Хорт Анатольевич - Дан. Книга первая.

Тварь, поняв, что я ее могу убить, решила уйти назад в окно и попробовала выскользнуть назад. Петли начали лопаться одна за другой. Я, набрасывая новые петли, подскочил к окну и вертикальным ударом всей массой тела пробил туловище твари насквозь. "Когти смерти" рвали плоть твари, не переставая. Тварь, пытаясь уйти в окно, вырвала меч у меня из рук. Это не принесло ей ничего, меч заклинил в окне, тварь застряла. Теперь она уже не могла уйти в окно, не разорвав себя мечом пополам. В комнату ей не хотелось, так как я не переставая ее атаковал. Ментальный щит ее был изодран в клочья, удары шли по живой плоти, доставляя ей невероятные мучения. Я усилил напор, тварь визжала, пыталась атаковать, но я, поддерживая ментальный щит, всадил в нее "пси-копье" и продолжил ее рубить ментальным мечом. Кровавая пелена застилала моя глаза, я рвал тварь, в приступе бешенства…

– "Остановись". – Вдруг долетела до меня мысль "стапеха" через ментальный щит.

Я вдруг осознал, что почти не контролирую себя, превратился в ментального зверя и рву противника в клочья.

–"Ты хочешь убить его?" – "Стапех" смотрел на меня.

–Да. – Сказал я вслух.

–Он уже отчаялся остановить тебя. Он кричал, что бы ты пощадил его. Ты его не слушал, ты действительно хочешь его убить? – "Стапех" был удивлен до крайности.

– А что я должен еще с ним сделать? – Я рассматривал изодранную до костей тварь.

–Ты можешь требовать с него клятву "подчинения". Он станет твоим рабом. – Объяснил "стапех".

– Кто ты такой? – Спросил я "стапеха".

– Я дух этого зимовья. – "Стапех" смотрел мне в глаза.

– Дух? Почему-то я вижу перед собой "стапеха", а не духа.

– Я принял такое обличье.

– Понятно. К тебе у меня претензий нет. – Сказал я.

– Ты можешь его добить, можешь взять с него клятву. – Дух домового не желал мне зла.

Я пнул ногой ободранную до костей башку твари.

– Ты кто?

– Пощади, я дух-хозяин острова. – Вздохнула тварь.

– Сожрать меня хотел? Сволочь. – Меня опять начало охватывать бешенство.

– Пощади! Пощади! Не убивай! – Тварь поняла, что я готов ее порвать на клочки.

– Клянись с…ка быть моим рабом! – Я занес над ним "когти смерти".

– Клянусь быть рабом … – Тварь замялась, не зная как меня назвать.

– Дан, меня зовут Дан.

– Клянусь быть рабом Дану, человеку! Являться по любому зову, служить честно, не замышлять и не делать любого вреда для моего хозяина! Я Верст раб, Дан мой Хозяин! Клянусь своим именем Верста. Клянусь тьмой матерью всех.

Над головой Верта вдруг вспыхнула и погасла черная звезда, показывая что клятва принята.

– Тьма приняла его клятву. – Сказал "стапех" увидев вспышку. – Можешь отпустить его.

Я снял с Верста все ментальные петли, подошел к окну и выдернул меч, заклинивший тварь в окне.

– Ползи от сюда! – Отпустил я духа-острова.

Тварь исчезла в окне. Я вдруг вспомнил о Донь.

– Донь? С тобой все нормально? – Громко спросил я.

– Она спит, я над кроватью навесил "полог сна". Она не слышала ни чего. – "Стапех" улыбнулся.

– Ладно, сильно он тебя укусил? – Я увидел перекушенную заднюю лапу "стапеха".

– Нет, не особо, я могу сразу восстановиться.

– А почему не восстанавливаешься? – Я увидел на нем свои ментальные петли, которые сам же и затянул, когда "стапех был уже не боеспособен, не желая, что бы "стапех" исчез. – Я вроде не налаживал на тебя "петли". Извини. – Соврал я духу, при этом извинившись.

Я снял "петли" со "стапеха". Стапех истаял в воздухе.

– Как тебя зовут? – Спросил я мерцающее нечто.

Я его "видел". Дух растворился по всему зимовью. Его присутствия теперь ощущалось вполне определенно. "Запах жилища" так его можно было охарактеризовать. Почему-то я резче его "видел", когда принюхивался.

– Зим. – Скрипнули половицы.

– Сними с Донь "полог сна". Думаю, ты понимаешь, что ссорится со мной тебе не с руки? Я беру тебя на службу. – Уверенно сказал я дому.

– Хм… – Скрипнула дверь. – Тогда надо обсудить плату. – Пропел ветерок в трубе печи.

– Ну, ты артист. – Я совсем не рассчитывал на такой расклад. – Что ты хочешь?

– Твоей дружбы, чашку кашки каждый день, выходные… – Список платы грозил разрастись до небес.

– Стоп. – Остановил я перечень.

–Что? Я могу и не быть тебе слугой. – Обиделся Зим скрипом половиц.

– Плата проста. Я разрешаю тебе жить тут. Не устраивает, собирай вещи и шагай отсюда по холодку и радуйся, что жив остался. – Жестко произнес я.

– Нет, нет. – Испугался Зим.

– Ну? Что надумал?

– Я согласен, но кашки бы хотелось.

– Ты предлагаешь мне ее самому варить? Ты издеваешься?

– Ты мог бы обязать свою подружку.

Мне вдруг на память пришла идея.

– Я могу тебе предложить вариант. Но, скорее всего ты не согласишься. – Я улыбнулся.

– Какой вариант? – Подозрительно спросил Зим.

Я ментально представил земную кошку, которая терлась у ног женщины. Женщина подняла кошку на руки, погладила, налила в миску молока. Кошка лакает молоко. Все эти картинки я ментально показал Зиму.

– Но я ведь не кошка? – Буркнул Зим, но чувствовалось, что моя мысль ему понравилась.

– Зим, что тупишь? Воплотись в милого маленького котенка стапеха. Я скажу Донь, что нашел котенка на крыльце дома. Подрожишь, для приличия, мол, замерз, голоден. Женщины на это падки. Начнут жалеть, сюсюкать с тобой. Принесешь пару грызунов, покажешь, что несешь охрану "хозяйского добра". – Перечислил я уловки земных хитрецов, именуемых кошками. – В общем, думаю, сам решишь с ней, покажешь, что любишь кашу. Сразу говорю, ни какого ментального воздействия и принудиловки. Замечу такое – вылетишь со службы с "волчьим билетом".

– Я согласен. – Зим воплотился в котенка стапеха в моих руках.

– Я снял полог. Можно будить Донь. – Провозгласило довольное животное.

– Ты с ума сошел. – Я осмотрел комнату. Все было забрызгано кровью, валялись куски мяса твари. Сломанная мебель. – Как ты думаешь, Зим, что подумает девушка, когда проснется и увидит такой бардак?

– Минутку. – Стапех обвел глазами комнату и начал колдовать.

– Я пойду, помоюсь, все равно уже не засну. – Я сбросил котенка на лавку и вышел на улицу.

На улице было светло. Все три луны спокойно плыли по ночному небу. Я сполоснул лицо из кадки. Чувствовал себя прекрасно. Победа над "хозяином острова" Верстом бодрила. Я сел на бревно. Вдруг в руках возник котенок стапеха.

– "Дома чисто. Девушка проснулась, не нашла тебя и хочет выйти на улицу". – Доложил Зим ментально.

Вот гад, сам, поди, разбудил. У зимовья открылась дверь, высунулась голова Донь.