Лина Ледова - Заморочки универсальной ликвидации

Карина ранила Мишу в плечо и уронила на спину, он не мог с ней справиться. Одной рукой он зажимал рану, а второй слабо защищался. Кровь так и текла по полу. Нож опасно завис над его грудью. Второй раз она не промахнется!

Я с трудом встала с пола и медленно захромала к фонтану. Все тело превратилось в один ноющий нерв.

— Нет! — подбежала Натали к Карине и стала вырывать нож. — Неужели ты и правда хочешь убить их?!

— И тебя тоже! Ты тоже меня предала! Но от тебя я это могла ожидать…

— Вспомни, ты же любишь их! — пропыхтела Натали, продолжая бороться. — Это же твоя сестра! Твой парень!

— Люблю? — залилась Карина слезами, но нож из рук не выпустила. И в этот момент Кристина молча бросилась на Карину. Они покатились по полу с переменным успехом.

— Уйди, предательница! Родная сестра! Ненавижу тебя! Ненавижу вас всех! — кричала Карина.

Я выбила нож ногой у нее из руки. Жестокость, ненависть, злоба. Потому что любовь.

— Я же говорила, что она высокомерная эгоистка, — прошипела я Кристине. Нужно немного поднажать… — А ты так за нее переживаешь! Она гадина, не подругу, ни друга, даже родную сестру не пожалеет!

— Она не такая! — вырвался крик из самого сердца Кристины. — Она хорошая!

Карина замерла. И в этот же миг Кристина крепко-крепко обняла ее.

— Я люблю тебя… — прошептала она. — Я очень-очень тебя люблю… Прости меня…

— Я тоже тебя люблю, — заплакала Карина и обняла сестру. — Поэтому мне так больно… И ты прости меня…

В сердце Карины вспыхнул знак смерти и исчез. Ее душа засветилась. Она и впрямь была хорошей.

Крик Искры отвлек меня. Ловец поймал его за ноги и ударял об каменный монолит, в который превратилась моя коса, как собачонку. Сломанное копье валялось рядом.

— Твой огонь мне не страшен! Ты — жалкая спичка, а не пожар… Будешь знать, как лезть не в свое дело!

Проклятье! Никаких оправданий! Он же стажер! Придется делать гадости! Как же я это ненавижу! Какое унижение! Но делать нечего! Я набрала легкие, чтобы вызвать Тару, но тут он появился сам. В самом скверном расположение духа. То есть перестал прикидываться человеком.

— А ну отпусти его! — закричал Тару, вынимая огромный серебряный меч. — Я сам его убью!

Ловец выпустил Искру и повернулся к Тару.

— Какой интересный случай… Теперь еще и демон… Откуда она тебя выкопала?

И Тару бросился в бой. Рубиться он умел. Апокалипсих. А вот драться с Ловцами душ вряд ли… Их грубой силой не возьмешь. Садовника уже при мне восемь раз убивали… Но Тару так рвался в бой! Так и флаг ему в руки! Надеюсь, Ловец ему голову-то снесет! Ему-то бояться нечего — у него души нет!

Еще пара минут. Счет идет не на жизни. Есть кое-что ценнее нее.

Натали перетягивала рану Миши оторванным рукавом. Я присела рядом и вынула аптечку.

Все же, как там Джокер? Может, ему тоже нужна помощь? Хотя, он умный лгун и умелый обманщик…

— Я окончила курсы первой помощи, — сказала Карина робко. — Можно… я помогу?

— Все нормально, — заявил Миша. — Ты просто была… под влиянием этого самого Ловца… и призрака…

Карина и Натали занялись перевязкой.

А я заглянула в фонтан и даже за него. Никакого тела там не было. Как я и думала, послал демона вместо себя! Чего еще ожидать от Джокера?

— Прости меня… — попросила Карина, склоняясь над Мишей. — Я правда тебя люблю.

Кристина подошла ко мне и уставилась в темную воду.

— Искра мне все рассказал, — прошептала она так, что слышала ее только я. — Я думала, что если не признаюсь, ничего этого не случиться…

— Именно. Твои слова стали бы катализатором, — утешила я ее, пытаясь унять боль в разбитом теле, замерзшей душе, раздавленной руке и кое-как умыться. — Но сейчас ты не сможешь спасти Мишку, если не скажешь ему, что в действительности чувствуешь…

— Но она его любит! — в ужасе заявила Кристина.

— Но выбрал-то он тебя! — равнодушно пожала я плечами. Все тело нестерпимо болело. Лучше пока так больше не делать… А то можно умереть от болевого шока!

— Я не могу признаться! — в отчаянии прошептала Кристина.

— Тогда его душа достанется Ловцу, — заявила я без жалости. А про себя добавила: «и твоя тоже». — Он любит тебя… Ты его тоже любишь… Сестра тебя простила… Чего ты боишься? — заглянула я ей в глаза.

Бедняга… Так глубоко запихать свои чувства, что теперь не может высказать их. Боже, как же мы над собой можем издеваться… Тут природа и нечисть просто отдыхают…

— Ты должна простить себя… — дошло до меня. — Это ведь любовь! Это подарок. Мы не выбираем… Это она выбирает нас. А мы можем лишь принимать и ценить ее. И любить в ответ.

— Какая лекция, — заявил улыбающийся голос, от которого у меня потеплело на душе. Тоска и холод, наконец, отпустили мое сердце. Джокер. — Я притащил этого мальчишку — твоего напарника…

Он положил его здесь же, у фонтана. Слава Богу! Искра валялся без чувств, но был очень даже жив. Только избит слегка. То есть до полусмерти. Но я-то стою, а он разлегся на полу. Хотя чего ждать от новичка? Я побрызгала на него водой. Он фыркал и шипел, как кошка. Я залезла в сумку, ища суперсредство, чтобы спасти всех, себя и спастись от этой боли! Само собой такого на свете не существовало… Зато я нашла аспирин.

— Миленько, мрачновато, но миленько, — оценил Джокер мой наряд. — Только синяки и ссадины не красят… А что с рукой? Прямо черная рука — ужас ночной! Выглядишь просто кошмарно! В гроб краше кладут!

— Заткнись, «джентльмен», — беззлобно заявила я. У меня сил на ругань не было. — Ты слишком много болтаешь!

А Кристина вдруг усмехнулась:

— Это ведь вы были под деревом! Вы еще с Сайф целовались! — и она гордо пошла к хлопочущим над Мишей Карине и Натали. На тебе! Ни фига себе приколы! Кто кого жизни должен учить?!

— Я видел, как ты искала мое бренное тело. Искренне тронут… — после долгого молчания улыбнулся Джокер.

— Провались ты в ад! — фыркнула я презрительно. Вечно подловят! И я хорошенько умылась ледяной водой, смывая мысли, чувства, боль и несбыточные надежды…

Ледяная рука сжала мое сердце. Я успела обернуться, как Тару упал к моим ногам. Из располосованной груди торчал его же меч.

Ловец презрительно смерил нас всех брезгливым взглядом. Девушки бессознательно обнялись, оберегая Мишу. Они в ужасе таращились на самого Ловца и тело Тару. Хотелось бы сказать им, что Тару просто мертвец, но у меня язык не повернулся.

— А ну хватит отлынивать от работы, — пнула я бренное прошитое тело. Тару не шевелился.

— Я же тебя только что убил… — заявил Ловец хладнокровно, поглядев на Джокера.