Рисс Хесс - Врата Бальдура

 "Никогда раньше не слышала о смешном безумце", - сказала я, гадая, почему он в лесу один. - "И что же в них смешного?"

 "Бассилус продолжает рассказывать истории о том, как счастлив он был в детстве, но безумцы просто стонут, и воют, и все такое, и не очень-то его слушают. Так делал и мой брат Джонни перед тем, как исчез - выл и не слушал, что ему говорят... Оставайся здесь. Я расскажу моей подруге Нети об этом месте. Ей это покажется забавным, ведь папаша ее тоже исчез".

 Я узнал, что зовут его Фути. Он лишился семьи по вине Бассилуса, злобного жреца, о котором я слышала в Берегосте. Я наказала Имоен присматривать за ребенком, сама же осталась на склоне холма, чтобы поглядеть на то, что он находил таким забавным.

 Чуть ниже по склону в центре круга стоячих камней пребывал Бассилус. Окружало его кольцо скелетов и зомби. Я слышал его слова.

 "О, брат Турм", - хохотал он, - "почему бы не потешить наши уши душераздирающей историей о былых деньках! Всегда приятно услышать!" Зомби, к которым он обращался, дружно взвыли.

 "О, не стесняйтесь меня!" - сказал он, будто получив вразумительный ответ. - "Может, кто-то еще не слышал эти рассказы". Зомби взвыли снова.

 "Ну ладно, храните молчание, хотя я вспоминаю деньки, проведенные в Зентильской Твердыне, когда вы скорее бы пожелали умереть, нежели молчать. Вы... скорее бы... ум... я подожду, пока вы не решите сами рассказать, сам я не очень хорошо помню былые деньки".

 Он наверняка безумен, но он убивал невинных, создавая свое окружение, и наверняка продолжит делать это, если его не остановить. Я вернулась к остальным и повела их - за исключением Имоен, которая осталась присматривать за Фути - к каменному кругу. Мы сумели подобраться достаточно близко к Бассилусу, погруженному в беседу с "друзьями".

 "Эй, ты, что это значит..." - прервала я его, отчаявшись дождаться, когда он обратит на нас внимание.

 "Кто смеет встревать в мой разговор с родственниками", - набычился он. - "Я вам головы оторву, если вы пришли причинить вред... нет! Быть не может! Это ты, матушка? Иначе и быть не может, ты совсем не изменилась с годами!"

 "Ох... да, сынок, и впрямь давненько не виделись". Я решила подыграть ему, ведь оставалась небольшая вероятность, что удастся доставить его живым в Берегост. "Как ты... мальчик мой?"

 "Думаю, неплохо. Было непросто, но я собрал большинство членов нашей семьи. Некоторые сперва меня не узнавали, но я помог им вспомнить".

 "Неважно. Я в последний раз видела тебя в... Зентильской Твердыне". К счастью, я запомнила это название. "Благодарение богам, вы успешно выбрались оттуда".

 "Да, но было страшновато, ведь я думал, что выжил один. Я думал, что остался один... совсем один. Ты лжешь. Лжешь! Ты не можешь быть моей матерью, потому что она погибла, когда я оставил... когда я..."

 "Лгу не я, лжешь ты сам себе!" Я решила попытаться воззвать к его поглощенному безумием разуму. "Ты лишаешь иных членов семей, чтобы заметить тех, кого предал давным-давно!"

 "Нет! Они остались живы, все! Я спас их и они живы! Я... я бежал. Мертвы... все мертвы. Это неправда! Этого быть не может... Ты лжешь! Ты умрешь за то, что играешь с моими воспоминаниями!"

 Он приказал окружающим его скелетам и зомби атаковать, и сам устремился в бой. Я сошлась с Бассилусом. Бранвен воззвала к священным силам, дабы уничтожить нежить, крича: "Да наградит Аурил ледяным поцелуем наших врагов!" Когда мы расправились с Бассилусом и его нежитью, я сорвала священный символ с шеи мертвеца в доказательство содеянного.

 Интересно, что сказала бы Джахейра о моих спутниках. Кроме Имоен, я считала, что в любой ситуации могу положиться на Динахейр и Минска. Имоен с Динахейр уже успели сдружиться. Бранвен, хоть и непредсказуемая, показала себя верной союзницей. Не знаю, можно ли быть уверенной в Сафане, но вор она неплохой. И еще Фути. Случившееся оставило глубокий след в душе ребенка, и я надеялась, что в храме Берегоста смогут помочь ему, ведь сама я не знала, что можно сделать. И, наконец, говорящий цыпленок - преображенный маг - мирно дремал в моем заплечном мешке.

 8. Берегост

 Вернувшись в Берегост, мы заметили того самого старика, которого встретили прежде на дороге к югу от "Дружеской руки".

 "Вижу, пути наши пересеклись вновь. Думаю, пришло время представиться, ибо это, вне всяких сомнений, не последняя наша встреча. Меня зовут Эльминстер. В последние дни я только и слышу, что рассказы о ваших подвигах. Похоже, вами самой судьбой предначертано оказать огромное влияние на Побережье Мечей. Тяжкая ноша для столь юной девушки".

 "Стараюсь", - неуверенно отвечала я. Имя "Эльминстер" было мне знакомо; так звали невероятно могущественного мага. Наверняка это не он.

 "Не сомневаюсь. Ваши действия - испытание сострадания и свободы воли, хотите вы того или нет. Но я наверняка утомил вас своими речами. У вас впереди долгий путь, так что не смею задерживать. Перед тем, как откланяться, я поделюсь кое-какой информацией, и вы навряд ли сему удивитесь, я уверен. Разбойники, которых вы ищете, имеют привычку направляться на северо-восток. Ну а теперь позвольте удалиться".

 Джахейра и Халид дожидались меня в гостинице Фельдепоста. Когда я представила своих спутников, Джахейра нахмурилась, и весьма озаботилась, когда я рассказала ей о мальчугане Фути. Она согласилась, что мне сперва стоить закончить начатое, а уж потом вернуться к ней, ибо обладает она важными сведениями.

 Я оставила Фути и медальон Бассилуса в храме Латандера за городом. Верховный священник Келдат Ормлир, исполнявший также обязанности мэра города, был обрадован и удивлен нашими деяниями.

 "Клянусь Лордом Утра, вы принесли священный символ Бассилуса. Должно быть, сражение со столь могущественным жрецом было тяжелым. Деяния ваши не будут забыты. Я с радостью передаю вам обещанную награду".

 Когда мы возвращались в город, ко мне подбежала маленькая девочка.

 "Роланна! Роланна! Кто-то в "Веселом шуте" дал мне золотую монетку, чтобы я нашла тебя!"

 "Переведи дух, дитя! И кто же сорит деньгами в надежде разыскать меня?"

 "Ее зовут офицер Вай, она из Пламенного Кулака. И не тревожься, она хорошая!"

 "Кстати, откуда ты знаешь, как меня зовут?"

 "Да все о тебе говорят. Вы же те, кто спас рудник Нашкеля! Моя мама говорит, что, хоть мы и не любим амнийцев, плохо, что им приходится так страдать..."

 "Спасибо, дитя. Ты заслужила свой золотой. Я направлюсь в "Веселого шута" и встречусь с твоей "нанимательницей" как можно скорее".

 "Хорошо! Вы все милые. Мама говорит, что в эти дни Побережью Мечей не помешают настоящие герои... Да пребудет с вами Таймора, хорошо?"