Ольга Брилева - По ту сторону рассвета

Берен обезумел. В него вошел тот самый медвежий дух, что входил в его деда, Брегора Бешеного, этот дух утраивал его и так немалые силы, и если бы не Элвитиль и Даэрон, один из которых уселся ему на ноги, а второй — на плечи, он бы скинул Брандира и сделал, что хотел, тем самым окончательно погубив себя и других. Какое-то время казалось, что он сможет раскидать и троих, но Элвитилю и Даэрону передали ремни, они связали Берену руки и ноги и держали его так, пока он не прекратил рычать, браниться и вырываться.

Какое-то время он лежал спокойно, но его не спешили отпускать и развязывать. Наконец, он испустил длинный выдох и сказал из-под Даэрона:

— Все. Уже все. Слезай с меня, синда, плечо болит.

Его отпустили, Брандир и какой-то эльф развязали ремни. Берен встал, пошатываясь, тяжело дыша и пытаясь сквозь кольчугу нащупать — все в порядке с его плечом или нет?

— Кто первым ударил меня? — спросил он, оглядываясь.

Эльфы не отвечали.

— Кто первым ударил меня? — повторил он свой вопрос.

— Я, — Брандир опустился на колено.

Берен поднял его, обнял здоровой рукой и тихо сказал:

— Спасибо.

Удивительным образом повернулась судьба: десять лет назад точно так же, весной, сквозь вздувшиеся Топи Сереха пробивался к Ангродовым гатям Финрод, разбитый у этих болот, вот в этом же самом месте, где Гортхауэр застрял, как разбухший клин в пазу.

Теперь уже сомнений не было: Финрод и Берен состояли в сговоре. Конечно, никто из них не собирался попадать в плен. Но на самый крайний случай, на самый худой конец у них была припасена какая-то хитрость…

Берен если не знал, то догадывался, почему Саурон хочет его живым больше, чем мертвым. Беор доставлял много неприятностей Повелителю Воинов, а еще ему интересно было понять, как это повернуть себе на пользу. Он хотел создать нечто вроде уз т'аэро-ири, чтобы привязывать к себе верных людей, как то желал Мелькор. Но Мелькор не спешил ему открывать эту тайну, и Гортхауэр довольствовался верностью подонков, замешанной на корысти и страхе. А у беорингов было нечто особенное, и Гортхауэр хотел это иметь. На самый худой конец — разрушить.

То, что Финрод попал в его руки, было огромной удачей — ведь без этого неизвестно, сколько пришлось бы потрошить Беоринга. Используя Финрода, он быстро подчинил Берена себе, и был доволен. Но как, как он мог купиться на сказочку о любви? А ведь это казалось ему правдой, потому что слишком глупо было для выдумки… И ведь Берен открыл ему свой разум. Гортхауэр знал, что можно сопротивляться осанвэ, и что нежелание вступать в мысленную беседу непреодолимо, если воля Створенного сильна. Но это не было нежеланием — Берен не скрывал ничего, не сопротивлялся, а просто-таки выворачивался наизнанку! Значит, он или знает, какой-то новый, неизвестный доселе способ сопротивления, или это чары, наложенные Финродом…

Это занимало его сильней, чем поражение. Когда он встретился с сильным отрядом эльфов, ожидавшим его сразу по выходе с Топей, он понял, что Илльо не придет, что он попался в ловушку, приготовленную заранее. Спасать было нечего: оставалось вернуться в Аст-Алхор и закрепиться там.

Аст-Алхор им не взять.

— Ну что, — Брандир размотал длинную конопляную веревку. — Давай руки, ярн.

Берен, вздохнув, завел руки за спину.

— Смотри же, Брандир, вяжи так, чтобы я мог сразу освободиться. Если я запутаюсь — нехорошо получится.

— Не волнуйся, лорд, все будет как надо. Сейчас проверим. Держи конец.

Горец стиснул в кулаке разлохмаченный конец веревки.

— Проверим, — он потянул — и хитрый узел развязался, путы мгновенно спали с рук и плеч. — Давай еще раз.

Морщась, он свел запястья за спиной.

— Не туго? — озабоченно спросил Рагнир.

— Ничего, так даже природнее получится. С чего это вам со мной нежничать?

— И то верно, — согласился Брандир. — Смотри, ярн, меч вот где, у седла закреплен.

— Ага.

— Ну, боги с нами.

Двое стрелков подхватили Берена за ноги и перебросили через лошадиную спину, Рудвег придержал за шиворот. Берен скрипнул зубами.

— Вперед, — сказал Брандир, и отряд двинулся вперед, под прикрытием леса, в ветвях которого густели сумерки.

Они вышли к Сириону и потрусили вдоль берега — растрепанные останки битой армии. Усталые, замызганные лошади, измученные грязные люди в поврежденных доспехах — все выглядело как надо. Если бы все еще и прошло как надо…

В другое время, в другом случае — он непременно залюбовался бы красотой этого места: справа и слева — горы, позади — обманчивая изумрудная гладь Болот Сереха, впереди — подобный рыбьему плавнику остров, разделяющий Сирион надвое — и, в свою очередь двоящийся в зеркале воды, увенчанный короной замка.

Сейчас было не до этого.

— Есть, сказал Рагнир. — Опускают мост…

— Ходу! — крикнул Берен, запретив себе думать о том, что сейчас будет с его плечом и грудью.

Они подъехали к мосту, когда первый патрульный ранк уже вошел в ворота, а сменный — только выходил.

— Стоять, кто такие!? — крикнули с башни. Патрульные схватились кто за самострелы, кто за мечи.

— Армия «Хэлгор»! — крикнул Брандир.

— Что, вот так прямо и вся армия? — недоверчиво спросил ранкар.

— Не знаю я, где вся армия, — огрызнулся Рагнир. — Из нашего хэрта мы одни спаслись.

— Быстрее прочих драпали, трусы? — закричали с башни.

— Важного пленника везем! А ну, пропустите!

— Что еще за пленник-то?

Берен испытал несказанное облегчение, когда его тем же порядком, за ворот, сбросили с коня.

Ранкар патруля приблизил к его лицу факел. Берен узнал его: это был Тэврах, задержавший их осенью.

— Ты гляди! Обратно, значит, тебя сюда приволокли, Беоринг, предатель? Не иначе как у тебя задница с ручкой: ежели тебя за нее берут, то берут крепко!

Орки громыхнули гоготом, горцы их поддержали.

— И обратно мне удача выпала на тебя налететь, — продолжал Тэврах. — Ты знаешь, в прошлый раз меня наградой-то обнесли. Сказали: когда б я доставил тебя как Беоринга, так и получил бы награду за Беоринга. Ты как думаешь, теперь наградят?

— Чего это? — возмутился Рудвег. — Мы его взяли и награда наша!

«Феаноринги», — подумал Берен. — «Если бы вы сейчас, пока мы треплемся, начали выдвижение — вышло бы это очень ко времени…»

— Ваша награда будет, если вам головы не снесут за бегство с поля, — прищурился на человека орк.

— Ты в замок нас пропустишь или нет? — нетерпеливо спросил Брандир. Начинать драку на мосту, рискуя попасть под обстрел со стен, ему не хотелось.