Гай Кей - Древо Жизни

Колл подошел к Полу вплотную и наклонился, глядя ему в лицо своими честными карими глазами, в которых плескалось нечто вроде священного ужаса. Потом он покачал головой и сказал:

— До таких глубин мне не докопаться, но это, по-моему, очень правильная догадка. Верховный правитель обязан был согласиться на такую подмену, но он отказался, и принц проклял его, а это у нас считается изменой трону, вот принца и сослали. Теперь его имя произносить запрещено под страхом смерти.

После этих его слов наступила такая тишина, что Полу показалось, будто ночь всей своей тяжестью навалилась на них и не думает никуда уходить.

— Во мне нет ни капли волшебного могущества, — сказал вдруг Колл густым басом, — но если б я им обладал, то проклял бы его самым страшным проклятием от имени всех наших Богов и Богинь!

— Кого? — изумленно прошептал Пол.

— Как кого? Принца конечно! — отвечал Колл. — Бывшего наследника престола, старшего брата Дьярмуда. Айлерона.

Глава 6

За воротами дворца, за городскими стенами разрушительные последствия засухи были особенно заметны. Они проявлялись в толстом слое пыли на дороге, в жалких остатках колючей ржавой травы на склонах холмов, в оголившихся ветвях деревьев, в пересохших деревенских колодцах. На пятидесятый год правления Айлиля Королевство Бреннин переживало такие страдания, каких не помнил никто из живущих ныне.

Но на Кевина и Пола, выехавших рано утром на юг вместе с отрядом Дьярмуда, состоявшим из семи человек, особенно сильное впечатление производили изможденные лица крестьян, встречавшихся им по дороге, и их исполненные горечи глаза. С самого утра над дорогой дрожало знойное марево, вдали то и дело возникали миражи, а в небе по-прежнему не было ни облачка.

И все же Дьярмуд гнал коня рысью, и Кевин, совершенно не имевший опыта езды верхом да еще и после бурно проведенной бессонной ночи, был чрезвычайно рад, когда они наконец спешились возле какой-то таверны. Это была уже четвертая деревня на их пути.

Они наспех перекусили холодным мясом, сильно сдобренным какими-то острыми специями, хлебом и сыром, обильно запивая все это черным пивом и стараясь промыть забитые дорожной пылью глотки. Кевин, с огромным аппетитом поглощавший еду, заметил, что Дьярмуд коротко переговорил о чем-то с Карде, и тот потихоньку вышел с хозяином таверны в соседнюю комнату. Заметив взгляд Кевина, принц подошел к длинному деревянному столу, за которым сидел сам Кевин, Пол и еще гибкий темноволосый юноша по имени Эррон.

— Мы проверяем, нет ли сведений о вашем друге, — сказал Дьярмуд. — Собственно, это одна из целей нашей поездки на юг. Лорин отправился с той же целью на север. А еще я послал гонца на побережье.

— Кто же за нашими девушками присмотрит? — спросил Пол.

Дьярмуд слегка усмехнулся.

— Не беспокойтесь. Я знаю, что делаю. Там хватает моих людей, да и Мэтт во дворце остался.

— Так Лорин уехал без него? — Пол остро глянул на принца. — Но как же?..

Дьярмуд посмотрел на него весело:

— Между прочим, наш общий друг и без всякой магии отлично умеет постоять за себя. Мечом он владеет совсем неплохо. И чего это вы все время так беспокоитесь, а?

— А разве это так удивительно? — в тон ему заметил Кевин. — Мы понятия не имеем об этой стране, не знаем здешних обычаев и законов, Дейв куда-то пропал и никак не находится… Мы не знаем даже, куда в данный момент направляемся!

— Ну, это-то объяснить несложно, — сказал Дьярмуд. — Мы хотим попытаться перебраться за реку, в Катал. Делать это будем ночью, соблюдая максимальную осторожность, — если нас заметят, то постараются непременно прикончить.

— Ясно, — сказал Кевин и нервно сглотнул. — А нельзя ли заодно узнать, с какой стати мы подвергаем себя подобному риску?

Впервые за все утро Дьярмуд улыбнулся по-настоящему.

— Разумеется, можно! Вы поможете мне соблазнить одну даму. — Он повернулся к подошедшему Карде и шепотом спросил: — Ну что? Новости есть?

Новостей не было. Принц осушил свою кружку и направился к двери. Остальные, с трудом поднявшись на ноги, тут же последовали за ним. Деревенские жители, сидевшие в таверне, тоже вышли на улицу, чтобы посмотреть, как отряд Дьярмуда отправляется в путь.

— Да хранит тебя Морнир, молодой принц! — крикнул вдруг один из крестьян. — Клянусь Древом Жизни — пусть бы Великий взял старика и позволил тебе стать нашим королем!

На первую часть фразы Дьярмуд отреагировал вполне благосклонно и даже приветственно поднял было руку, но, услыхав последние слова крестьянина, изо всех сил вонзил шпоры в бока своего коня. Повисла страшноватая тишина. Взгляд принца стал ледяным. Все так и замерли. Вдруг Кевин услыхал громкое хлопанье крыльев — огромная стая ворон взлетела с земли, на мгновение закрыв солнце.

Когда же наконец Дьярмуд заговорил, голос его звучал холодно и повелительно:

— Твои слова свидетельствуют о том, что ты предатель, — сказал сын Айлиля и, не глядя на крестьянина, кивнул кому-то рядом с собой: — Колл!

Несчастный крестьянин скорее всего не успел даже заметить ту стрелу, которая сразила его насмерть. Дьярмуд, не оглядываясь и не сказав более ни слова, тронул с места коня, и тот тяжело застучал копытами по дороге. Колл убрал лук. Когда первое потрясение прошло, в толпе послышались крики и плач, но всадники уже скрылись за поворотом дороги, ведущей на юг.

Руки у Кевина дрожали, душу его переполнял гнев. Он скакал следом за остальными, но тот убитый человек все время был у него перед глазами. Видение это мешало ему дышать, а горестные вопли толпы все еще стояли в ушах. У Колла же, скакавшего рядом, лицо было совершенно бесстрастным; он, казалось, не был ни капли встревожен случившимся, однако на Пола старался не смотреть: слишком уж этот чужеземец внимательно на него поглядывал, а он, Колл, как последний дурак и предатель, и без того прошлой ночью выболтал ему чересчур много!

Ранней весной 1949 года доктор Джон Форд, родом из Торонто, взял двухнедельных отпуск и в полном одиночестве уехал из своей квартиры при лондонской больнице Св. Фомы — путешествовать автостопом по Озерному краю. Как-то, оказавшись севернее Кесуика, он прошагал целый день пешком по горам, страшно устал и решил заглянуть во двор фермерского домика, притулившегося у подошвы одного из холмов.

Там какая-то девушка доставала из колодца воду. Закатное солнце блестело на ее темных волосах. Заслышав звук его шагов, она обернулась, и он увидел, что глаза у нее серые. Джон снял шляпу и поздоровался, Держа шляпу в руке. Девушка застенчиво улыбнулась в ответ, и он попросил напиться. Она даже воды не успела ему подать, как Джон Форд влюбился в нее. Влюбился безоглядно, как, впрочем, склонен был отдаваться любому своему увлечению.