Евгения Гордеева - Все точки над ё...?

В глазах Малики мелькнул ужас, она даже нос свой оставила в покое и обречённо опустила руки.

— Пуздь… если и дак.

— Ты серьёзно? — опешила я. — Это чем же он тебя опоил, что ты и сестёр сдала, и сама в жертву принестись готова?

— Не двое дело, смердная!

— От смертной слышу! Разгордилась тут, словно управы на вас нет! Что ты так в него вцепилась, в колдуна этого? — она не ответила, а только упрямо поджала губы и отвернулась от меня. — Не хочешь отвечать, не надо. Помо-ги лучше Джинни в сознание привести.

— Не пытайся, бесполезно, — как-то брезгливо ответила чародейка.

— Как это, бесполезно? — заорала я на эту гнусную особу. — Приводи её быстро в порядок! А то я тебе…

— Что ты мне? — ехидно усмехнулась Малика. — Косы повыдергаешь?

— Косы-ы-ы? — продолжала негодовать я, — Мне их и выдёргивать не придётся, они у тебя сами отвалятся!

— И когда произойдёт столь знаменательное событие? — она смерила меня презрительным взглядом.

— Немедленно! — рявкнула я.

— Ха-ха-ха! Ох! Что ты сделала, подлая? — Малика держала в руках внушительные пряди своих волос, а ос-тальная шевелюра медленно сползала с её, теперь уже лысого черепа, к ногам. — Как ты могла?

Она опустилась прямо на пол и стала, как невменяемая, сгребать свои волосы в кучу. Разве что обратно к го-лове их не прикладывала.

— А не надо было спорить со мной. Я тебе сказала, приводи Джинни в чувство! Вот и надо было слушаться! А не угрожать…

— Кто ты? — подняла она на меня свои печальные глаза. — Джинан сказала, что ты человек… Человек так не может.

— А я могу… и я — человек.

— Ты меня обманываешь. Так не бывает! — она решительно поднялась, отряхнула с колен волосы и направи-лась вон из зала.

— Малика, — окликнула я её, — ты так и не окажешь помощи сестре?

— Я не знаю, как…, - она оглянулась, стоя в дверях, — ритуал не предусматривает… такого развития событий. Она должна была…

Договорить ей не дали два здоровых кошака, влетевших в зал. От резкого удара девушка свалилась с ног и от-катилась по гладкому полу к алтарям в центр зала, в довершении всего, приложившись головой о морду демона. А так как череп был голый, то удар получился весьма ощутимый. А если ещё учитывать, что на коленях у неё пристроился один из хищников… Малика даже не закричала. Она просто судорожно хватала ртом воздух с ужасом таращась на оскаленную морду и грозные клыки. Второй кошак прямиком бросился к Джинни и стал облизывать той лицо.

«Рыська, — поняла я, — а тот — Чу. Прибежали… молодцы».

Рыська поднял морду от лица любимой и удивлённо посмотрел на меня.

— Я не знаю, чем ей можно помочь, — ответила я на безмолвный вопрос друга. — Ой! Смотри, она моргнула!

Взгляд Джинни и в самом деле приобрёл осмысленность. Она несколько раз быстро сморгнула и радостно воззрилась на любимого хищника. Рыська ещё раз лизнул её в щёку и, кажется, улыбнулся.

— Слезь с меня, животное! — раздался недовольный голос Малики. Она пришла в себя и начала остервенело спихивать с себя Чу.

Тот стал сдавать задом, но закашлялся и судорожно замотал головой. Создалось такое впечатление, что он задыхается. Дыхание она ему сбила, что ли? Я подбежала к кашляющему Юду и собралась уже было постучать его по спине, но заметила, что тот нервно трёт лапой морду.

— Ну-ка, открой пошире ротик, — я заглянула в пасть кошака и не поверила своим глазам. Зацепившись за ниж-ний клык, в глотку уходила достаточно толстая золотая цепочка. — Потрепи секундочку, — я освободила зуб и потянула за цепь, — вот причина твоего недомогания! — объявила я, демонстрируя присутствующим золотую цепочку с кулоном. — Юдо, а откуда у тебя в пасти взялось ювелирное украшение?

— Да! — согласился со мной Рыська.

— Я это… по привычке, — стесняясь, признался Чудо — Юдо. — Я, когда путешествую, всегда так питаюсь. И, когда мы во дворец вбежали, я мимоходом мышь… Мы же долго бежали…. а я позавтракать не успел. Вот, как-то так…

— У них, что, — удивился Рыська, и мы вместе с ним, — грызуны по дворцу в ювелирных украшениях разгули-вают? Или это какая-то особо приближённая мышь?

Мы как-то упустили из виду хозяйку замка, сидевшую рядом с нами на полу и с ужасом взирающую на кулон, висевший на моём пальце. Вид у Малики, скажем, был непрезентабельный: лысая, с разбитым носом, размазанной кровью, лицо перекошено ужасом.

Глядя на её, близкое к помешательству, состояние, у меня в голове стали выстраиваться логические цепочки.

— Чу, знаешь…. ты не очень расстроишься, если узнаешь, что стал… в некоторой степени, людоедом? — Юдо плюхнулся на копчик после моих слов, а шерсть у него на загривке встала дыбом. — Колдуноедом, — поправилась я. — Если я правильно расценила состояние этой чародейки, то кулончик, которым ты чуть не подавился, принадлежала Саббаху. Он дал дёру, а Май его по всему дворцу разыскивает. Так вот этот самый Саббах получил от Андрея по мор-де, хорошо так получил, потом я его слегка подпалила… Он решил не связываться с нами, в отличие от своей мужест-венной подружки, — я кивнула на понурую седьмую Пери, — перекинулся мышью, как все глупые, но очень могущест-венные колдуны в детских сказках, и тут же попал к тебе на завтрак. Поздравляю! Ты избавил мир от злобного колду-на!

— Вот это да! — восхищённо произнёс Чу. — Как ты здорово придумываешь!

— Придумываю? Нет, милый друг! Это всё самая истинная правда! Ты теперь герой! Не веришь? Спроси у Ма-лики?

— Я съел колдуна? — наивно поинтересовался Юдо у насупленной волшебницы.

— Съел! — зло подтвердила лысая чародейка, выхватила у меня цепь и снова сделала попытку покинуть зал.

— Задержите её! — воскликнула, пришедшая в себя Джинни. — Амулет!

Как в хорошей театральной постановке очередной положительный герой не позволил злодейке сбежать. В дверях появился Май и явно собирался нам что-то сказать, но так и замер с открытым ртом, обалдев от представшей перед ним картины. Во-первых, он явно не ожидал увидеть здесь кошаков, хотя их прибытие и ожидалось с минуты на минуту. Во-вторых, когда он уходил, Малика выглядела несколько иначе. В-третьих, наше безмятежное поведение говорило о том, что опасности больше нет.

— Я что-то пропустил? — осведомился Андрей обиженным тоном.

— Чу съел Саббаха, — торжественно доложила я.

— Как это, съел? — недоверчиво переспросил муж и посмотрел на довольную морду Юдо.

— Проголодался, — кратко пояснила я.

— Всего? — не поверил Май.

— А что там было есть!? — обиделся Юдо. — Я даже не наелся!

— Да? — голос у Андрея дрогнул, и он непроизвольно сделал шаг назад. Я уже не могла сдерживать смех, со-гнулась пополам и чуть не билась головой о мозаичный пол. — Чего тут смешного?