и не надеялись, – на берег, высоко подняв юбки, выбежала девушка, не боясь замочить платье, она шагнула в воду, и побрела навстречу – на глазах ее были слезы.

– Флоренса, вода из твоих глаз может поднять реку и затопить берега, сейчас же перестань. Твоя сестра прибыла? – обеспокоенно осматривал берег Стенли.

– Отец, она в тягости, и, скорее всего, пришел ее срок – она возле кареты со своей служанкой. Твои люди силой привезли ее сюда, и тряска в карете конечно-же сказалась на ее положении, – девушка дождалась, когда отец встанет на ноги, и крепко обняв его, потащила на берег.

– Эй, помогите леди выбраться из воды, – прокричал Стенли мужчинам, что стояли на берегу, и двое из них моментально бросились навстречу Тане.

«Как ему удается шутить и балагурить, когда провел столько времени в воде, тащил меня? Я не чувствую своего тела – настолько оно промерзло» - думала Таня, когда один из мужчин вынес ее на берег, и попытался поставить на ноги возле одной из карет. Все тело будто скрутило судорогой, и сейчас, на берегу, малейшее дуновение ветра приносило нестерпимую боль. Хотелось свернуться в клубок и заснуть. Стенли же в это время побежал ко второй карете, что стояла дальше от воды.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Тина, бери мое самое теплое платье, большую простыню, и неси в карету, – командовала по-мужски, Флоренса, что стояла напротив Тани и отжимала подол платья. – Грейте воду в котлах, грейте камни, ставьте печи с камнями в мою карету, вы что, не видите, что леди окоченела? – кричала она на людей, что до сих пор не могли понять – что творится, и что за женщину занесло сюда вместе с их хозяином.