Грэм Хэнкок - Узел времён

Гринспун побагровел.

— Я не буду без конца спрашивать, мисс Уоттс. Говорите, кому вы звонили, или следующие двадцать четыре часа вы проведете в смирительной рубашке.

Леони никогда не отличалась долготерпением и сейчас потеряла его окончательно. Вопиющая несправедливость ситуации, в которой она оказалась, отталкивающий вид Гринспуна, этот человек уже стоял ей поперек горла, череда унижений, которыми была наполнена вся ее предыдущая жизнь, — все это заставило ее взорваться. Не раздумывая, она вскочила с койки, босиком подбежала к Гринспуну, изо всех сил толкнула его в грудь обеими руками и выбежала в коридор.

Длинный пустой больничный коридор, покрашенный белым и залитый светом люминесцентных ламп. Окон нет, естественного освещения нет, лишь двери и двери, Уходящие вдаль. Хоть через какую-то из них можно сбежать отсюда? Или все они ведут в другие палаты?

Леони на долю секунды задумалась, а потом метнулась вправо, направившись туда, где, как ей казалось, она увидела знак пожарного выхода. Он светился красным метрах в шестидесяти от нее, в конце коридора. Услышала, как позади бежит Гринспун и что-то кричит. Потом завыла сирена.

Спереди слева распахнулась дверь, и оттуда выбежали мужчина и женщина в зеленых больничных костюмах. Мужчина невысокий, с лицом азиата. Леони врезалась в него, когда он попытался преградить ей дорогу, и сбила с ног. Женщина попыталась поставить ей подножку, но неловко, промахнулась и упала поверх мужчины. Оглянувшись на бегу, Леони увидела, как Гринспун споткнулся о них и тоже грохнулся на пол. Если бы не вся серьезность ситуации, то это было бы очень смешно.

— Пациент сбежал! — кричал Гринспун. — Остановите ее! Остановите ее!

Леони уже пробежала полдороги до пожарного выхода, но там вдруг стало очень много людей. Они выбегали из боковых дверей и хватали ее за руки. Она пыталась увернуться от них, но ее охватила паника.

Не получится. Без шансов.

Еще одна опасность. Молодой парень в белом халате, в очках с тонкой оправой и решительным взглядом. Он захватил ее в борцовский зажим, но Леони удалось укусить его за ухо, которое хрустнуло, как лист сырой капусты.

А-а-а!

Парень заорал от боли и отпустил ее.

Выплюнув кровь, Леони побежала дальше, перепрыгнула через поставленную ей подножку и ринулась дальше, виляя то вправо, то влево. Дыхание уже стало судорожным и прерывистым, сердце колотилось как бешеное, но осталось всего метров шесть…

Может, у меня и получится.

…и тут она поняла, что у нее действительно ничего не выйдет.

Она действительно прибежала к пожарному выходу, но на ее пути стояли Дейдра, Мелисса и еще трое дюжих медсестер. Задыхаясь, Леони остановилась и поглядела на них.

— Не стоит с нами драться, девочка, — угрожающе предупредила Дейдра.

Леони понимала, что та права, но сейчас была не в состоянии прислушиваться к доводам рассудка. Когда они схватили ее и попытались повалить на пол, она начала отбиваться, кусаясь, царапаясь, брыкаясь и выдирая у медсестер целые пряди волос. И тут кто-то сильно врезал ей по голове, так, что у нее перед глазами звездочки пошли. Леони почувствовала, что кто-то двинул ей локтем по почкам. Им наконец удалось повалить ее на пол лицом вниз, и одна из медсестер заломила ей руки за спину. Ноги тоже прижали к полу — такое впечатление, что целой тонной сала. Краем глаза Леони увидела, как Мелисса наполняет большой шприц.

— Что это?! — вскричала Леони, готовая разрыдаться.

Наклонившись, Мелисса воткнула ей иглу в бедро и вдавила поршень.

— Четыреста миллиграмм кетамина, внутримышечно, вот что, детка! Все, что под рукой оказалось. Это, я тебе скажу, реально тебя успокоит.

Вскоре после того, как Мелисса ввела лекарство, еще до того, как оно полностью подействовало, в коридоре собралась толпа народу. Леони слышала голос Гринспуна, жалобный, и грубый, уверенный голос Сэнсома.

— Меня это не волнует, — сказал Сэнсом.

— Но она могла с кем-то поговорить.

— Даже если так, и что? Что они могут сделать? Девочка здесь на законном основании. Ее поместили сюда ее родители. Нас никто не тронет.

Леони была едва в сознании и уже не чувствовала рук и ног. Медсестры взвалили ее на каталку и покатили обратно в палату. Там привязали к койке. Выходя, выключили свет и закрыли дверь на три замка.

Девушка осталась в полнейшей темноте и безмолвии.

Глава 20

Гном снова поманил ее, но Рия замешкалась. Ей не очень-то понравился внешний вид этого маленького создания. На нем были цветастые штаны по колено, одна штанина красная, другая — желтая, зеленый жилет, а ростом он был с ребенка, хотя лицо его было морщинистым и неприятным. В правой руке у него была длинная гибкая палочка из какого-то светящегося материала.

Он еще раз поманил ее, с явным нетерпением.

— Давай быстрее, — раздался в голове Рии мыслеголос гнома. — Я пришел, чтобы проводить тебя.

Он слегка коснулся палочкой ее плеча. Рия сразу же успокоилась и почувствовала, как какая-то незримая сила медленно, но настойчиво тянет ее в проход в стене. Но этого просто быть не могло, поскольку, хотя ощущения и были очень сильными, Рия видела, что ее тело, сидящее на козьих шкурах, никуда не двигается.

И тут она поняла, что еще никогда в жизни не видела себя целиком. Даже свои глаза! Это было совсем не то, что смотреть на отражение в воде. Она словно отделилась от тела и видела себя со стороны.

Рия слышала о таком, когда у костра рассказывали легенды о Рисовальщиках. Как и всем остальным в Клане, ей рассказывали, что их загадочные предки нашли способ выходить из тела, путешествовать в мире духов и возвращаться оттуда живыми. А также поведали, что теперь этот путь давным-давно забыт и закрыт для людей. А теперь, волею обстоятельств, Рия прикоснулась к тайне, которая была неизвестна даже самым уважаемым старейшинам Клана. Путь в мир духов вовсе не закрыт. Вход в него можно отыскать в любое время, просто поесть запретных грибов, названных Бриндлом «Маленькими Учителями».

Гном последний раз поманил ее, а затем развернулся и исчез за стеной пещеры.

— Поторапливайся! — раздался в голове Рии его мыслеголос. Ее потянуло еще дальше от ее тела, в зигзагообразный пролом. Она не могла сопротивляться, как дым не может противиться порывам сильного ветра.

Впереди была тьма. Но Рия двигалась вперед. Где же этот гном? Разлом в стене пещеры за ее спиной с грохотом закрылся, окончательно отгородив ее от ее тела.

Вокруг была кромешная тьма. Рию куда-то несло, и она не видела вокруг ни одного ориентира.