George Martin - Танец с драконами

– Великан-охранник? Даже Далла не могла похвастаться этим.

Выглядывая из палаток и навесов под голыми деревьями, одичалые Тормунда смотрели, как они проезжают. Джон заметил, что на каждого боеспособного мужчину приходилось три женщины и столько же детей, измождённых созданий с впалыми щеками и голодными глазами. Когда Манс Налётчик вел вольный народ к Стене, его последователи гнали перед собой большие стада овец, коз и свиней, но теперь остались лишь мамонты. В мамонтах много мяса, и Джон не сомневался, что их бы тоже закололи, если бы не свирепость великанов.

Джон видел и следы болезни. Это встревожило его больше, чем он мог выразить. Если даже отряд Тормунда оказался голодающим и больным, что же случилось с тысячами, которые последовали за Матушкой Кротихой в Суровый Дол?

«Коттер Пайк должен скоро добраться до них. Если ветра попутные, его флот, может быть, сейчас уже возвращается в Восточный Дозор, и с ними столько вольного народа, сколько смогло втиснуться на борт».

– Как прошло с Тормундом? – спросила Вель.

– Спросите меня через год. Самое сложное впереди. Я ещё должен убедить своих же братьев отведать то варево, что приготовил. Боюсь, вкус не понравится никому.

– Позвольте мне помочь.

– Вы уже помогли. Вы привели ко мне Тормунда.

– Я могу сделать больше.

«Почему бы и нет? – подумал Джон. – Все уверены, что она – принцесса». Внешностью Вель вполне подходила на эту роль, а держалась девушка на коне так, словно родилась в седле. «Принцесса-воительница, – решил он, – не какое-нибудь нежное создание, которое сидит в башне, расчёсывая волосы в ожидании, что её спасёт какой-нибудь рыцарь».

– Я должен поставить королеву в известность об этом соглашении, – сказал он. – Вы можете встретиться с ней, если найдёте в себе достаточно сил, чтобы преклонить колено.

Не стоило оскорблять её величество, ещё не открыв рта.

– Могу я смеяться, пока преклоняю колено?

– Нет, не можете. Это не игра. Наши народы разделяет река крови – старая, глубокая, багровая. Станнис Баратеон – один из тех, кто одобряет переселение одичалых в королевство. Мне понадобится поддержка его королевы, чтобы завершить то, что я начал.

Игривая улыбка Вель пропала.

– Клянусь вам, лорд Сноу. Я буду достойной принцессой одичалых для вашей королевы.

«Она не моя королева, – мог бы ответить он. – По правде, я с нетерпением жду её отъезда. И если боги милостивы, она заберёт с собой и Мелисандру».

Остаток пути они проехали в молчании. Призрак бежал по пятам. Ворон Мормонта следовал за ними до ворот, а потом, хлопая крыльями, поднялся вверх, пока остальные спешивались. Конь с факелом отправился вперёд, освещая путь через ледяной туннель.

Когда Джон и его спутники появились с южной стороны Стены, у ворот их ждала небольшая группа чёрных братьев. Среди них находился Ульмер из Королевского Леса. Старый лучник вышел вперёд, чтобы говорить от имени остальных.

– Простите, милорд, но парни интересуются. Будет ли мир? Или кровь и железо?

– Мир, – ответил Джон Сноу. – Через три дня Тормунд Великанья Смерть проведёт своих людей через Стену. Как друзей, а не врагов. Возможно, некоторые даже пополнят наши ряды и станут нашими братьями. Нам придется быть гостеприимными. А сейчас – возвращайтесь к вашим обязанностям, – Джон передал поводья своей лошади Атласу. – Я должен встретиться с королевой Селисой. – Её величество сочла бы неуважением, если бы он сразу же не явился к ней. – После этого мне нужно написать несколько писем. Принеси в мою комнату пергамент, перья и чернильницу. Затем позови Марша, Ярвика, Септона Селладора, Клидаса. – Селладор, наверняка, полупьян, а Клидас – плохая замена настоящему мейстеру, но кроме них у него никого не было. «Пока не вернётся Сэм». – И северян. Флинта с Норри. Кожаный, ты тоже должен придти.

– Хобб печет луковые пироги, – сказал Атлас. – Должен ли я предложить им разделить с вами ужин?

Джон поразмыслил.

– Нет. Попроси их присоединиться ко мне на вершине Стены на закате. – Он повернулся к Вель. – Миледи. Следуйте за мной, пожалуйста.

– Ворона приказывает, и пленница должна подчиняться. – Её тон был игривым. – Ваша королева, должно быть, свирепа, если у взрослых мужчин в её присутствии подгибаются ноги. Может, вместо шерсти и меха мне стоило надеть кольчугу? Эту одежду я получила от Даллы, мне бы не хотелось заляпать её кровью.

– Если бы слова ранили до крови, у вас была бы причина опасаться. Думаю, вашей одежде ничто не угрожает, миледи.

Они прошли к Королевской Башне по только что расчищенным дорожкам мимо сугробов грязного снега.

– Я слышала, у вашей королевы длинная чёрная борода.

Джон знал, что ему не стоит улыбаться, но всё-таки улыбнулся.

– Только усики. Очень тонкие. Можно пересчитать все волоски.

– Какое разочарование.

Невзирая на все разговоры о желании быть хозяйкой своей новой крепости, Селиса Баратеон не спешила менять удобства Чёрного Замка на тени Твердыни Ночи. Естественно, она окружила себя стражами – у дверей стояли четверо воинов: двое – снаружи на лестнице, ещё двое – внутри у жаровни. Ими командовал сэр Патрик с Королевской Горы, в рыцарских одеяниях белого, голубого и серебряного цветов, и плаще, усеянном пятилучевыми звездами. Когда его представили Вель, он опустился на одно колено, чтобы поцеловать её перчатку.

– Вы ещё прекраснее, чем мне говорили, принцесса, – объявил он. – Королева много рассказывала о вашей красоте.

– Как странно, она же меня никогда не видела, – Вель потрепала сэра Патрика по голове. – Ну, встаньте же, сир-поклонщик. Встать, встать.

Это прозвучало так, будто она говорила с собакой.

Джон едва сдержал смех. С каменным лицом он сообщил рыцарю, что они просят у королевы аудиенции. Сэр Патрик послал одного из латников вскарабкаться по лестнице и узнать, примет ли их её величество.

– Но волк должен остаться тут, – настаивал сэр Патрик.

Джон ожидал этого. В присутствии лютоволка королева Селиса делалась почти такой же нервной, как и при виде Вун Вег Вун Дар Вуна.

– Призрак, останься.

Они застали её величество за шитьём у очага. Звеня бубенчиками на рогах, её шут танцевал вокруг под одному лишь ему слышимую музыку.

– Ворона, ворона! – закричал Пестряк, увидев Джона. – На дне морском вороны белы, как снег, я знаю, знаю, о-хо-хо.

Принцесса Ширен свернулась в оконной нише, капюшон скрывал безобразные следы серой хвори, изуродовавшей её лицо.

На присутствие леди Мелисандры ничто не указывало. За это Джон был благодарен. Рано или поздно ему придется встретиться с красной жрицей, но он предпочел бы, чтобы это произошло не в присутствии королевы.