Мэрион Брэдли - Кровавое солнце

Не в силах больше удивляться, Кервин оцепенело помотал головой.

— До встречи на закате, — произнесла Месир я, церемонно кивнув, удалилась. Повинуясь жесту пушистого создания, Кервин проследовал в указанную комнату.

— Когда он проснулся, солнце уже клонилось к горизонту, а кто-то из кирри неслышно копошился в ванной, напуская воду, от которой распространялся слабый аромат. Вспомнив, что сказала Месир насчет встречи на закате, Кервин принял ванну, побрился, съел кое-что из предложенных кирри яств, но когда мохнатое существо кивнуло на кровать, где была разложена какая-то даркованская одежда, Джефф мотнул головой и облачился в черную форму Гражданской Службы. «Забавно, — мрачно усмехнувшись, подумал он, — на Земле я всячески старался выпячивать свои даркованские корни, здесь же — земные. Мне не стыдно, что я сын землянина, пусть себе зовут меня варваром, если так хочется!»

Без стука, без единого слова предупреждения отворилась дверь, и в комнату вошла Элори. Неожиданное вторжение застало Кервина врасплох; зайди она буквально парой минут раньше — и он предстал бы перед нею в чем мать родила; и хотя Джефф был уже почти полностью одет, дискомфорт оставался.

— Варвар! — с низким, горловым смехом произнесла Элори. — Я же телепат, забыл разве?

Покраснев до корней волос, Кервин нагнулся и нацепил второй ботинок. Очевидно же, что в семье телепатов — или в такой тесно спаянной группе, какой казалась эта — бытовые условности должны сильно отличаться от земных.

— Кеннарду пришло в голову, — сказала Элори, — что ты можешь заблудиться, пока будешь искать гостиную — тот большой зал внизу. Я провожу тебя.

На Элори было тонкое шелковистое платье с вышитыми на светлом поле вишневыми веточками и звездообразными венчиками; она стояла прямо под висящей на стене картиной, и сходство не могло не броситься в глаза. Кервин перевел взгляд с полотна на хрупкую рыжеволосую девушку.

— Это ваш портрет? — поинтересовался он.

— Нет, — равнодушно отозвалась Элори, покосившись на картину. — Это моя прапрабабушка. В те дни наши женщины обожали заказывать портреты в виде легендарных персонажей. Правда, платье я скопировала как раз с этой картины. Пошли.

Разговаривала она с Джеффом не слишком дружелюбно и даже не больно-то вежливо; но, похоже, хотя бы принимала его как должное.

В конце коридора перед ведущей вниз лестницей Элори замедлила шаг и подошла к глубокому проему в стене; за окном открывался вид на закат.

— Смотри, отсюда виден край горной цепи Тендара — если у тебя хорошо тренированное зрение. Там еще одна комъинская башня. Они стоят по всему Даркоуверу. Но сейчас многие из них пусты.

Кервин сощурился, но его взгляду представилась только бесконечная зеленая равнина; у самого горизонта едва угадывались очертания предгорий, тающие в синеватой дымке.

— У меня в голове такая мешанина, — признался он. — Я так до сих пор и не понял, кто такие комъины. И чем они занимаются. И кто такая Хранительница… кроме того, — с улыбкой добавил он, — что очень красивая девушка.

Под спокойным детским взглядом Элори он опустил глаза; она заставила его почувствовать, что комплимент прозвучал глупо и совершенно не к месту.

— Чем мы занимаемся, объяснить легче, чем кто мы такие. Хранительница занимает центральное положение в… группе матричных техников. Она… ну, помогает остальным войти в контакт; в общем, работает среди телепатов кем-то вроде центрального координатора. Это всегда женщина. Нас готовят к этому с самого рождения, и иногда… — она отвернулась к окну и бросила взгляд на далекие горы, — иногда мы теряем свои способности всего за несколько лет.

— Теряете? Как это?

Элори еле заметно пожала плечами и ничего не ответила. Только гораздо позже Кервин поймет, насколько переоценивала она его телепатические способности; что за всю свою жизнь ей ни разу не приходилось еще встречать мужчины — да и не только мужчины, вообще человека — который не мог бы свободно прочесть любую мысль, которую она предпочла бы не формулировать вслух. Тогда Джефф еще ничего не знал об изоляции, в какой живут юные Хранительницы.

— Такой вот центральный координатор должен быть женщиной, — повторила Элори, — а остальные работающие с экранами, как правило, мужчины. Кроме поддерживания телепатического контакта — это для женщин слишком тяжелая и опасная работа. Мы надеемся, что ты сможешь работать в тесном контакте со мной.

— Звучит заманчиво, — с улыбкой отозвался Кервин. Элори резко развернулась и уставилась на него, широко раскрыв рот, словно не в силах поверить услышанному.

— Прекратите! — вырвалось у нее; глаза девушки сверкали, щеки залились краской. — Прекратите!

Кервин беспомощно отступил.

— Пожалуйста, успокойтесь, мисс Элори. Если как-то обидел вас, прошу прощения; но, черт побери, понятия не имею, как это у меня получилось.

Она стиснула каменный подоконник с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Они выглядели такими хрупкими, эти белые кисти рук. Через секунду-другую Элори нетерпеливо мотнула головой.

— Я как раз хотела рассказать о комъинах. Всего на Даркоувере семь семейств телепатов.

— А я-то думал, что тут все просто кишит телепатами!

В глазах девушки появился холодный блеск наблюдателя.

— Я не имею в виду способность принимать мысли, выраженные словами. Более или менее, но это умеют все. Я подразумеваю весь спектр психокинетических талантов, с незапамятных времен разрабатываемых нашей кастой; и в первую очередь — умение работать с матрицей. Насколько я понимаю, ты — знаешь, что такое матрица.

— Ну… примерно.

— Так я и думала. Именно через матрицу Клейндори мы тебя и засекли. Это доказывало, что у тебя есть ларан, наследственный признак нашей касты. Проще всего сказать, что матрица — это кристалл, чувствительный к мысли. Я могла бы, конечно, наговорить кучу слов о пространственных решетках, нейроэлектронных сетях, кинетических энергонах и прочем — но оставим это Раннирлу, он у нас главный техник. Матрицы бывают простейшие, например… — Элори коснулась крошечного кристалла, зависшего у ворота в пренебрежение всеми законами гравитации; казалось, именно из него волнами струится тонкое, как паутинка, платье. — Или, наоборот, огромные, искусственно выращенные матричные экраны со сложнейшей кристаллической структурой. Они без потерь перерабатывают энергию магнитного поля планеты и преобразуют ее в другие формы энергии или даже в материю. Перерабатывать сырье, получать тепло, свет, кинетическую или потенциальную энергию — все это можно делать с помощью матрицы. Ты в курсе, что мысленные волны, мозговые колебания — электрические по природе?