Иван Казаков - Нед (трилогия)

– Готовьте заклинания. Будем драться. Скоро они придут сюда.

– Придут, да. Не отсидимся – вздохнул старик – ну что же, покажем, что такое Великий Атрок. Зря они с нами связались. Нет бы дать уйти. Принц умен-умен, а все-таки глуп – ему ужасно хочется отомстить за свой страх. Но вообще – дельный мальчик. Ты знаешь, он подходит на роль короля больше, чем твоя Санда на королеву, это точно, и…

Договорить ему не дали. Дверь с шумом распахнулась, и из нее полезли гвардейцы, заполняя комнату, как вешние воды наполняют лесное озерцо. Их становилось все больше, и они выстраивались в шеренгу, а из-за их спин слышался голос принца:

– Там они, точно! Они перебежали в другую комнату – больше им деться некуда. Бейте их, парни! У них сейчас должен закончиться заряд амулетов, я слышал, как они говорили!

– Сука! – прошептал Имар, и выбравшись из-под кровати, стряхнул с себя паутину, заплесневелые крошки, пыль и грязь. Амулет, видимо, прекратил свое действие, потому что солдаты дружно заревели:

– Вон они! Один! Нет – два! Принц не врал! Молодец! Хватай, отжимай их к стене! Осторожнее, парни, и постарайтесь взять их живыми – надо будет допросить!

– А вот хрен вам – хмуро сказал Имар, и подняв руки вверх выкрикнул заклинание вызова демонов. В воздухе запахло сортиром, потом розами, потом хлебом, помойкой, морской волной…и вся толпа солдат полегла, схватившись за животы и катаясь по полу от боли.

– Простите парни, нам просто хочется жить – пробормотал Имар, и двинув руками дослал еще одну порцию демонов в новую партию солдат, проникших в помещение.

Солдаты стонали, изо рта у них шла кровь, и Нед знал – через несколько минут те умрут. Ни один из них не проживет дольше получаса. И весь ужас заключался в том, что в большинстве своем это были нормальные парни, у них у всех были свои мать и отец, жены и дети, любимые девушки – и вот, пришлось умереть на полу, вытертом тысячами ног в кованых сапогах. И лишь потому, что они честно исполняли свой долг. И это были не враги, не супостаты, пришедшие захватить родину – обычные служаки, пришедшие на воинскую службу заработать немного денег. Как он сам.

Неда чуть не вырвало от этой мысли.

Спас голос Юрагора, шедший изнутри сознания:

«Чего встал, придурок! Пробивайся к принцу, руби оставшихся и уноси ноги! Иначе все твои страдания, все твои труды будут напрасны, а Санду убьют! И убьют старого осла, потерявшего сноровку! Беги! Беги, Нед, не мешкай!»

И Нед побежал. В его руках змеились тусклые серые клинки, покрытые узорами наподобие морозной вязи, его глаза горели, как два красных уголька, а лицо было бледным и решительным, как если бы он шел в последний свой бой.

Нед не замечал стонущих под ногами гвардейцев, не замечал трупов, по которым он шел к цели, как атакующий буйвол – достать принца и убить всех, кто встанет на его пути – вот задача.

Гвардеец уже тянулся ключом к замку, пытаясь открыть дверь и вывести принца, сообразившего, что жертвы превратились в охотников, когда Нед сходу отрубил солдату руку, вставляющую ключ в замочную скважину.

Вторым ударом он рассек горло гвардейца, стоящего рядом с принце – кровь из отрубленной руки и из перебитого горла окатила принца с ног до головы, и парень покачнулся, едва не упав в обморок.

Остальные телохранители напали на Неда, пытаясь достать его тяжелыми мечами и копьем – но где там! Он расправился с ними за несколько секунд, против Демонских мечей спасовала сталь брони – добротной, крепкой, но обычной, расходящейся под ударами сверхострой стали, как если бы была сделана из бумаги.

Через минуту все было закончено. На ногах остался один принц, в окружении изрубленных трупов.

Бордонар был бледен. Он смотрел на Неда голубыми глазами, не мигая, как будто пытаясь запомнить облик своего убийцы и унести его на тот свет – авось когда-нибудь встретится, и отомстит негодяю. Принц был бледен, но голос его, когда он задал вопрос, был хоть и негромок, но тверд:

– За что? Вы не хотите, чтобы я сел на трон?

– Да, мы не хотим, чтобы ты сел на трон – тяжело подтвердил Нед – прости, парень, ничего личного. Ты просто оказался не в том месте, не в то время. Ты умница, у тебя почти получилось. Но мы не простые убийцы.

– Я уже понял – вздохнул принц – пожалуйста, когда будешь убивать, сделать так, чтобы я не мучился. Убей чисто. Как жаль, я не дописал трактат по истории магии…и не зачал ребенка. Подожди секунду, я помолюсь Создателю…- он помолчал, потом добавил, вытянув шею вверх – давай, я готов!

И Нед ударил.

Глава 11

– Господин! Господин, проснитесь!

Амунскому приснилось, что какой-то придурок тормошит его посреди ночи, тянет за ногу, и в его сонной голове вдруг вспыхнуло: «Убийцы! Убийцы пришли! Предательство!»

Гирсос вскрикнул, вскочил на кровати, сунул руку в изголовье, где хранился обнаженный меч, готовый к бою, и…замер. В спальне не было никого, кроме молоденькой четырнадцатилетней рабыни, которую Гирсос «откупорил» сегодня ночью, и старого слуги, испуганно склонившегося в глубоком поклоне и наблюдающего за хозяином тусклым взглядом выцветших глаз. Из дверного проема падал свет яркого фонаря, а где-то далеко гудели голоса, будто обсуждая что-то невероятно важное.

– Что, что случилось?! – всполошился хозяин дома, напугав съежившуюся в комочек девушку, под которой на простыне чернели пятна девственной крови.

Гирсос понял – случилось что-то невероятно важное, иначе слуга не посмел бы беспокоить хозяина в неурочное время. Прислуга в доме вышколена до такой степени, что казалось, они могли понимать мысли хозяина – чтобы угождать ему как можно лучше.

– Из дворца гонец! Король умер, господин!

– Как умер?! – ошеломленно спросил вельможа, а слуга, восприняв его вопрос за пожелание узнать подробности и вид смерти, пояснил:

– От кинжала умер. Его охранник зарезал. А потом покончил с собой – видимо от страха – королевскую особу ведь порешил. За такое кожу живьем снимут!

– Одежду мне! Сапоги! Охрана пусть выстроится у дома! Карету! Быстро!

– А завтракать не будете? – заботливо спросил слуга, и тут же убежал в дверь, подстегиваемый диким ревом хозяина:

– Убью! Быстро! Завтракать?! Какой нахрен завтрак?! Когда все летит ослу под хвост?!

Через двадцать минут Амунский уже сидел в карете, на кожаном сиденье и обдумывал, что же делать дальше. Вот это была беда, вот это неприятности! Такая прекрасная, продуманная операция – и все прахом! И все по милости этого идиота, изображавшего короля – Гирсос был в этом уверен на сто процентов. Опять что-то вытворил, и вот результат. Казалось – сиди себе и сиди, жри, пей, подожди немного, и ты будешь на троне – и тогда, все бабы твои, но нет! Этому дебилу претит заниматься рукоблудством, ему бабу подавай! Да не потом, а сейчас, именно сейчас, когда все висит на волоске! Вот и получил кинжал в сердце.