Роман (Крысь) Хаер - 2. С другой стороны

– Чаво енто ты в дом лезешь? Тя кто приглашал? – раздалось за спиной недовольное дребезжание. Я закрыл дверь и решительно подошел к старушке.

– Баба Торя, а как лететь-то?

– Вот дурная-то головушка, – бабка с жалостью смотрела на меня, осуждающе покачивая головой. – На Гошке полятишь, дурень.

– А кто это – Гошка?

– Как кто? – удивилась бабуля. – Дракон знамо дело.

– Дракон?!!

– Ну да, чаво орешь-та?

Я поперхнулся, закашлялся и несколько секунд был не в состоянии сказать ни слова. То, что в мире Ворк есть драконы, я в теории знал, но не видел их ни живьем, ни в виртуально сконструированной гашек-записи,

– А где он, дракон этот? – справился я, наконец, с неожиданным бунтом своей дыхательной системы.

– Поднялся бы сюды как умный чаловек, все б узрел, а так канешна, дурак-дураком, – продолжала меня костерить бабулька, не давая никакой информации. А впрочем, я уже привык к этому.

– Ну, где дракон-то?

– Спустися отсель по-человечьи, орк-дурачок, все и углядишь, – загадала очередную загадку бабуля-хорошуля, но потом, поглядев на мою озадаченную физиономию, сжалилась и добавила: – Тама дыра больша, иди в нее, не заплутаишь. Гошка там каменья черные лопаит, тащи его сюды – я спомогу оседлать те его – и ляти, голуба.

"У подножья, по-видимому, пещера. Там дракон и находится", – подумал я.

– Во! Не совсем ты дурень стоеросовый! Тащи Гошку сюды, – обрадовалась бабка-телепатка моей сообразительности. Я не стал вступать в прения, оставил у скамейки узел с вещами, там же положил арбалет, развернулся и быстро начал спускаться по широкой каменной дороге к подножью холма, слыша с вершины причитания бабули-хорошули: "Вот дурень-та, всем дуракам – дурак! Сама главна дурилка в лясу…". Кот шел рядом и хитро на меня поглядывал. Рыжий негодяй явно был согласен с вредной старушкой.

Спустившись по удобной и ровной дороге к подножью холма, я действительно сразу увидел зев огромной пещеры. Подойдя к нему и секунду постояв в нерешительности рядом с темным туннелем, из которого доносился едва слышный скрежет, я включил при помощи кольца-когтя свет на ошейнике Рыжика и решительно шагнул в темноту. Кот бежал по туннелю чуть впереди, освещая дорогу, а я шел за ним. Туннель был с ровным полом и понемногу уводил вниз. Скрежет с каждым шагом становился все громче, и минут через десять я увидел источник этих неприятных звуков.

Тоннель заканчивался небольшой пещерой, и у одной из ее стен находился дракон. Зверь была размером с африканского носорога. Если к телу носорога добавить хвост почти такой же длины, а голову посадить на длинную и в то же время могучую шею, то будет что-то похожее на это создание. На носу у дракона красовались два рога над каждой ноздрей, а мощные ноги заканчивались не носорожьими копыто-пальцами а когтистыми лапами древних динозавров. Когти, правда, больше походили на небольшие лопаты или даже кирки. Клыков у дракона я не заметил, и зверь ничем не напоминал кровожадного хищника, хотя и был чем-то похож на драконов с древнекитайских гравюр.

Зверь копался в стене, в основном используя рога над ноздрями, и изредка помогал себе передними лапами. На меня дракон никак не отреагировал, ни на секунду не прерывая своего увлекательного занятия. Мы с Котом подошли почти вплотную к его огромной голове, и я стал с интересом наблюдать за драконьим занятием. Дракон, как заправский шахтер, добывал каменный уголь.

Антрацит в этом месте не лежал огромным пластом, а попадался небольшими вкраплениями в известковую породу. Дракон разрывал стену и выгрызал кусочки каменного угля, после чего с наслаждением его жевал огромными плоскими зубами. В целом дракон производил впечатление доброй и умной зверюги, и поглядывал на меня с веселым интересом. Похоже, он относился к своему шахтерскому занятию как деревенский парень на завалинке, лузгающий вкусные семечки. Веселое ненапряженное времяпровождение – и не более того. Постояв минут десять, я понял – мое появление не нарушило планов дракона. Он продолжал лузгать антрацит, и не собирался прерывать своего увлекательного занятия. Как тащить к бабуле-хорошуле животное весом несколько тонн – я себе не представлял.

– Гошенька, пойдем со мной а? – жалобно попросил я дракона, после чего он скосил хитрый глаз с вертикальным зрачком в мою сторону, и продолжил увлеченно выкапывать каменный уголь.

"Как его к бабке тащить-то?", – спросил я Кота.

"Не пойдет он. Не хочет", – ответил Рыжик, явно симпатизируя этому живому танку.

– Гоша! – крикнул я строго. – Беги скорее наверх – баба Торя зовет!

Дракон плевать хотел на мою строгость. Весело выкапывая вкусные черные куски угля из известняка, и хитро скашивая на меня огромный глаз, покрытый прозрачной пленкой второго века, дракон олицетворял собой памятник, посвященный беззаботному времяпровождению. Мне на его деревенской завалинке места не было. Я обошел зверя, схватился за его хвост и стал тянуть к выходу. Шкура у дракона была горячая (градусов пятьдесят по Цельсию) и очень шершавая.

– Гооошаааа! Пойдеееемм! – надрывался я изо всех сил в попытках сдвинуть зверюгу хоть на миллиметр. Эти попытки напоминали старания муравья убрать со своего пути междугородний автобус. Под конец Гоша шевельнул хвостом, и я плавно отлетел метра на три, покатившись по полу пещеры. Вскочив на ноги и обойдя животное, я стал толкать его в грудь, мешая копать уголь. Шкура на груди дракона была такая же горячая, как и на хвосте. Скоро дракону это надоело, и он нежно мотнул головой, после чего я снова плавно улетел в сторону. Зверь просто отгонял меня как ворона отгоняет от добычи нахальных воробьев. Я человек упорный, поэтому возился с драконом полчаса, периодически отлетая в сторону, вскакивая на ноги и снова бросаясь к ленивому зверю. Наконец мне все это надоело и я сел на пол пещеры рядом с довольной драконьей мордой. Зверь косил на меня хитрым глазом с вертикальным зрачком, не прерывая своего увлекательного времяпрепровождения. Рядом сидел Рыжик, и потешался над моими нелепыми попытками сдвинуть дракона.

"Помог бы лучше", – обиженно сказал я рыжему зрителю, и заслужил картинку зеленого клыкастого муравья, тащащего в гору огромное бронированное чудище. Вид у муравья был очень озадаченный.

– Ладно, ты доигрался, глупый дракон, – рассерженно сказал я. – Сейчас пойду и бабе Торе нажалуюсь!

Дракон Гоша хитро на меня покосился, но серьезно мое заявление не воспринял. Если совсем уж честно, то я боялся идти к бабуле-хорошуле без дракона. Если то, что я залез на гору не с той стороны (ну мало ли – может я альпинист!) вызвало такую реакцию у старушки, то уж за бесполезность в качестве драконьего проводника она меня просто сравняет с землей. Но деваться было некуда – я встал на ноги и, пригрозив ленивой зверюге кулаком, пошел в сторону выхода. Рыжик радостно побежал впереди.