Владимир Жариков - Четырнадцатое, суббота

- Не слишком ли жесткие условия? Задача у меня и так не из легких. Ну не достану я эти яблоки или там самогонный аппарат из этого НИИ, казнить-то за что?

- А я не настаиваю. Можешь отказаться и не подписывать. Но тогда мы простимся с тобой навсегда, и на мою помощь не рассчитывай.

- Ладно, - сказал я и взял из рук Хитрого Лиса гусиное перо, уже макнутое в чернила. - А второй экземпляр?

- Зачем? Ну зачем тебе таскать в дальнюю дорогу еще и бумагу? Порвешь или потеряешь. Пусть лежит у меня, так надежнее. Ведь все равно ведь я тебя буду казнить, а не ты меня. Хе-хе. Шутка. Ступай к секретарю, он даст тебе карту и семь золотых долбонов.

- Маловато будет, - сказал я, - добавить надо бы. Вдруг там подкупить кого, или штраф заплатить. Да и вообще, за вредность.

- За твою вредность? Хе-хе. Шутка. Хорошо, и еще тридцать серебряных ендриков.

- Благодарю.

Я повернулся, чтобы покинуть помещение, но за спиной опять прозвучал голос волшебника, причем довольно властной интонации:

- Попрошу еще немного задержаться. Значит так, амулет Золотого Льва оставь здесь. Хе-хе. Целее будет, - он распахнул встроенный в стену сейф.

- Мы же контракт подписали, там написано, что в конце…

- А я не прошу его подарить, только оставить на хранение. В твоих же интересах. Хе-хе! Чтобы делов не натворил по незнанию.

В конце концов, припомнив встречу с людоедом, я подумал, что действительно, от этого амулета одни неприятности. Все равно, я не знаю ни его волшебных свойств, ни как их использовать…

Глава 8. ПОДГОТОВКА К НОВОМУ ПУТЕШЕСТВИЮ

- Сады Хой Ёхе - это как бы на восток, - говорил Лешек, когда мы сидели в моем номере в трактире и потягивали местное вино. - Что-то мне бабка про них рассказывала. Есть там фруктовые деревья и их стережет змея. Короче, никто еще с этих деревьев плодов не сорвал, все, как бы, помирали.

- А Шема Ханство на юге, - Лева ткнул пальцем в разложенную на койке карту. - Я знаю туда короткую дорогу. Все обычно или через наше Николаево ездят, или немного южнее, там тракт более накатанный. По-любому это триста верст с гаком получается. Я знаю прямой путь, вполовину короче. Это как раз через долину, где водятся безвздоховые одноруки.

- А НИИКоГО на севере, - сказал Вольф. - На окраине небольшого городка, уже почти в Кощеевом царстве.

- Кстати, кто знает, что вообще означает эта аббревиатура? - спросил я.

- НИИКоГО? - переспросил Вольф. - Научно-исследовательский институт колдовства, гадания и оккультизма.

- Понятно. В общем, дело ясное, что дело темное, - сказал я. - А вот интересно, почему к этому, великому и ужасному, ломится столько народу?

- Каждый хочет попросить что-нибудь для себя. Например, перевоспитаться в добропорядочного, почтенного семьянина.

- Или добиться типа апелляции по результатам вступительных экзаменов в университет, - добавил Лешек.

- Или откосить от армии, - предположил Лева. - Ведь Алмазная долина уже много лет всё воюет и воюет, захватывая новые царства и королевства, а сколько ребят при этом гибнет! Я слышал, перед рекрутским набором некоторые специально на воровстве попадаются. Чем на войне погибнуть, лучше уж в тюрьме сидеть.

- Сидеть… - задумавшись, повторил я. - Некогда сидеть! Пойду, куплю что-нибудь похавать в дорогу, да двинусь в путь. Юг, север, восток…

- Не понял, - сказал Лешек. - Не "двинусь", а "двинемся"! Ты что, думаешь, мы тебя как бы бросим?

- Я не могу вас принуждать. Вы уже пришли, куда хотели и найдете здесь то, что вам нужно. Зачем вам рисковать?

- Нет, это не по-людски, - сказал Вольф. - В беде товарищей не бросают. Мы поможем тебе в твоем деле или погибнем вместе с тобой.

- Поможем, - подтвердил Лев.

Мы закупили на местном рынке необходимый провиант и разную мелочь в дорогу. У одного барахольщика мне приглянулась замечательная антикварная подзорная труба. В медном корпусе, раскладная, с такой, наверно, плавал Колумб или Магеллан, просто загляденье. Я не удержался и купил ее за целых два ендрика.

Вернувшись в трактир, мы решили немного перекусить, а точнее плотно пообедать. В зале хрипло играл допотопный фонограф. Почти все столики оказались занятыми, только за одним одиноко сидел капитан местной гвардии и в задумчивости разглядывал пустой стакан.

- Разрешите? - спросил я.

- Садитесь, - индифферентно произнес капитан, кивком указывая на свободные стулья.

Он был лишь слегка под градусом, то есть не в нужной кондиции и поэтому как-то не очень расположен к беседе. Мы заказали еды и выпивки на пятерых.

- Кого-то еще ждете?

- Нет. Но вы разве нам компанию не составите?

- Угощаете?

- Чего б не угостить хорошего человека!

Капитан сразу повеселел, было видно, как жажда общения стала прорываться наружу.

- Что, жалование задерживают? - сочувственно спросил Лева.

- Какой там задерживают, полгода уже не платили. И за что только кровь проливали! А ежели военному не платить, чем он тогда жив будет? Только вот продажей трофеев и живем, да уж почти все распродали. Кстати, сапоги не нужны? Скороходы. Почти новые, всего пятьсот верст пробег. Каблуки целые, подметки не стоптаны, набойки еще родные, супинатор там, все как положено. Полтора целковых прошу.

- Возьмем обязательно, - сказал я. - За рупь.

- Ладно, уступаю. Только бутылочку тридевятского красного в придачу.

- Слушай, а не знаешь ли, где коврик-самолетик по дешевке раздобыть? - спросил Вольф.

- А зачем вам? Тут ведь все равно нигде не полетаешь.

- Да мы, понимаешь, в дорогу дальнюю собираемся. Там пригодится.

- Понял, вопросов нет. Могу посодействовать. За два целковых сторгуемся. Триста часов налет, но они и по тысяче летают. Шемаханского производства.

- Отлично, дай адресочек.

- Да ладно, вот откушаем и провожу. Давайте выпьем за вас, добрые люди, не буду расспрашивать, кто вы и что затеваете, но пусть вам улыбнется удача!

- Спасибо, друг, - сказал Лева.

Мы чокнулись, выпили и приступили к еде

- С кем же это вы всё воюете? - спросил я.

- Да с кем, а то не знаешь.

- Я приезжий.

- А-а! Дык то с тридевятым на западе, то с тридесятым на востоке. А скоро, слухи идут, на Шема Ханство двинем. Как только зарплату выдадут, считай завтра в поход. А там, глядишь, и за Сине-море подадимся. Вот флот достроим в Тридесятской провинции и, как говорится, прощай, любимый город…

- И зачем все это?

- Как зачем? Политика… Оно ж как, надо помогать братским народам развивать дело свободы и народовластия и сметать тоталитарные режимы на благо людей и нелюдей. Все вместе и Кощея одолеем, тогда в свободном обществе заживем сыто, богато и счастливо…