Шавина Виктория - Научи меня летать

Старики шумели, увлечённые спором, Голос бил в барабан, призывая к порядку. Уан криво улыбнулся и, шагнув вперёд, отпустил створки. Металлический гром подпрыгнул к куполу и обрушился на ничего не подозревавших людей. Иные старейшины схватились руками за голову, прикрывая уши. Разговоры смолкли, летни обернулись к вратам, а в воздухе тревожно гудела, затихая, низкая нота.

- Повелитель, - изумлённо молвил Голос и тотчас низко склонился.

Шелестя одеяниями, все старики поднялись со своих мест и тоже согнули спины.

Марбе прошёл мимо них, неторопливо и величественно; опустился на трон, тщательно расправил складки одежды, отвёл волосы назад, придирчиво осмотрел носы собственных туфель. Лица старейшин побагровели от напряжения, наконец, уан милостиво взмахнул рукой. Летни, выпрямились, отдуваясь и кряхтя.

- Мой повелитель, - угодливо повторил Голос. - Вы так давно не снисходили до нас, что солнечный свет померк и небеса укрылись за тучами. Мы каждый день проводили в унынии. Терзались, спрашивая себя, чем заслужили немилость. Единственное желание горит в наших сердцах: всегда служить вашей доблести

Марбе внимал восхвалениям с видом скучающего бога, едва же летень умолк, заговорил насмешливо:

- Мудрые старейшины, вы отлично знаете, чем заслужили мою немилость, а мне прекрасно известно, что за желание пылает в ваших сердцах и добирается до умов, - он выдержал краткую паузу. - Я собираюсь объявить войну нашему южному соседу. Сейчас вы подумаете и одобрите моё решение.

Иные из стариков прищурились, другие стали косить глазами, третьи сохранили на лицах лукавый и хитрый вид.

- П-повелитель, - запнулся Голос, - войну - значит…

- Войну, - снисходительно улыбнулся уан.

- В прошлый раз война кончилась плохо, - часто моргая, выговорил сухой старик. В отличие от прочих он не боялся смотреть правителю в глаза.

- Так, может быть, запретим её указом? - поинтересовался Марбе. Он также не отвёл взгляда и даже не моргал, зрачки его заметно расширились, улыбка стала весёлой.

Старик не нашёлся с ответом и сел. Поднялся другой. Под взглядом уана он втянул голову в плечи и несмело сказал:

- Три года назад мы решили, что ныне Дэсмэр и Сайена не благоприятствуют войнам. Вы согласились с нами.

- Возможно, - равнодушно заметил Марбе. - А не вспомнить ли нам, с чем я соглашался десяток лет тому назад?

Старейшина поклонился и быстро сел.

- Мой повелитель, - наконец, совладал с собою Голос, - у южного соседа нет даже армии, он кажется лёгкой добычей, но отчего же тогда уан Каогре не покушается на неё?

- Не может отвлекать войска от границы с зоной Олли, - со спокойным здравомыслием ответил правитель.

Некоторые из старейшин переглянулись и закивали, забормотали, соглашаясь.

- Но если мы захватим землю уана Керефа, то выйдем на границу с владением уана Каогре и расширим границу с владением уана Парвы.

- Уану Парве будет всё равно, - сказал Марбе. - Уану Каогре - едва ли. Но если он боится двинуть силы против безоружного противника, против вооружённого не выступит тем более.

Старейшины заговорили все разом, что-то доказывая друг другу. Лишь после четвёртого удара по барабану Голос смог их успокоить. Правитель развлекал себя тем, что чертил носком туфли в воздухе замысловатые фигуры.

- Не лучше ли нам всё же подождать? - робко высказался ещё один старик.

- Пока уан Кереф соберёт армию? - поднял брови Марбе, не отвлекаясь от своего занятия. - Или пока отстроит крепость? Призовёт гарнизон из Весны или обзаведётся союзниками в Онни? Пока сам нападёт на нашу землю? Чего именно нам лучше подождать?

Старейшина низко согнулся и сел.

- Кто из вас против моего предложения? - лениво молвил уан.

Голос озадаченно взглянул на него:

- Мой повелитель, вы хотите, чтобы ответ был дан сейчас на ваших глазах?

- Неужто вы без меня приняли закон, лишающий уана этой привилегии? - притворно удивился Марбе. - В таком случае я объявляю его недействительным. Итак?

Он обвёл залу насмешливым взглядом. Старейшины, встречаясь с ним глазами, замирали и униженно горбились. Старик, осмелившийся возразить первым, единственный поднялся с места. Правитель тихо рассмеялся.

- Голос Совета, - позвал он, - огласите решение.

- Марбе сошёл с ума, - раздражённо выговорил Каогре, рассматривая карту границы владения с зоной Олли.

- Как будто нам не хватило выходок его бабки, - высказался первый советник.

- А что его бабка? - спросил Ченьхе, удивлённый. - Неужто у них в роду и женщины могут править?

- Да нет, - задумчиво улыбнувшись, ответил третий советник, - такого не бывает. Правили уаны. Три мужа у неё было - всех извела. От своей матери она унаследовала неженскую силу, а как у неё приступ начинался, так и вовсе никто не мог с ней справиться. Родня несколько раз пыталась её убить, но только нынешний уан Марбе в том преуспел. А на выходки мы жалуемся оттого, что уж больно непредсказуемо начинали себя вести её мужья.

- Внук у неё не лучше, - устало сказал уан, откидываясь на спинку кресла. - Демоны бы забрали этого Керефа.

- А разве он её внук? - удивился силач.

Каогре только скривился.

- Я устал разбираться в том, что творит этот юнец, - сказал он. - Я был бы счастлив, если бы Марбе покончил с ним, да только выльется всё в смуту на западной границе - Марбе сейчас не под силу удержать завоёванное. Теперь нет смысла ждать, когда на западе всё уляжется, поэтому сегодня с рассветом я отправляюсь к восточным укреплениям. Первый и третий советник - со мной. На остальных под предводительством второго оставляю лагерь. Ченьхе!

- Да, отец? - удивился силач.

- На запад поедешь ты, с тобою - Йнаи. Две деревни там очень беспокойны - проследи, чтобы все слухи о войне пресекались.

Заходящее Солнце ярко освещало высокие каменные стены укреплённого поселения. Путь к нему за полвелед преграждали рвы и валы. Перед рвами были врыты в землю глыбы деревянного камня такие высокие, что ездовые динозавры не смогли бы перепрыгнуть через них. Между ними торчали из земли небольшие заостренные копья.

Карета остановилась. Из-за двух глыб вышли воины, они настороженно уставились на белёсый призрак и шарахнулись прочь, когда рядом с ним из ниоткуда появились Сил'ан и червь, но вскоре выучка взяла верх над суеверным страхом.

- Правитель ждёт вас, - сказал один из летней. - Нам велено проводить.

В молчании под равнодушными лучами остывающего светила они прошли укрепления и остановились у последнего рва, ожидая, пока опустится мост. За ним оказался небольшой двор, окружённый высокими, уходящими в небо стенами - с них хмуро смотрели на пришедших лучники - и опущенной массивной решёткой, перекрывавшей проход в другом его конце. Она поползла вверх, едва подняли мост. В проходе показался Парва-уан - загорелый, сухощавый мужчина с сединой в тёмных волосах и серебристо-зелёными цепкими глазами. Он был одет в белое платье летней, но узкая одежда не вызывала у него неловкости и не стесняла движений, уверенных и свободных. Правитель вышел во двор без охраны, совершенно спокойный, скрестил руки на груди и отчётливо произнёс: