Евгений Скребцов - Последний паладин. Рождение

Нарран и Аурария стояли в стороне ото всех. Волкан выглядел явно встревоженным, поэтому разговор с ним я решил пока отложить.

Зайдя в пещеру, уставший улегся на лежанку и решил подвести итог дня.

Это было круто! По-другому и не скажешь. Думается, мало кому удавалось провести день в стае говорящих волков, или волканов, не принципиально. А мне по невероятному стечению обстоятельств сегодня выпал такой уникальный шанс окунуться с головой в чужой до этого и абсолютно неизвестный, чуждый мир. Не знаю, вернется ли ко мне память, полностью или частично, но этот день я запомню на всю жизнь.

Звук приближающихся шагов прервал мои размышления, я настороженно поднялся и уставился на вход, в котором показалась фигура Наррана.

— Завтра мы уходим и можем отвести тебя к людям, — прямо с порога произнес волкан.

Я только и успел, что кивнуть, а Нарран тут же молча вышел. Блин! Опять меня врасплох застали! Ладно, завтра обязательно выпытаю, что это за кровный долг такой, благодаря которому я из разряда добычи перешел в разряд гостя.

Снова улегшись на импровизированную постель и прикрывшись оставшимися тряпками, и еще раз переваривая всё произошедшее со мной за последнее время, не заметил, как подкрался сон и затянул меня в свои владения…

Послесловие к 7 главе.

Нарран и Аурария стояли молча в стороне от своих сородичей, занятых трапезой. Она смотрела на него, а он направил свой тревожно-задумчивый взор в сторону леса. Солнце уже практически село, и зарево заката придавало оранжево-алый оттенок верхушкам бесчисленных деревьев.

— Что случилось, у ау[1]? — озабочено произнесла волчица, внимательно глядя на своего избранного.

— Сегодня на охоте я почувствовал ее, — после нескольких секунд молчания ответил волкан. — Зараза возвращается.

— Ты уверен?! — переспросила Аурария.

В ее голосе читался страх, а по телу прошла едва заметная дрожь.

— Да, она снова наступает, нам нужно уходить…завтра.

— Но куда?

— На север, в земли древних, — казалось, иссиня-черный волкан, становился мрачнее с каждым словом.

— Там… там ведь очень мало добычи, и еще… — волчица запнулась, а к страху в ее голосе добавилась растерянность с нотками паники, — еще в тех землях очень много «живущих в двух мирах».

— Я знаю, — тяжело выдохнул Нарран, опустив голову вниз. — Я знаю. Зато там у нас будет хоть какой-то шанс выжить.

В воздухе снова повисла тяжелая пауза. Наконец Аурария собралась с духом и, встав напротив своего избранного, так, чтобы он видел ее решительность, произнесла:

— Если ты решил, значит, так тому и быть. Когда скажешь стае?

— Позже, сначала нужно кое-что сделать.

Аурария нежно потерлась щекой, о щеку Наррана, а потом и вовсе уткнулась в его густой темный мех. А избранник крепко прижался в ответ и прикрыл глаза, постояв так недолго, молча направился к пещере.

Тот день навсегда остался в памяти волкана, когда в полубредовом состоянии он набрел на нескольких «живущих в двух мирах». А сейчас он шел туда, где сидел тот самый человек, который и спас его от Заразы, что сейчас снова угрожает стае.

Те ощущения, когда тьма проникает в самое нутро, выворачивая душу наизнанку и сводя с ума, еще долго мерещились Наррану. И вот сегодня, когда казалось, что пережитый кошмар уже в прошлом, волкан снова ощутил близость той самой тьмы, опять. Значит, зло возвращается, значит, наступают тяжелые времена… для всех.

— Почему мы возимся с этим мерзким двуногим? — на пути вожака, будто из ниоткуда, появился зверь бордово-угольной окраски.

— Я уже отвечал тебе, Раграр, — раздраженно ответил Нарран.

— Кровный долг? Заветы предков? Не смеши меня! — не успокаивался собеседник. — Никто уже не следует им, кроме тебя! Пришло время писать новые заветы, и первый из них обязан быть долг мести! Мы должны убить его, убить, как они убивают наших сородичей!

— Мы все скорбим по твоей потере, брат, — примирительно произнес вожак. — Но твою семью убил не он, поэтому и не ему отвечать за содеянное. Горе затмило твой рассудок, не дай ему затмить и твою душу. Все мы кого-то лишились.

— Это всего лишь громкие речи, пустые громкие речи, — огрызнулся Раграр и ушел прочь. А Нарран направился дальше. Он должен был помочь человеку попасть к своим, и не для того чтобы выполнить придуманный давным-давно ритуал, а потому что чувствовал, что должен это сделать.

Глава 8.

— Человек, вставай! Просыпайся, пора, — кто-то наглым образом вторгся в мой сладкий сон и, весьма бесцеремонно тормоша, пытался разбудить.

От такого обращения я резко открыл глаза и шарахнулся в сторону, увидев большого серого зверя, который занес надо мной свою здоровенную лапу.

— О, проснулся! Ешь скорее, я у входа посижу пока, — после этих слов волкан торопясь вышел на улицу.

Это вообще что было?

Поднять подняли, а разбудить забыли, поэтому думать получалось с трудом. Нехотя переведя тело в вертикальное положение и усевшись на лежанку в позе лотоса, я сладко потянулся.

— Брлм-брлм! — желудок в отличие от мозга уже проснулся и требовал подкрепиться.

Чего тут у нас вкусного есть. Ага, опять фрукты.

Сегодня они уже не выглядели такими аппетитными, и аромат казался не столь будоражащим. То ли вчера их просто переел, то ли был слишком голоден, что все казалось таким вкусным. Не спеша закинув в себя все, что попало под руку, встал и побрел в сторону прудика. Умывание в ледяной воде помогло проснуться и вернуть ясность все еще дремавшему разуму.

Закончив утренний «ритуал» собирался уже выйти из пещеры, как взгляд остановился на принесенной мне вчера кучке неизвестно чьих пожитков, и тут же в голове мелькнула неожиданная мысль:

«Тряпьё тряпьём, а вдруг в карманах есть чего полезного? А я даже не удосужился проверить! А сейчас времени нет, идти надо, хотяяя…».

Внутри борьба происходила недолго, победил сидевший внутри мародер, который быстро подбежал к скарбу и начал методично трясти вещь за вещью.

Пусто, опять ничего, снова пусто, тут вообще карманов нет.

— Дзынь-зынь-зынь! — с металлическим звоном что-то упало на каменный пол из кармана нещадно разорванной рубахи и покатилось мимо, подпрыгивая.

— Джек-пот! А ну стоять, — ловко наступив на «убегающую» находку я отбросил тряпку и довольно потер руки. — Хе-хе, что у нас тут?

Подобрав наживу, бережно сдул с неё пыль и принялся рассматривать. Да, как-то до джек-пота не дотягивает, максимум сойдет за утешительный приз.