Кристофер Паолини - Наследие

— Значит, когда ты покинешь Алагейзию, мы будем зависеть от Арьи, если нам вдруг понадобится это имя?

— Ты же знаешь, что она всегда поможет. Скорее уж я стал бы беспокоиться насчет Муртага.

Насуада, казалось, заглянула куда-то в глубь своей души и сказала:

— Насчет него можно не беспокоиться. Он нам не угроза. Больше не угроза.

— Как скажешь. Если твоей целью является желание держать в узде всех заклинателей, тогда имя древнего языка — это как раз и есть та тайна, которую лучше всего не доверять никому.

— Если это действительно так, тогда… да, я понимаю.

— Спасибо. Есть и еще кое-что, что тебе следует знать.

Насуада настороженно глянула на него:

— Вот как?

И он рассказал ей о тех идеях, которые недавно пришли ему в голову относительно ургалов. Выслушав его, Насуада некоторое время молчала, потом сказала:

— Ты слишком много на себя берешь, Эрагон!

— Приходится. Больше никто и не стал бы столько на себя брать. Так ты одобряешь? По-моему, это единственный способ обеспечить долгосрочный мир.

— А ты уверен, что это разумно?

— Не до конца, но, думаю, нам надо попробовать.

— И с гномами тоже? Это что, действительно так необходимо?

— Да. И это только справедливо. Кстати, это поможет установить равновесие между различными народами.

— А если они не согласятся?

— Я уверен, что согласятся.

— В таком случае поступай, как считаешь нужным. Тебе не нужно мое одобрение — ты достаточно ясно дал это понять, — но я согласна: эти действия, похоже, необходимы. Иначе лет через двадцать — тридцать мы можем столкнуться с точно такими же проблемами, какие были у наших предков, когда они впервые прибыли в Алагейзию.

Эрагон слегка поклонился и сказал:

— Хорошо, я все устрою.

— Когда ты собираешься нас покидать?

— Тогда же, когда и Арья.

— Так скоро?

— Нет причин ждать дольше.

Насуада прислонилась к парапету, не сводя глаз с фонтана.

— Ты приедешь к нам погостить?

— Я попробую, но… вряд ли. Когда Анжела гадала мне, она сказала, что я никогда не вернусь.

— Вот как… — Насуада вдруг словно охрипла. Она резко повернулась к Эрагону и посмотрела ему прямо в глаза. — Я буду скучать по тебе.

— И я по тебе.

Она плотно сжала губы, словно стараясь не заплакать. Потом шагнула к нему и обняла. Он тоже обнял ее, и они постояли так несколько секунд, а потом Эрагон сказал:

— Насуада, если ты когда-нибудь устанешь быть королевой или захочешь найти место, где могла бы жить в мире и покое, приезжай к нам. Тебе в нашем замке всегда будут рады. Я не могу сделать тебя бессмертной, но я могу значительно продлить годы твоей жизни, и эти годы ты проведешь в добром здравии.

— Спасибо. Я очень благодарна за твое предложение и не забуду его.

Однако у Эрагона было ощущение, что она никогда не сможет заставить себя покинуть Алагейзию, какой бы старой ни была. Слишком сильно было в ней чувство долга.

Затем он спросил:

— Ты дашь нам свое благословение?

— Конечно. — И она взяла его лицо в обе руки, поцеловала его в лоб и сказала: — Благословляю вас обоих, тебя и Сапфиру. И пусть всюду, куда бы вы ни направились, вам сопутствуют мир и удача.

— И тебе я желаю того же самого, — сказал Эрагон.

Насуада еще раз ласково погладила его по щеке, а потом махнула рукой, и он пошел прочь, оставив ее в одиночестве на балконе.

76. Кровавый долг

Опускаясь по лестнице, Эрагон наткнулся на травницу Анжелу. Она сидела, скрестив ноги, в темном дверном проеме и вязала нечто, похожее на бело-голубую шляпу. Поля шляпы были покрыты странными рунами, значения которых Эрагон разобрать не сумел. Рядом с нею лежал Солембум, пристроив ей на правое колено голову и тяжелую переднюю лапу.

Эрагон остановился, несколько удивленный, потому что не видел их обоих — он даже не сразу вспомнил, как долго, — наверное, с первых часов после окончания битвы за Урубаен. С тех пор они словно исчезли куда-то.

— Приветствую тебя, — сказала Анжела, не поднимая глаз.

— И я тебя приветствую, — ответил Эрагон и спросил: — А что ты тут делаешь?

— Вяжу шляпу.

— Это я вижу, но почему именно здесь?

— Потому что хотела с тобой увидеться. — Спицы в ее руках, слегка позванивая, мелькали с завораживающей регулярностью и быстротой, как тонкие языки пламени. — Говорят, что вы с Сапфирой забираете драконьи яйца и Элдунари и покидаете Алагейзию?

— Как ты и предсказывала, — сердито буркнул Эрагон, приходя в отчаяние от того, что Анжеле удалось выведать такую важную тайну. Подслушать их с Насуадой разговор она никак не могла — не позволила бы магическая защита, — и, насколько он знал, никто не мог рассказать ни ей, ни Солембуму о существовании драконьих яиц или тех Элдунари, с острова Врёнгарда.

— Ну да, предсказывала. Но никак не думала, что буду провожать тебя.

— Откуда ты узнала? От Арьи?

— От нее? Ха! Едва ли она бы мне рассказала. Нет, у меня иные возможности. — Анжела перестала вязать и посмотрела на Эрагона, поблескивая глазами. — Но тебе я о них не расскажу. В конце концов, и мне хочется иметь кое-какие тайны.

— Правда?

— Правда! И если ты намерен разговаривать со мной без должного уважения, то зря я вообще побеспокоилась и пришла сюда.

— Извини. Просто мне… немного не по себе. — И, помолчав, Эрагон спросил: — А зачем ты хотела меня видеть?

— Я всего лишь хотела попрощаться с тобой и пожелать тебе удачи в пути.

— Спасибо.

— Угу. Постарайся не слишком загружать себе голову, где бы ты в итоге ни решил поселиться. И старайся как можно больше бывать на солнце.

— Постараюсь. А чем займетесь вы с Солембумом? Останетесь здесь и будете присматривать за Эльвой? Ты как-то говорила, что собираешься ею заняться.

Травница фыркнула самым неподобающим для дамы образом.

— Остаться? Как я могу остаться, когда Насуада намерена за каждой ведьмой шпионить?

— Так ты и об этом слышала?

Анжела быстро на него глянула.

— Мне это не нравится! Мне это очень не нравится! Я не желаю, чтобы со мной обращались, как с набедокурившим ребенком! Нет, пришла, видно, пора и нам с Солембумом перебираться в более дружелюбные места, в Беорские горы, например, или в Дю Вельденварден.

Эрагон, поколебавшись, спросил:

— А с нами ты не хотела бы отправиться?

Солембум открыл один глаз и некоторое время пристально смотрел на Эрагона, потом снова зажмурился.

— Очень мило с твоей стороны было предложить это, — сказала Анжела, — но, думаю, мы твое предложение отклоним. По крайней мере, пока. Сидеть там и караулить Элдунари, а также учить молодых Всадников уму-разуму… Нет, по-моему, это скучно. Хотя воспитывать молодых драконов, пожалуй, неплохо. Даже увлекательно. Впрочем, пока что мы с Солембумом останемся в Алагейзии. Я действительно хочу приглядеть за Эльвой, ее еще хотя бы несколько лет нельзя оставлять без внимания.