Инна Живетьева - Стальное княжество. Дилогия

— Идите за мной, — дрид выкатился, тут же растворившись в темноте, как в баночке чернил.

Аля переступила порог. Подошвы ощутили каменный пол; ноздри чуть дрогнули, узнав запах: подземные пещеры.

— Закройте за собой, — раздался где-то впереди голос Орона.

Альку толкнули в плечо, ойкнула Маша, прошептал что-то Тимс. Мягко стукнула дверь.

Зашипели, вспыхивая, факелы. Один, другой, третий, еще и еще — огни разгорались, освещая каменные стены, съедая темноту в огромном каменном зале, высвечивая яркие руны.

— Сердце Лабиринта! — восхищенно ахнул Талем. — Это ведь оно, правильно?

— Да, — подтвердил Рик.

Уродливые мраморные собаки все так же изнемогали под тяжестью каминной доски. Никто не удосужился убрать наваленный на ней хлам: подсвечники, листы пергамента, зонтик, шляпы — все так же громоздились неустойчивыми кучками. Вот только стеклянный шар с фиолетовой крысой внутри оказался теперь в птичьей клетке — Аля же точно помнила, что тот лежал на краю. Странно, память сохранила такую мелочь.

А вот стол пропал, так же, как и лежанки. Вокруг бьющего из пола фонтана стояли невысокие креслица, ровно по числу гостей. Попавшие сюда впервые осматривались с интересом; Влад же громко сказал:

— А я тогда под лежанку ножик уронил. Маленький такой, тупой, правда. Уронил, а достать забыл. Так и я и думал — сперли!

Хозяин остановился у одной из китайских ширм:

— Я запущу механизм. Принцип тот же, не люблю изобретать лишние сущности. К каждому из вас подлетит шар. Следуйте за ним, и он приведет вас к двери. За ней — ваш мир. Выйдете все в одной точке, на окраине города. И постарайтесь не мешкать. А еще лучше — бегите сразу, и как можно быстрее, — закончил он мрачно. — Одна минута, на большее не рассчитывайте. Сил у меня может не хватить.

— Хватит, — успокоил Славка. — Мы с Лешкой остаемся.

— Спятили, — выдохнул Влад.

Хлопнула ресницами Маша. Лера же мягко заметила:

— Ну почему сразу — спятили? Я тоже остаюсь.

— Из-за Талема? — вырвалось у Альки прежде, чем она успела подумать.

Лера чуть повела плечом: зачем тратить слова на очевидное.

— Дайарена обещала вернуть ему любовь, — громко сказала Сима.

— Ты говоришь так, словно это плохо, — заметила Лера.

— Плохо. Он может полюбить другую, не тебя, — Сима договорила против своего обыкновения. Смотрела она не на Леру, на Талема.

— Я остаюсь, — непреклонно произнесла Лера. — Господин Орон, на пятерых ваших сил хватит?

— Хватит, — он довольно изогнул губы. — Благодарю вас. Ваша кровь в наших жилах отсрочит агонию мира.

— Красиво говорит! — шепотом восхитился Влад. — А вы все-таки идиоты.

— Тогда прощайтесь. У вас есть время, пока я буду открывать проход.

Коляска с дридом скрылась за ширмой. Факелы зачадили, пачкая сажей каменные стены. Половина погасла, света остальных еле хватало, чтобы различать лица друг друга.

— А записки? — первой заговорила Маша. — Вы родителям хоть записки…

— Какие записки?! — у Славки дернулись губы. — Что мы там напишем: живы, но другом мире? Что?! Мы же никогда не вернемся.

Машка даже отступила на полшага от той боли, которая прорвалась в Славкином голосе. Резко отвернулся Алешка, потупилась Лера. А Маша вдруг бросилась на шею Талему. Але показалась, что девочка плачет, но нет, глаза у той были сухие. Она просто прижималась, как котенок, и сбивчиво рассказывала про Леру: какая та замечательная.

— Ну, хватит! — Лера оторвала Машу от Талема и сама обняла подругу.

Все заговорили разом, сорвались с мест. Аля видела, как Тимс что-то торопливо говорил Симе, как Машка перелетела к Рику и обняла растерявшегося княжича, как Лера поцеловала Влада — и тот смутился, Аля даже моргнула от удивления. И так уж получилось, что Алешку задвинули за спины, а Славку вынесло прямо на девочку. Он глянул мельком, но Аля решительно шагнула вперед.

— Подожди. Я… попрощаться хочу. Ну что ты так смотришь, я тебе что, враг?

— Да нет. Знаешь, мне вообще сейчас по барабану, кто ты там.

Аля прикусила губу, справляясь с кольнувшей обидой.

— Когда ты остался у ловушки, мне так хотелось бежать назад, просить у тебя прощения.

Все вокруг шумели, Славка ускользал взглядом, и слова не шли у Али с языка. Она махнула рукой: да и что тут скажешь. Зачем только остановила! Но Славка неожиданно зацепился взглядом за ее лицо, вгляделся — холодная отстраненность сошла:

— Ну, прощай, что ли, — неловко выдавил он.

— Вы только тут выживите, ладно, — попросила Аля.

— Мы постараемся, — усмехнулся тот.

Свет пропал неожиданно, словно резко выключили лампы. Факелы так потухнуть не могли, но все-таки погасли. «Не успела!» — тоской отозвалось в Альке. Даже словечка сказать Алешке не успела.

Пять шаров вспыхнули перед ребятами, снова освещая зал. Пять дверей — высоких, окованных железом, возникло в стенах. Маша снова бросилась к Лере — ее шар дернулся следом, как привязчивый щенок. Но Талем ухватил девочку за плечи, развернул:

— Торопитесь!

Шары то загорались ярче, то чуть притухали. Маша сделала шаг в сторону дверей, и предназначенный ей тут же отскочил на полметра, снова вернулся, дернулся ко второй справа двери. У средней уже стоял Влад, слева от него приплясывал Костин шарик. Сима шла к последней двери, Але же осталась левая крайняя. Влад что-то негромко сказал Косте, и они одновременно потянули за ручки. Зажмурившись, шагнула в черный провал Маша, и створка бесшумно захлопнулась. Оглянулась в шаге от порога Сима.

Алин шар летел, как по ниточке. Чем ближе к двери, тем яснее проступали кованые узоры. «Алеша, посмотри на меня! Ну пожалуйста!» — но между лопатками скользили взгляды Славки, Леры, Талема, Рика, Тимса — но не Алешкин. Девочка знала, была совершенно уверена, что тот не смотрит. От двери пахнуло запахом мокрого железа. Мельчайшая влажная пыль лежала на оковке. «Ну посмотри же!!» Заломило в висках, пересохли губы. «Пожалуйста, посмотри. Позови меня!»

Холодная ручка удобно легла в руку. Светящийся шар закрутился, вытянул ложноножку и настырно полез в замочную скважину. На запястье дохнуло теплом. «Ну посмотри…» Дверь отошла без скрипа, легко, словно не была массивной, в ладонь толщиной. Темноту за ней слабо разбавлял наполовину протиснувшийся шар. В его свете блестел мокрый пятачок асфальта. По мелкой луже расплывались цветные разводы бензина. Запах города — машин, каменных домов, мокрых плащей, множества людей, троллейбусных проводов, — коснулся Али. Головная боль мгновенно схлынула. Дома… Аля улыбнулась, увидев Машку, обнимавшую фонарный столб. Железная дверная ручка нагрелась в ладони и скользила из пальцев, словно живая. Але показалось, что где-то рядом закряхтел дрид.