Наталья Авербух - Шок тьмы

— Записка, — тупо прокомментировал демон. — Где я видел этот почерк? Рвоа! — позвал он.

Когда экономка явилась, он попросил:

— Рвоа, принеси, пожалуйста, книгу, в которой расписываются служанки.

Когда книга была принесена, он пролистал её, открыл нужную страницу и положил рядом записку.

— Вот! Смотри! Это её почерк. А теперь рассказывай всё.

Дрип закончил рассказывать.

— Да… У нашей пленницы открылся демонический дар, — медленно проговорил Лдокл. — Этим наверняка заинтересуется Совет… Они почему-то очень не любят конкурентов. Плохо дело.

— Зря ты всё это затеял.

— Может, и зря, — согласился демон. — Ты лучше скажи, докладывать мне Совету или ну их?

— Ты хочешь выдать её Совету? — возмутился Дрип.

— Если я этого не сделаю, они найдут её сами, — возразил Лдокл. — Тогда вопрос будет решаться без меня… и ей придётся пожалеть о каморке в моём замке, из которой она сбежала…

— И ты так спокойно об этом говоришь!

— Говорю, как умею, — Лдокл по-прежнему оставался спокойным, но на лице у него отражалась тревога. — Решено! Завтра докладываю Совету.

Глава 25

Я шла весь день и к вечеру окончательно перестала что-нибудь понимать. То есть не что-нибудь, а где я нахожусь. Дело в том, что я не особенно изучала карту местности, полагаясь на дилижанс. Сяду в нужный, он и довезёт. Как оказалось, зря я была так беспечна.

Собака резвилась вокруг меня, то отбегая, то возвращаясь. Хорошая собака, красивая. Я уже начала забывать странную картину: псина, пожирающая сухую палку. Показалось, наверное, чего не привидится на солнце?

Рассуждать о том, где я нахожусь, можно до бесконечности. Когда я уходила из «Каприза» — наверное, название намекает на капризы и превратности судьбы, не иначе — мной двигала только одна мысль: убраться как можно дальше. Пусть выследят, пусть поймают, но я не буду сидеть и ждать расплаты. Время шло, никто за мной не гнался. Я даже как-то обиделась на Лдокла. Я, понимаете ли, иду, все ноги сбила, а этот… демон даже не думает прекратить мои физические страдания!

— А, знаешь, малышка, — рассеянно сказала я подбежавшей собаке. — Похоже, мы оторвались от погони. Вот только куда мы оторвались, скажи на милость?

Псина со счастливым видом тявкнула. Ей-то хорошо, ей-то всё равно. Её не преследуют демоны и ей наверняка не нужна крыша над головой, чтобы выспаться. Кстати, насчёт крыши…

— Давай-ка здесь остановимся, предложила я, скидывая свой багаж, предусмотрительно утащенный со станции.

Собака заинтересованно ткнулась носом.

— Нет, тут нет ничего съедобного, — засмеялась я. Огляделась.

Мы стояли посреди огромного луга. Может, конечно, не посреди, а ближе к краю, но это было не видно. На горизонте виднелась деревенька. Прямо за ней садилось солнце. Значит, добраться дотуда я не успею. Да и…

— Не умею я, малышка, ночлега просить, — доверительно сообщила я собаке. — И потом, может, именно там нас с тобой и поджидают, как ты думаешь? Так что будем ночевать здесь… я даже, кажется, читала, как это делается.

Недолгие раздумья привели меня к выводу, что теория — это одно, а вот практика — это совсем другое. Например, во всех книжках для лежанки рекомендовалось использовать лапник или ещё какой-то хворост… и где я это возьму? Туристы, вроде, ходят со спальным мешком… знать бы ещё, что это такое.

Подумав, порывшись в сумке, я вытянула оттуда тёплый плащ и расстелила на земле. Потом мысленно вознесла хвалу любимым книгам. Где-то когда-то я вычитала, что кто-то кому-то рекомендовал (рекомендовала — точно помню, что это была женщина) всегда ездить с маленькой подушечкой, что позволит засыпать при самых неожиданных обстоятельствах. Вдохновившись, я перед поездкой обзавелась такой подушкой и таскала в отдельном мешке. Правда, в самых неожиданных местах почему-то возможности подумать о этом предмете не возникало. Ни когда я уснула на руках у демона, ни когда я засыпала в его доме…

Зато теперь пригодилась!

Ещё подумав, я достала накидку. Летом тепло, но надо же чем-то укрыться.

Так, на чём спать, решили. А что есть?

Впрочем, я ещё с утра сделала парочку бутербродов, рассчитывая съесть их в дилижансе. Днём пообедала в деревне, в станционном буфете. Так что и бутерброды пригодились. Живём, кажется!

Третьим пунктом моих раздумий значился костёр. Я, наверное, что-то путаю, но, вроде бы в книжках путешественники не засыпали, не разведя костра… волков отгоняли, кажется…

Я неуверенно покрутила головой. Где здесь волкам взяться? И леса-то нет. В книжках всё больше зима была… Может, ну его, этот костёр?

Потом я вспомнила слова демона о шоке тьмы и с беспокойством взглянула на горизонт. Солнце почти зашло. Как он говорил — приступ повторится ночью, когда я окажусь в темноте. А помешать этому может только живой огонь. Значит, придётся разводить костёр. Знать бы ещё, как это делается…

Встав, я прошлась по лугу, наклоняясь к земле и пристально всматриваясь. Когда я вернулась с трофейными пятью палками, солнца уже не было видно и нипочём бы не нашла место «лагеря», если бы не собака, которая к моему удивлению не пошла со мной, а осталась на месте, периодически взлаивая.

Смутно вспоминая что-то о безопасности при обращении с огнём, я постаралась очистить пятачок земли от травы… в какое состояние после этого пришли мои руки, думать не хотелось. К счастью, я заблаговременно достала салфетки и могла кое-как руки вытереть.

Так, теперь сложить костёр… и как?!

На этом месте псина выдержала. Толкнув меня плечом, она прошла на расчищенный мной пятачок земли и аккуратно сложила перед собой палки. Полюбовалась и ухватила одну зубами.

Я не поверила своим глазам. На том месте, где только что стояла собака, горел огонь. Ясный, чистый, яркий.

Пламя шевельнулось и присело… будто собака улеглась. В шуме огня слышалась собачье ворчание. Я не нашла ничего лучше, чем сунуться потрогать это чудо руками.

С недовольным рычанием пламя снова стало собакой, которая щёлкнула зубами и снова исчезла.

— Ну дела… — пробормотала я. — Живой огонь, значит? Куда уж живее…

Я перетащила «лежанку» ближе к огню, легла и, пригревшись, уснула…

… Чёрные глаза просили и умоляли; они что-то спрашивали, но стоило мне открыть рот, как слышалось резкое взлаивание, и глаза пропадали. А потом глаза возникали снова… Не сказать, чтобы я очень хорошо выспалась…

— Ничего не понимаю, — говорил осунувшийся демон. — Я медитировал всю ночь, но найти её не смог. Она где-то есть, а рядом с ней что-то странное.