Константин Башкатов - Сказание о чернокнижнике. Книга I (СИ)

«Эльф… Ты меня пугаешь! — послышался ехидный смешок демона в голове. — Ну, удиви меня».

Ашамаэль сам не заметил, как на губах проступила злая ухмылка. Резкий взмах руки, хохот резко оборвался. Один из дроу испуганно охнул и судорожно схватился за горло. На его губах заблестела кровь.

— Чёрт! Пора кончать с ним… — прошипел один из прихвостней Мортис, и девять оставшихся разведчиков резко подались вперёд, стремясь подавить количеством. Чернокнижник вновь взмахнул рукой, поднимая ледяную стихию. Из земли перед всадниками вырвался забор ледяных кольев, насаживая на себя ящеров и их всадников. Ледяную тишину разрезали вопли. О да… Они будут умирать долго! Итак, пятеро во главе с жалкой пародией командира — он выделялся пластинчатыми чёрными доспехами — двинулись на эльфа. Первая жертва мага продолжала хрипеть и медленно испускать дух в сугробе, остальные четверо со своими зверюшками насажены на ледяные колья, так же обречены медленно умирать там. Без шанса на добивание. На плечах разведчиков развевались переливающиеся плащи, которые сливались с лесом. Это их не спасёт!

Один из разведчиков кинулся вперёд, занеся изогнутый клинок, и тут же напоролся на чёрный жгут, что ударом рассёк несчастного дроу на две части, украшая снег внутренностями и вновь пачкая белый балахон кровью. Послышался яростный вскрик, и что-то острой болью вонзилось в плечо чернокнижника. Ашамаэль сделал пару испуганных шагов назад и, оступившись, вновь упал в сугроб. Из плеча торчал арбалетный болт, выпущенный командиром. Тёмные тут же воспользовались шансом и кинулись на поражённую цель. Сердце бешено билось, гоняя кровь по жилам. Тёмный маг судорожно дёрнул рукой, создав перед собой стену чёрного огня. Через стену пролетели двое. И от этих двоих остались лишь доспехи, наполненные прахом и костями. Усилием воли Ашамаэль поднялся и встретился глазами с командиром тёмных эльфов. В его тёмных глазах пылала ярость, бешенство. Да, он не ожидал такого поворота! И у него остался лишь один прихвостень.

— Тебя, черномазик мой, я оставлю на десерт, — хищно улыбнулся Ашамаэль командиру отряда, опьянённый болью и яростью. Очень холодно и кровь из раны почти не текла, тем более, мешал болт, что так и торчал из плеча. Тёмный маг сплёл потоки воздуха и с силой направил на командира — того отбросило на несколько метров и хорошенько приложило о дерево. Посыпался снег. Последний разведчик пятился, словно загнанный зверь, выставив свой бессмысленный клинок вперёд. Ашамаэль не собирался давать ему шанс на сопротивление — и так уже болт в плечо получил. Произнеся тёмное заклинание и свив потоки воздуха, тёмный маг взмахнул рукой, словно рубанув мечём, и кисть дроу полетела прочь, разбрызгивая вокруг венозную кровь. Клинок воткнулся в снег. Разведчик с криками повалился на землю. Эльф махал рукой, словно дирижер, и с каждым взмахом невидимое лезвие проходило по телу дроу, поднимая в воздух кровь и снег. Чёрт возьми, как же прекрасно это сочетание белого и красного! Где-то в закромах сознания Ашамаэль слышал редкие аплодисменты демона. Похоже, ему нравилось. Впрочем, это и неудивительно. И вот разведчик прекратил дёргаться, оставив только изуродованное тело, сплошь покрытое глубокими ровными порезами, и ошмётки брони.

Настала очередь офицера. Ашамаэль подобрал один из клинков тёмных эльфов и решительно направился к командиру разведчиков, что уже начал приходить в себя и собирался оказать сопротивление. Ещё один выстрел из арбалета, на сей раз болт завяз во внезапно загустевшем воздухе. Резкий выпад, скрестились чёрные клинки. Посыпались искры. Эльф понимал, что ему не выстоять в такой схватке, даже будь он полностью здоров. Отклонив очередной выпад, Ашамаэль нанёс сильный удар воздушным молотом, снова припечатав дроу к дереву. В ладонь тёмного эльфа вонзился клинок его же собрата, поднятый беловолосым. Выхваченный из руки командира второй клинок пригвоздил ногу дроу к стволу дерева.

— Ну что, кто теперь жалок? — прошипел Ашамаэль, почти вплотную приблизившись к корчащемуся тёмному эльфу. — Что же ты молчишь? Молись своей Ллос! — настало время тёмному магу разразиться пугающим хохотом. Дроу молчал.

«Добей его» — произнёс демон.

— Нет. Будет подыхать на холоде, — мерзко усмехнулся беловолосый чернокнижник, повернувшись спиной к поверженному и почти распятому на дереве тёмному эльфу.

«Подумать только!» — На лицо мага наползла испуганная гримаса. «Да я с самим собой, считай, говорю… Чёртов демон».

— Неужели у тебя не хватит чести, чтобы добить меня? — тихо произнёс дроу. Повернувшись, беловолосый обнаружил, что тёмный эльф смотрит на него в упор. Почти не моргая.

— Такое животное, как ты, не достойно чести, — небрежно бросил Ашамаэль и направился дальше по тракту, по пути выдернув болт из плеча, что сопровождалось болезненным вскриком. Кажется, он слышал смешок командира разведчиков.

Вокруг всё слилось в сплошной белый вихрь. Беловолосый чернокнижник давно прекратил слушать демона. Тот предлагал остановиться в ближайшем городе.

«Нет! С чего это такая забота?»

«Ты не нужен мне трупом, тупой эльф! От твоей грязной души проку никакого…» — шумел он. Но самочувствие Ашамаэля ухудшалось с каждым шагом.

«Чем они смазывают своё оружие? Яд?..»

От этой мысли сердце забилось сильнее — страх — и дало несколько минут побыть в сознании, гоняя адреналин по крови.

— Должен… Дойти. Сам! — И вновь упал лицом в снег. И на этот раз не встал. Так и осталось тело Ашамаэля лежать в снегу и остывать. Это конец?..

Трое всадников в геральдических латах подскакали к лежащему на снегу эльфу. Его тело было почти незаметно — повезло, что ни один караван здесь не прошёл. Иначе так и осталась бы красная лужа на тракте.

— Повелитель говорил о нём, — произнёс один из всадников. Другие лишь молчаливо согласились со своим лидером. — Что встали?! Решайте, на чьём седле поедет эта туша.

Один из всадников скользнул с седла и перевернул эльфа на спину.

— Он почти не дышит, — флегматично пояснил он.

— Молись, чтобы он всё-таки дышал, — вмешался третий. — Повелитель нам головы оторвёт, если мы не доставим его живым.

Второй лишь покачал головой и закинул белого эльфа на своё седло. Троица быстрым аллюром двинулась назад.

Ашамаэль слышал чьи-то голоса сквозь сон. Или это не сон вовсе? Предсмертный бред. Нужно было всё-таки согласиться с демоном. Но гордость… Да, гордость губит сильнейших.

Глава 2. Часть 2

Открыв глаза, Ашамаэль обнаружил себя в тесной тёмной комнатушке, которую освещали тусклые светильники. Его спину и всё тело ломило так, словно он провёл долгий путь в сундуке, или закинутым на седло. Тёмный маг, поморщившись от боли, поднялся на жёсткой постели и осмотрелся. Комната была абсолютно пуста. Столик неподалёку, был пуст. Лишь кувшин с какой-то подозрительной жидкостью, которая раньше была водой, скрашивал скудность картины. Ашамаэль обнаружил, что он был всё в том же белом балахоне, забрызганном кровью — очевидно, те, кто его спас, не подумали о том, что раненого должно не только перевязать, но и переодеть. Но кровь запеклась, и теперь ткань в тех местах одеревенела. Сколько времени он пролежал, интересно?