Николай Чугунов - Звездная магия

— Штурман, ты где?

— Снаружи. Герметичность корпуса будет восстановлена через два часа.

— Рад слышать, — буркнул Киркс. — Слушай, а вокруг вас невидимые пасти не летают?

— Вопрос лишен смысла. Если они невидимые, то как мы их можем заметить?

— Я тут просто видел что-то… странное, — капитан снова промотал запись до момента появления гигантской пасти. — Не хочешь взглянуть?

— Скажи, что именно, — помедлив, отозвался штурман. — Я уже подключился к бортовой сети.

— Видеозапись внешних камер. Примерно… — Киркс глянул на часы, — минус десять минут.

Базовый лагерь поисковиков расположился в сотне метров от границы заповедника. Высокие мачты периметра едва слышно гудели, поддерживая энергетическую защиту ограды. Аэрокары медленно опустились на краю летного поля, рядом с серебристыми куполами жилых модулей.

— Основательно расположились? — Шор уважительно оглядел выстроенный за день лагерь. — А с охраной как?

— У кого что болит, — хмыкнул веселый подтянутый парень с нашивками гражданского летчика на мундире. — Нас уже охраняют, если никто не заметил.

— Это да, — безопасник кинул короткий взгляд на зазнайку. — Охраняют.

Штабом Шор назначил третий кубрик — койки оттуда оперативно перетащили в другие модули.

— Итак, мнения, замечания, предложения? — он обвел пристальным взглядом свою команду.

— Мы ничего не найдем, — заявил пилот флагманской машины. — Медянник отлично экранирует радар. Надо снижаться, и переключить диапазон на микроволны.

— Так, — безопасник побарабанил пальцами по столу. — Что-нибудь еще?

— Вы согласны? — пилот не поверил своим ушам.

— Пока что я хочу услышать все мнения, — жестко отрезал Шор. — Мне поддакивания не нужны. Кто еще хочет высказаться?

— У нас осталось всего двенадцать зомби, — мрачно заявил некромант, входя в рубку.

— А сколько было?

— Тридцать!

— Может, кого в банке забыл?

— Я считал.

Киркс озадаченно почесал затылок.

— А где они были?

— Снаружи работали — запчасти Гарину подтаскивали, кустарник рубили, маскировку ладили. Словно ты сам не знаешь.

— Ты лично видел?

— Капитан, — некромант улыбнулся, и от этой улыбки по спине Киркса прошла целая армия ледяных мурашек, — зомби — не люди. У них нет свободы воли. Они — механизмы!

— Не говори такого при роботах, — посоветовал чародею капитан, кинув быстрый взгляд на дверь. — У них есть свобода воли.

— И что они мне такого сделают? — колдун откровенно ухмыльнулся.

— Побьют. А твои штучки на них вроде как не действуют, так?

Улыбка медленно сползла с лица некроманта.

— Не то, чтоб уж совсем не действуют… Впрочем, спасибо, учту. Но возвращаясь к разговору — да, я видел их своими глазами. Я должен же был показать им, что делать!

— У кормы возились? — Киркс повернулся к обзорному экрану. Тот вспыхнул, превратившись из куска прозрачного пластика в громадный монитор. — Давай посмотрим.

Первый зомби исчез неожиданно — потянувшись за листом обшивки, повисшем на уступе, он буквально за доли секунды истончился до полной прозрачности. Другой, не обращая ни на что внимания, терял части тела — именно тела, как понял чародей, глядя на осыпавшиеся на землю доспехи. Третий просто вышел из обзорной зоны и не вернулся.

— Ну, что скажешь? — капитан нервно сглотнул. — Ты ж у нас специалист по всяким странностям!

— Это не колдовство, — некромант, откинувшись на спинку кресла, принялся теребить подбородок.

— Да неужели! А что же это такое?

— Не знаю.

Ночью лагерь разбудил истошный вой сирены.

— Готава? — процедил Шор сквозь зубы, не открывая глаз.

— Тут.

— Выясни и доложи.

Разведчик вернулся через полчаса. Тревогу объявили из-за катера Пограничной службы, решившего ночью поискать на земле огоньки «искусственного происхождения». Однако на втором часу полета, когда бот забрался в самый центр назначенного пограничникам сектора, на борту что-то произошло. В итоге пилот совершил вынужденную посадку на каменистом плато, растеряв половину обшивки, и теперь требовал срочной эвакуации, то и дело повторяя «они уже тут, я чувствую!»

— Началось, — шеф безопасников сел на жесткой походной койке. — Вот потому мы и не будем спускаться ниже сотни метров.

— И выпустим зонд на семидесятиметровом тросе, — язвительно отозвался пилот.

— Правильно, — Шор сделал вид, что не заметил издевки.

— Шеф, неужели они действительно такие опасные?

— Нет, — хмыкнул старик. — Они просто исчезающие, — и, заметив недоуменно-обиженное выражение лица пилота, добавил. — Увидишь — поймешь.

— Есть связь! — в рубку заглянул перемазанный чем-то дроид. — Так что кому охота свежих новостей или еще чего-нибудь…

В нос некроманту ударил странный запах — нечто среднее между вонью химической лаборатории и ароматом свежей травки.

Киркс, недоверчиво покачав головой, набрал на пульте команду — и обзорный экран осветился.

— … Пока не найдены, — вещал беловолосый диктор, дружелюбно улыбаясь. — Президент банковской ассоциации, достопочтенный Даррел Антони заявил нашему корреспонденту…

Картинка вновь сменилась. Теперь на капитана прямо в упор уставилось пухлое лицо со свежими следами бурных возлияний.

— Они покойники, понял? Я лично вырою им могилу и попрыгаю на костях! На костях — чтоб все на раз поняли: я добыл свое состояние тяжким трудом… — Даррел на секунду задумался, — тяжким честным — усвой — честным трудом, и не позволю. В общем, слушайте все. За любые сведения об их местонахождении — двести косарей чистыми. За голову любого бандюка — два лимона. А груз вернете — десятину можете забрать сразу. Всем понятно?

Дроид выключил экран и некоторое время стоял у пульта, опершись о него перемазанными в земле руками.

— Как интересно, — наконец отозвался он и направился к двери. — Думаю, мне стоит сделать пару звонков.

Аэрокар, отстрелив трос с тяжеленным микроволновым радаром, заложил крутой вираж, уходя от огня массивного дископлана. Плазма нежно прошелестела под днищем машины, превратив добрый десяток квадратных метров леса в кипящий ад.

— На позывные не отвечает, — меланхолично сказал радист. — Система опознания блокирована.

— Ну еще бы, — Шор сплюнул в открытую дверь и наклонился к пилоту. — Набирай высоту. Высоту, слышишь?

Стрелка альтиметра колыхалась на двухстах.

— Это дископлан! Он сверху бронирован лучше!