Сара Хагерзак - Самба

Так Джинни и сделала. Когда из лаборатории потянуло характерным запахом разогретого тыквенного масла, употребляемого при варке костероста, в дверь снова постучали. Уже догадываясь, кто это может быть, и обреченно сознавая, что спокойно поработать ему сегодня вряд ли удастся, профессор открыл дверь. Как он и ожидал, снаружи стояла Молли.

— Добрый вечер, Молли, чем обязан? — учтиво поинтересовался он, но от двери не отошел и продолжал стоять на пороге, загораживая собой вход в комнату.

— Здравствуй, Северус, — Молли пыталась заглянуть внутрь, но, к её досаде, Снейп заслонял ей весь обзор. — Джинни у тебя?

— Нет, с чего бы ей здесь быть? — недоуменно ответил он.

— Странно… Поппи говорит, что Джинни пошла к тебе, — недоверчиво произнесла Молли, явно не собираясь так быстро сдаваться.

— Она заходила, но сразу же ушла, — пожал плечами профессор. — И не сказала мне, куда, — быстро добавил он, упреждая готовый сорваться с губ Молли вопрос. — Так что если это всё, что ты хотела узнать — то не смею задерживать.

— Северус, позволь мне войти, — устало сказала Молли, внезапно растеряв весь свой боевой пыл.

Снейп неохотно посторонился, пропуская её, но остался стоять недалеко от двери, сложив руки на груди и всем своим видом давая понять, что не намерен тратить свое время на долгие разговоры.

Молли внимательным взглядом окинула комнату, и профессор порадовался, что Джинни отказалась от кофе: ему было бы гораздо труднее уверять её мать, что у него в гостях никого нет, если бы та заметила на столе две чашки.

Не дожидаясь приглашения, миссис Уизли присела на стоявший в углу диванчик, и Снейп, показав на стол с бумагами, ещё раз уточнил для верности:

— У меня много дел, так что, будь добра, побыстрее…

Молли кивнула, но было видно, что её собственные проблемы казались ей гораздо более важными, чем предполагаемые дела Снейпа.

— Поппи говорит, что Джинни очень уважает тебя и прислушивается к твоему мнению… — начала наконец она.

— Тебя это беспокоит? — поднял брови Снейп.

Молли отмахнулась, давая понять, что ей не до иронии. Было заметно, что ей этот разговор неприятен так же, как и Снейпу, и тем не менее она спросила:

— Северус, если тебе небезразлична судьба девочки, может быть, ты попробуешь поговорить с ней? — и, тяжело вздохнув, удрученно добавила: — Меня она совершенно не желает слушать.

— А в чём дело? — осторожно поинтересовался профессор, прикидывая, как много известно Молли о том, в каком положении сейчас находится её дочь.

Как только выяснилось, что Джинни находится под влиянием Волдеморта, было оговорено, что никакие посторонние люди не должны знать о случившемся с ней. Для Снейпа само собой разумелось, что в данном случае посторонними являются абсолютно все люди. Но Поппи вполне могла счесть, что родная мать имеет право знать о том, что происходит с её дочерью, и рассказать Молли всю правду или же часть её. Но оказалось, что речь пойдет совсем о другом.

— Джинни говорила тебе, что Гарри хочет помириться с ней? — спросила Молли.

— Нет, — категорично отрезал Снейп. К его радости, разговор о Поттере был у них с Джинни всего один раз, и больше они к этой теме не возвращались.

— Тем не менее, это так, — вздохнула Молли. — Гарри очень сожалеет о случившемся; он совершил ошибку и теперь мечтает вернуть Джинни. Но эта глупая девчонка категорически отказывается с ним разговаривать!

— Ошибку? — возмущенно прошипел Снейп. — По ошибке можно положить в зелье не тот ингредиент — что Поттер и проделывал на моих уроках множество раз. Но по ошибке переспать с женщиной, да еще и не с одной… — профессор злобно ухмыльнулся. — Прости, Молли, но это недоступно моему пониманию.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я! — возмутилась она. — Ты сам был молодым и должен помнить, что в юности мы иногда совершаем необдуманные поступки, подчиняясь минутной страсти… — Молли с некоторым сомнением окинула своего собеседника взглядом, словно не была уверена в том, что сказанное может быть применимо к Снейпу, и раскрыла было рот, чтобы продолжить, но профессор перебил её.

— Если ты так хорошо осведомлена о моей личной жизни, — с холодной яростью сказал он, — то, без сомнения, должна знать, что я не связывал себя какими бы то ни было обязательствами или длительными отношениями ни с одной женщиной. Так что все мои, как ты изволила выразиться, необдуманные поступки касались только меня и не затрагивали больше ничьих чувств…

Тут он запнулся, вспомнив Поттеров и пророчество, и нехотя добавил:

— По крайней мере в том, что касалось женщин…

Видя, что Снейп немного сбавил тон своей гневной речи, Молли снова перешла в наступление.

— Джинни должна дать ему шанс начать всё сначала! Он готов жениться на ней хоть завтра! — с жаром сказала она. — Северус, если ты убедишь её хотя бы поговорить с ним, то никому от этого не будет хуже! А так она даже перестала заходить в Нору. Боится, что встретит там Гарри.

— Я не собираюсь её ни в чем убеждать, — упрямо сказал Снейп. — С чего ты вообще взяла, что твоя дочь видит смысл жизни в том, чтобы как можно скорее выскочить замуж, нарожать кучу рыжих очкастых детишек и провести остаток своих дней за готовкой обедов и войной с садовыми гномами?

— Да как ты смеешь! — зашипела Молли так агрессивно, что превзошла бы любую змею. — У тебя никогда не было ни семьи, ни детей, ты даже представить себе не можешь, каково это!.. — она с досадой махнула рукой, уверенная в том, что Снейп никогда не сможет понять её материнских чувств. Впрочем, вскоре ей удалось взять себя в руки. Скорбно вздохнув, она продолжила: — А Гарри всегда мечтал о семье… Когда у него из головы выветрится вся эта юношеская блажь, он станет хорошим мужем и отцом. Иногда стоит простить кому‑то обиды, трезво посмотреть на вещи и задуматься о будущем.

Снейп угрюмо глядел на раскрасневшуюся от избытка эмоций Молли. Ему самому всегда было очень сложно усмирять собственную гордость и идти на компромиссы, поэтому он не имел ни малейшего желания призывать к этому кого‑либо ещё.

— Я не собираюсь вмешиваться ни в ваши споры с Джинни, ни уж тем более в её отношения с Поттером, — категорично заявил он. — Но если бы она была моей дочерью, я бы никогда не стал уговаривать её поддерживать отношения с человеком, который обманул её и втянул в публичный скандал.

— Ну что ж… В таком случае, хотя бы подскажи мне, где она может быть сейчас? — сдалась наконец Молли, поняв, что они никогда не достигнут взаимопонимания в этом вопросе.

Снейп пожал плечами:

— Возможно, у мистера Таггера…

— А это ещё кто такой? — снова вскинулась Молли.

— Наш преподаватель ЗОТИ, выпускник школы авроров, — пояснил Снейп, наслаждаясь произведенным впечатлением. Молли было явно неприятно слышать, что у столь горячо любимого ею Поттера может появиться соперник.