Дмитрий Вернидуб - Завещание Фродо

Нури ничего не ответил, он внимательно разглядывал записи Кронлерона.

- Эй, подземный житель, - не отставал от него паромщик, - ты что примолк?

- Ты когда-нибудь строил корабли? - вопросом на вопрос ответил гном, ткнув пальцем в чертеж на странице дневника. - Здесь говорится, что маг прибыл на остров именно на этом... гм... судне.

- А ты-то откуда знаешь?

- Мне тоже понятен этот язык, хотя над смыслом некоторых выражений стоит еще поразмышлять.

- Ты прямо как наш архивариус Пью Клюкл, колоти его тунец! Тот тоже, когда налакается, писать может, а говорить - нет.

- Ну что ты пристал к Нури, Брю, - вступился Олли. - Всем ведь известно, что лучше гномов в чертежах и древних письменах никто не разбирается.

- Да ладно, это я так, ехидничаю по-стариковски, - миролюбиво пробурчал Брю.

Остаток дня Виндибур и гном провели вдвоем, изучая записи Кронлерона. Никто из присутствующих не стал их беспокоить, согласившись, что так будет лучше для дела.

Тина и Пина занялись готовкой, Репейник, Болто и Четырбок отправились за дровами, а старый Брю пошел чинить свой паром.

К вечеру, когда все вновь собрались при свете волшебных фонариков, рассказ о Стратусе Кронлероне был продолжен.

Оказывается, маг действительно оказался на острове неспроста. Один из абзацев дневника гласил: "...И тогда я решил начать все заново на новом месте. Эти глупые существа больше не хотят созидать. Они забыли даже, что означает слово труд в подлинном его смысле. Мазлус Горх остановил время и получил неограниченную власть. Он все равно не оставит меня в покое. Кроме него и меня уже никто не владеет "секретом". Становится очень опасно. Вчера погиб мой ученик Мурс. Удалось собрать две тысячи бойцовых ежей. Завтра я тайно отплываю".

- Бойцовых ежей? Это что еще за чудища? - удивился Пит, постепенно приходя в себя. - А они, того, не клюются?

- Если я ничего не путаю, - вставил Нури, - то в древних подземных легендах встречаются упоминания о подобном. Когда-то гномы умели договариваться с ежами, барсуками, белками, и те крутили барабаны механизмов, откачивающих воду из шахт. Но это было очень давно. В общем, наверное, ежи как ежи, только покрупнее нынешних.

- Ничего себе, - Олли приблизил чертеж к свету, - так эти колеса с лопастями, что, крутили ежи? А я-то ломал голову, почему корабль Кронлерона так на водяную мельницу смахивает...

- Хм, интересно, - старый Брю задумался. - Конечно, я сомневаюсь насчет ежей, но что-то в этом есть, хрястни мое весло. Если присобачить по такому колесу по обеим сторонам парома... Да еще парус!

- Тут написано, - продолжил Олли, - что ежи собираются специальным заклинанием, вызывающим их вожака, с которым еще надо договориться. Тут оно не приводится, но есть сноска на "Советы странствующим воинам", которые где-то среди книг.

Тут Репейник запротестовал.

- Я что-то никак в толк не возьму: вы вроде как куда-то плыть собираетесь. А других спросили? Да и вообще, какое мне дело до того, что стряслось у этого Кронлерона, ведь все и так здесь, у нас?

- Да, - горячо поддержала Пина, - какое нам дело?

- Ну а вдруг там нуждаются в нашей помощи? - возразила Тина.

- Так это ж пятьсот лет назад было. Там, небось, и нет никого, - не унимался Пит.

- А ты не слышал разве про остановленное время? - Олли еще рот не открыл, а Тина Уткинс уже защищала его позицию, словно читая мысли.

Старый Брю, не вмешиваясь в спор, разглядывал чертеж. Доктор Четырбок удалился невесть куда. Только Нури ловил каждое слово, сверкая время от времени глазами.

- Я думаю, хоть гномы народ совсем не водоплавающий, стоит потратить месяц-другой, дабы увидеть, на что похоже остановленное время. Может, все это пригодится нашим, в Черед-Бегасе. Рано или поздно морки и туда доберутся.

- Эк ты хватил, подземный житель, "месяц-другой"! - Брю отложил дневник и взял карту, проведя по ней корявым закопченным пальцем. Сразу видно, что ты не моряк. Тут по воде дней пятнадцать, не больше, проглоти меня кит. Но знаете что, насчет Черед-Бегаса гном прав. А, Питти, медуза тебе под мышку? И почему я совсем не узнаю тебя, парень? Нет, все-таки надо нашему эскулапу заняться тобой. Куда он запропастился?

Сия мысль совсем не понравилась Питу. Он даже поежился.

Однажды Четырбок по рассеянности смазал ему горло мазью от радикулита, и Репейник с неделю судорожно хватался за любую посудину, где хоть что-то плескалось. А когда его тетка попыталась предъявить доктору счет за разоренный пивной погреб, тот попытался вылечить ее от пьянства. Пришлось тетку лечить от нервного приступа. На том и сошлись: не вашим, не нашим.

Неожиданно упомянувшему о морках, Нури пришлось вновь пересказать свою историю. Под конец он вопросительно посмотрел на Олли.

- Ну, ерш вам в брюхо, что вы еще не договариваете? - Брю видел молодежь насквозь.

- Да, мы еще кое-что прочли в записях, - сказал Олли. - Жалко, что Кронлерон писал так, будто нам все должно быть хорошо известно. Речь в его дневнике идет о Черном Враге, с которым уже сражались предки наших трех народов. Магу стало ясно: он вынужден бороться с тем же злом. Кронлерон признает, что сам совершил какую-то роковую ошибку. Когда Стратус приплыл на остров, здесь, в нашей пещере, открылась ему страшная тайна попавшего в руки знания... Он что-то упоминает про завещание некоего Хранителя, про его предупреждение, про новые напасти... Но все очень неразборчиво, почти не читаемо.

И вот что интересно: все свое добро старик намеренно запер здесь перед уходом на материк. Он собирался удалиться в леса неподалеку от Расшира. Написано буквально следующее: "Я нашел противоядие, но применить его не в силах - я слишком долго обманывал смерть. Все в руках обычных смертных. Но тот, кто сделает за меня последний шаг, обязан пройти весь путь сначала".

Дело меняло оборот. Все становилось намного серьезней. Невысоклики слушали нахмурившись и не задавали вопросов.

- Надеюсь, теперь понимаете, - подытожил Виндибур, - мы не вправе разбрасываться тем, что попало к нам в руки в такое время. Себя можно обезопасить, только прощупав все досконально. Все подводные камни.

- Лучше бы и я не сказал, - довольно крякнул старый паромщик, - провалиться мне в трюм!

Глава 8. Мой дом - моя крепость!

В предгорьях Черед-Бегаса никогда еще не было такого столпотворения.

Сотни повозок, оставленных внизу, у подножий массивных, со сглаженными очертаниями вершин, походили на заснувшую змею. От них на склоны, как муравьи, ползли цепочки беженцев из затопленного Хойбилона.

- Эй, невысоклики, размечайте склон и приступайте к рытью нор! Выше этого откоса, и за дело! - командовал Рыжий Эрл, подгоняя переселенцев. - Пью Клюкл, остаешься старшим! Гномы, кузнецов определяйте строить кузню! Пограничники - за мной!