Иван Мак - Ина Вири Калли

− Раймина. Кто такая Раймина? − Спросила Ина.

− Я прилетела с ней.

− Ты ее давно знаешь?

− Давно. Мы выросли вместе.

− Почему не упоминала о ней в рассказе?

− Мы почти не встречались и у нас не было общих дел.

− Рассказывай, когда и где вы встречались. Что в это время происходило? Все, Шейла.

Лайинта снова начала рассказывать. О детстве, об играх, о встречах после, о своей встрече с ней на крейсере и простой своей прихоти, по которой Раймина осталась с ней и становилась ее помощницей.

− Иди и ложись спать. − Сказала Ина, показывая в сторону. Рядом в полной черноте возникла дверь. Шейла прошла туда и легла в совершенно пустой комнате. Через мгновение она исчезла, а Ина вышла из системы и оказалась вместе с Кори, когда та осталась одна в бывшем кабинете Шах-Лезара.

Все было просто. Ина Ранкхоф оказалась Главнокомандующим всех войск пришельцев. В течение нескольких дней главная ставка войск Земли получала сведения о пришельцах. Документы приходили целыми пачками. Появлялись данные обо всем, начиная со списков инопланетян, воевавших на фронтах, кончая полной технической информацией об оружии, о космических кораблях, о военных планах.

Землянам была передана информация о положении складов оружия и боеприпасов. За несколько дней армия Земли перешла в наступление и начала быстрое продвижение на главный центр космической армии Империи, бывший город Ингород. Контратаки пришельцев срывались одна за одной. Армия людей провела маневры в тылу противника, захватила несколько складов с оружием и продолжила свое быстрое продвижение.

Ина Ранкхоф «была в бешенстве». Она раздавала приказы налево и направо, внося еще большую путаницу в войсках Империи. Генералы не знали куда деваться от ее гнева. Она требовала новые и новые данные об их планах и эти планы становились достоянием Главной Ставки Земли.

Ина смеялась над пришельцами. Она использовала Систему и никто не мог понять как информация попадала к людям.

− Вы должны соблюдать строжайшую секретность! Никто не должен ничего знать! − Говорила Ина генералам. − Каждое действие должно совершаться скрытно. Используйте ночь. Используйте плохую погоду. Используйте все средства маскировки передвижений.

Требования, разносы, военные планы…

Прошел почти месяц с того момента как Ина Ранкхоф начала свое командование. Она уже видела как на нее смотрели генералы. Она уже чувствовала, что ее окружают. Генералы сговорившись начали подсовывать ей неверную информацию и они поняли в чем дело, когда одна из их секретных операций прошла без всяких помех после того как о ней не было ничего сказано Ине Ранкхоф.

Против нее началась подготовка заговора.

Ина сидела в кабинете и писала какие-то очередные приказы и распоряжения. В дверь вошла Раймина.

− Я хочу попросить у тебя прощения. − Сказала она.

− Прощения? − Удивилась Ина. − За что?

− За то что я наговорила тебе тогда, на крейсере, когда мы встретились.

− Да? Что-то я забыла о чем мы говорили тогда. − Произнесла Ина и снова начала писать. Она закончила через полминуты и подняла взгляд на Раймину. Та все еще стояла около дверей. − Что-то не так, Раймина?

− Ты сильно изменилась за эти годы. Раньше ты не говорила так со мной.

− Садись, Раймина. − Сказала Ина, показывая ей на кресло. Та прошла и села, не отрывая взгляда от Ины. − Рассказывай, какие у тебя проблемы?

− Ты совсем сдурела?! − Закричала Раймина, вскакивая. − Не понимаешь что происходит?!

− Я все прекрасно понимаю. Только я не понимаю, почему ты вдруг ни с того ни с сего вспомнила этот разговор. Сколько времени прошло? Больше месяца, а ты внезапно приходишь и начинаешь извиняться. Как это понимать? Объясни мне.

− Ты действительно стала другой. − Сказала Раймина. Она прошла к дверям и обернувшись сверкнула глазами. − Против тебя готовится заговор. − Сказала она и хотела выйти.

− Стой! − Приказала Ина. − А теперь иди сюда и сядь.

Раймина прошла и села. Ина немного поглядела на нее, а затем вынула документ, в котором была информация о Раймине. Она служила на крейсере и не сумела подняться выше звания сержанта. В характеристие было указание о возможной неблагонадежности.

− Успокоилась? − Спросила Ина.

− Чего ты хочешь?

− Что бы ты спокойно взяла и рассказала все. А то что это за дела? Против тебя готовится заговор! Кто? Где? Как? Ты что, враг, что так делаешь?

− Я не враг. Ты совсем все позабыла? Мы были друзьями. Я думала, ты об этом помнишь, раз взяла меня с собой. А ты за весь месяц даже не подошла ко мне!

− И ты пришла извиняться, решив что я на тебя обижена?

− Я пришла извиняться, решив, что я была не права тогда.

− Знаешь, я, конечно, могу все понять. Но мне все же хотелось бы услышать в чем ты была не права? В том или в этом?

− Что в том или в этом?

− А то. Ты говоришь что была не права, извиняешься. А твои слова можно понять и так и этак. С одной стороны ты оказываешься другом, а с другой врагом. Вот я и хочу от тебя услышать в чем ты была не права. Я ведь не могу понять какие-то намеки.

− Я была не права, когда ругала тебя за то что ты работаешь на Императора.

− Правда?! − Воскликнула Ина.

− Я не договорила! − Воскликнула Раймина. − Извини. Я только сейчас поняла что ты работаешь против него. Поэтому и пришла сказать о том что готовится заговор.

− Очень жаль. − Сказала Ина.

− Что жаль?

− Что ты пришла это сказать только поэтому. Я уже было решила, что для тебя превыше всего дружба, а не служба, а оказывается, наоборот.

− Да чего ты несешь?! Я пришла к тебе как друг!

− И говоришь, что не сказала бы мне ничего, если бы я работала на Императора.

− Я сказала бы. Ты меня не так поняла.

Ина вышла из-за стола, подошла к Раймине и села рядом.

− Кто-то мне сказал, что ты очень плохо соображаешь. − Сказала Ина. − И мне кажется, что он был прав.

− Почему?

− Потому что я никак не могу от тебя добиться самого простого. Ты узнала о заговоре и так и не сказала от кого и кто его готовит.

− Я слышала об этом разговор в столовой. Меня никто не узнал. Я всегда хожу туда не в своем виде. Один из генералов говорил с другим и доказывал тому, что ты предаешь Императора. Он говорил о какой-то операции.

− О Шайтонской?

− Да! Ты знаешь?!

− Знаю. Одна из очень немногих операций, которая не провалилась как все остальные.

− Он сказал, что она не провалилась из-за того что ты о ней не знала и что все операции проваливаются когда ты о них узнаешь.