Эл Ибнейзер - Дар Менестреля

Выскочив из таверны, Дастин и Онтеро бросились к повозке, возле которой развалился Тич.

— Быстро, убираемся отсюда! — почти крикнул Онтеро.

— А что случилось?

— Здесь охотники за тобой и мной. Видел четверку в углу? Я узнал одного. Тогда, в старые времена, был еще один, куда похуже, а этот всегда у него под рукой был. Бывший бандит и убийца, собственно он убийцей и остался, только магии поднахватался у своего господина. И он меня тоже, вроде бы, узнал. Так что чем быстрее мы отсюда уберемся, тем нам же и лучше.

— Это те двое, что вино пили, а потом к ним еще пара подошла?

— Да, они. А я говорю о том, что в красном плаще был. Да, пошевеливайся, ты! — это уже относилось к Тичу, который вместо того, чтобы срочно запрягать коня, развесив уши внимал разговору. Тич дернулся и стал быстро запрягать. Тем временем герцог, остававшийся все это время в повозке, чтобы не срамиться выступлением за деньги, мрачно наблюдал эту сцену и поинтересовался:

— И что же происходит?

— Мы скрываемся от тех, встреча с которыми убедила кое-кого, что все не так просто.

— Принцесса тоже здесь? — голос Ильмера звучал напряженно и болезненно.

— Нет, ее здесь нет, но все равно надо поторопиться…

Повозка выкатилась за ворота и двинулась скрипя колесами по узким улочкам города. Прошло некоторое время и Онтеро вздохнул свободнее:

— Кажется никого, будем надеяться, что мы от них оторвались.

— Hе совсем так, почтеннейший.

Онтеро аж подскочил от неожиданности и стал оглядываться кругом.

— Hе надо там проявлять беспокойство, его могут заметить, а я вовсе не желаю, чтобы меня в этом заподозрили.

Теперь уже и Дастин с Тичем услышали этот голос и завертели головами.

— Я не могу показать, где я, но поверьте, я знаю кто вы, куда и зачем идете. Я друг, хотя вынужден скрывать это. Поэтому мне нужно быть кратким — за мной следят. Из двух путей предпочтите Теренсию и Корран, там для вас безопаснее. Hе оставайтесь на ночь в городе — Вас попытаются прирезать. Мы еще встретимся, на всякий случай условимся о пароле — «Первая мелодия» — по нему вы узнаете меня.

Онтеро, наконец, увидел источник этого голоса, вслед за ними брел простоватый на вид парень в одежде слуги.

— Повторяю, сейчас за мной следят, и за вами тоже. Будьте осторожнее.

Онтеро пригляделся и увидел идущего невдалеке твердым шагом молодого мужчину в походной одежде дворянина и вскрикнул от удивления. Человек быстро свернул в переулок, и тут же туда скользнул и другой.

— Последуем совету? — поинтересовался вслух Дастин.

— Похоже, что это действительно наш друг, — ответил Онтеро, — Во всяком случае тот, который за ним следил, был один из тех, четверых, что беседовали с тем поганым колдуном. Так что, на юг друзья. По крайней мере сейчас.

— А как отдых? — возмущенно поинтересовался Тич.

— В дороге отдохнешь, — громко обрезал толстяк, возмущенный бестолковостью парнишки — Ты же сам все слышал. Hа юг!

— Ты вроде бы собирался заехать к какому-то своему другу, — тихо, но настойчиво напомнил Дастин.

— Да, — уже спокойнее согласился Онтеро, — его зовут Бальнеро. Он как раз у реки и живет.

И повозка покатила к речным пристаням на южной оконечности города.

— Мы шли за ними, но в какой-то момент они заметили нас, и нам пришлось скрыться в переулке. И мне, и тому, который пришел с мастером Йоланом. Дальше мы их все-таки не потеряли, они направились к порту, и я слышал как лысый крикнул «Hа юг», — докладывал серый, одетый в одежду слуги Егарду. Старик слушал его и размышлял о своем. Наконец, он пришел к какому-то выводу и резко спросил:

— Это все?

— Да, мастер.

— Как вел себя тот, что пришел с мастером Йоланом?

— Безупречно, мастер. Временами даже я его терял из виду. Именно в такой момент они нас и заметили, видимо я показал себя, когда искал этого. Вы ведь велели за ним присмотреть.

— Велел. Он не пытался заговорить с ними?

— Нет, мастер. Я бы обязательно услышал, так как я был ближе к нему.

— Хорошо. Пока они доберутся до порта, пока наймут лодку для перевоза, у нас еще есть время. Быстро отправляйся на тот берег и предупреди шваль на том берегу, чтоб были готовы.

Дастин смотрел на Бальнеро и поражался неприятности этого типа. Постоянное мерзкое хихиканье, наклоненная на бок голова, будто тот постоянно к чему-то прислушивался, сгорбленная шаркающая фигура и злобно-издевательский кривой взгляд из-под приспущенных неряшливых седых бровей. Нет, не таким он представлял знакомого Онтеро, хотя и тот, конечно, не выделялся внешностью. «Впрочем,» — подумал Дастин, — «Чья бы корова мычала… Почем я знаю, может за этой внешностью кроется нечто совсем другое?» Онтеро, похоже, был тоже поражен переменами, произошедшими в старом знакомом.

— Что с тобой случилось, Бальнеро? Ты же никогда не был таким.

— Что с мной случилось? — Захихикал старик, — О, со мной много чего случилось, очень много… Hо это бывает, со всеми когда-нибудь что-нибудь да случается, — и его хихиканье превратильсь в бульканье, — Да, со всеми. Вот и с вами, тоже ведь, что-то случилось, что-то случится…

— Ты что, Бальнеро? Что с тобой? Взгляни на меня!

— Зачем Бальнеро будет глядеть на Переддина? Бальнеро уже стар, очень стар. Садитесь, я достану чудесного винца за нашу встречу, да-а, чудесного старого винца. Вы никогда такого не пробовали, его Бальнеро припас специально для вас, — и старик опять мерзко захихикал.

Онтеро насторожился и воспользовавшись случаям предупредительно посмотрел на Дастина, Тича, Ильмера и приложил палец к губам, а затем сказал вслух:

— Что ж, неси свое вино, я всегда рад выпить со старым другом. Hе возражаешь, если мой спутник немного сыграет для улучшения настроения?

— Что ж, пусть играет, — быстро согласился старик, — Бальнеро любит музыку, Бальнеро сейчас вино нальет, мы выпьем, и под музыку и разговор легче, — и похлопал по плечу Тича, — Хороший у вас мальчик, рыженький такой.

Тич осторожно отодвинулся подальше и настороженно наблюдал за происходящим.

— Сыграй, мой друг! — неожиданно торжественно заявил Онтеро, многозначительно поглядев на Дастина, — Только негромко, чтоб не мешать нашей беседе.

Дастин, ничего не понимая, начал машинально наигрывать уже запомнившиеся фрагменты мелодии. Бальнеро, по-прежнему улыбаясь, налил им вина и начал говорить, как будто про себя:

— Пейте, пейте, гости дорогие, Крупцифаг знает много ядов, Крупцифаг знает что делать. А они говорили Крупцифаг ни на что не годен, то-то удивятся, когда Крупцифаг им певца опоит и в руки прямо тепленького…, - и старик опять захихикал и продолжил уже вслух, — Так, пейте же, все готово!