Лилия Руднева - Ведьмами рождаются

— Я не собираюсь перед вами плакать, — гневно, глотая слёзы, произнесла Настя.

— Вот и прекрасно, — обрадовался Виталий, — разойдёмся без истерик. Передайте Плевако, что я оч-чень благодарен ему за ценного сотрудника, которого он мне прислал, но в ваших услугах наша компания больше не нуждается, — Кузьмин встал, давая понять, что аудиенция окончена.

В это время в шкафу что-то зашуршало, а затем чихнуло. Борис, находившийся возле дверцы, от неожиданности подпрыгнул. Шуршание продолжалось, и он резко открыл шкаф. Оттуда, взлохмаченный сильнее обычного, вывалился Пенёк. В зубах у него почему-то были листы бумаги.

— Что это значит? — брезгливо поднимая Пенька за ворот футболки, спросил Кузьмин, — ты что там, документацию жрал, идиот!

— Не смей касаться моего брата своими руками! — Настя с негодованием оттолкнула Кузьмина и заслонила Пенька своей грудью.

— А ты не таскай его за собой куда попало! — парировал Виталий.

— Вот именно, куда попало! — Настя настолько возненавидела этого человека, что всем сердцем желала ему провалиться сквозь землю, — Ты и твоя шарашкина контора не стоите мизинца моего брата!

Девушка ещё могла простить ему оскорбления в свой адрес, но Пенька она в обиду не даст!

— Теперь я понимаю, за счёт чего процветает твоя компания — ты просто уничтожаешьвсех вокруг себя, ты топчешь людей, как тараканов, не задумываясь. Что у них тоже есть душа! Да тебя в зоопарке надо показывать за деньги! — Настя сорвалась на крик.

Кузьмин стоял молча, не зная, как на всё это реагировать. С ним никто и никогда не смел так разговаривать. Бельского же покинула его обычная флегматичность, и он с интересом наблюдал за происходящим.

— Ты, а не мой брат, являешься идиотом, — Настя распалялась всё больше, — ну растопчешь ты всех вокруг себя, а дальше что? В конце концов, ты останешься один со своими миллионами. Дряхлый, гадкий, никому не нужный старик, и тогда я с удовольствием приду на тебя посмотреть!

Настя сорвала с себя треклятые очки и с вызовом ждала его реакции. Кузьмин молчал. Он в оцепенении смотрел в её глаза. Он нашёл их — бездонные космические глаза, без которых не стоило жить.

«Господи, только бы это был не сон, — подумал он. Не смея верить, что всё это реальность, — Сделай так, чтобы это был не сон!»

— Молчите! — воинственно продолжила Настя, — нечем крыть!

— Распустите волосы, — тихо попросил Кузьмин осипшим голосом.

Ему хотелось убедиться, что они такие, какими он их представлял.

— Что-о? — Настя возмущённо сверкнула глазами, и Виталий едва не лишился сознания.

— Послушайте, — девушка обратилась к Бельскому, видя, что на Кузьмина напал столбняк, — по-моему, у вашего начальника от переизбытка злобы в организме начались необратимые процессы в психике. Вызывайте санитаров!

И, взяв Пенька за руку, Настя гордо продефилировала по кабинету к двери. Оказавшись в коридоре, Пенёк тут же вывалил на неё ушат информации. — Бандюки обложили всё здание, нам не выйти, Серый ещё и подмогу вызвал. Ломиться в офис он не решится, тут охраны много, но не можем же мы здесь поселиться!

Пенёк возбуждённо пританцовывал на месте, размахивая длинными руками, и из кабинетов начали выглядывать любопытные. Настя быстро потащила его в конец коридора. Отыскав дверь туалета, девушка решительно её распахнула. Но тут Пенёк заупрямился.

— В женский не пойду! Я стесняюсь, — упирался он, краснея.

— Нашёл время для церемоний, — Настя попыталась запихнуть его силой.

— Не пойду! — шёпотом закричал Пенёк, и упёрся в коробку двери руками и ногами.

— Ладно, пойдём в мужской, — Настя со злостью схватила его за руку.

Ногой открыв дверь, она деловито прошествовала между писсуаров. Возле одного из них стоял толстенький мужичок с расстёгнутыми штанами. Увидев странную парочку, толстяк в изумлении стал открывать и закрывать рот, словно рыба, выброшенная на берег.

— Рот закрой, муха залетит, — раздражённо сказала ему Настя.

Толстяк застегнул ширинку. Девушка затащила Пенька в кабинку и заперлась.

— Эй вы, извращенцы! — закричал пришедший в себя толстячок, — я сейчас охрану вызову! — и, громко топая, умчался из туалета.

— Нехорошо получилось, — всё ещё смущался Пенёк.

— А хорошо по шкафам бумаги тырить?

— Д анне тырил я! Пошёл проверить, что на улице делается, пока то, да сё, времени много прошло, и я подумал, что если вы закончили, значит у этого изверга в кабинете должны быть. И для конспирации в шкафу появился.

— Да уж, появление вышло сногсшибательным, — хмыкнула Настя.

— Что делать-то будем? — вздохнул Пенёк.

— Позвоню- ка я Плевако. ФСБ обязано бороться с бандитизмом. А о том, что Кузьмин меня выгнал, ему пока знать необязательно.

— Игорь Андреевич, — промурлыкала она, услышав в трубке короткое «да», — это Анастасия.

— Рад вас слышать, — противно засюсюкал он, — а я уж беспокоиться начал — не звоните, не появляетесь. Как наши дела?

— Плохо, — выпалила Настя и осеклась, — то есть ваши дела продвигаются, контракт не подписан, а вот у меня проблемы. И, боюсь, если вы не поможете, я не смогу больше служить Родине.

— Говорите, — жёстко сказал Плевако.

Настя помолчала, подбирая слова, Пенёк усердно, знаками подсказывал что говорить.

— Дело в том, что за мной по непонятной причине охотятся бандиты. Сначала они увезли меня за город и избили, а сегодня обещали убить, — девушка с силой наступила Пеньку на ногу, так как он махал руками прямо у неё перед носом, и строил уморительные рожи, — я сейчас нахожусь в офисе Кузьмина и не могу отсюда выйти, потому что бандиты наблюдают за всем зданием.

В трубке молчали.

— Да, их главного зовут Серый. У него серые глаза, серые волосы…

— И серое лицо, — закончил за неё Плевако, — вы сейчас где?

— В мужском туалете, — не задумываясь, выпалила Настя.

— Хм…

— Я здесь прячусь, — поспешила она оправдаться.

— Хорошо, прячьтесь там ещё минут двадцать, затем подъезжайте к себе домой.

— Вы в своём уме? Да стоит мне появиться на улице и всё, я труп!

— Ничего не бойтесь, не в моих интересах, чтобы с вами что-нибудь случилось.

Раздались короткие гудки.

— Слышал? — спросила Настя у Пенька.

— Угу.

— Интересно, как он за двадцать минут собирается прижучить Серого?

— А мне интересно почему тебе вздумалось выдать меня за своего больного брата! — высказал наболевшее Пенёк.

— Чтобы глупостей не наболтал!

— Это я глупости болтаю! Да если б не я, ты вообще бы давно пропала! — обиделся Пенёк.