Денис Мухин - Время Перемен

  Ушастые сражались с людьми. При первом взгляде, не отличимых от тех, что проживают в Лирвене, но наклонившись и присмотревшись внимательней, обнаружил, что кожа у них немного другого цвета - землистая и более грубая. Если вспомнить описания проживающих неподалеку разумных существ, то я бы поставил на то, что это болотники. В любом случае, болотников на полянке оказалось раз в десять больше, чем темных эльфов. Истыканных стрелами, копьями, перерубленных пополам, с отсеченными конечностями и головами, вспоротыми животами... Не очень приятное зрелище, в отличие от ушастых, имеющих в основном колющие раны от коротких копий, поголовно имевшихся у каждого человека.

  Что-то я слишком часто оказываюсь свидетелем вот таких вот побоищ. Сначала караван, потом расправа с бандитами, а теперь и вот это. Интересно, как эльфы умудрились покрошить такое количество нападавших? Даже с учетом халов, преимущество составляет пять к одному. Хотя... я пригляделся к снаряжению болотников - простые копья, дряного качества короткие клинки без всякой магии, дротики, легкие кожаные доспехи и отсутствие шлемов. Против кольчужных доспехов и отличного вооружения лесных жителей, включая луки, это смотрится бледно. Интересно, почему эльфы не избрали тактику наскока, обстрела и отступления? Прямое столкновение совсем не в стиле патрулей. Внимательно оглядевшись, я понял, что поторопился с определением протекания схватки - с моей стороны куча тел, принадлежавших болотникам, в основном истыканы стрелами и лишь которые пострадали от мечей и копий, в то время, как в противоположной стороне пара всадников буквально утыкана дождем прилетевших дротиков вместе с еще одним животным. Наверное, ответный обстрел не позволил им отступить, если встреча получилась неожиданной и пришлось переходить в рукопашную.

  От выстраивания произошедших событий меня оторвал более громкий стон боли. Так, надо бы проверить кто там выжил. Преступая через тела и стараясь не слишком сильно вляпаться я возобновил свое продвижение, когда мой взгляд зацепился за искаженное болью лицо, невидяще уставившееся в ночное небо. Эльфийка... Причем очень красивая. Нет, ну вот что они тащат своих женщин в битву, а? Нет, понятно, конечно - сами лезут и стараются доказать всем, что не хуже своих сильных половин умеют воевать. Викаэлки тому прямое доказательство, хоть они почти и не доказывают ничего, вырастая в полном убеждении своего превосходства на поле битвы. Но вот когда так находишь тела погибших, особенно таких красивых, все равно жалко. Могла ведь жить и радовать глаза... ну, не только глаза, а и все остальное... мои к примеру.

  Покачав головой, я зашагал дальше и через несколько мгновений оказался около скорчившейся на земле фигуры в плаще, с длинными темными волосами, рассыпавшимися вокруг. Эльфийка! Живая! Да! Присев, я осторожно ухватил ее за плечо и перевернул на спину, стараясь не потревожить раненый бок, где ткань вся пропиталась кровью. Впрочем, радость моя оказалась преждевременной - взглянув на лицо и ниже, я скривился - мужик! Ну вот что за народ! С первого взгляда и не понять кто у них баба, а кто мужик! И у тех и у других длинные волосы, стройное телосложение, утонченные черты лица и изящные руки. Если надеть плащ, так и не отличить. Правда, эльфийки не отличаются пышным бюстом... да не, не может быть, хоть маленькая, но должна быть. Здесь настолько плоско, что накаких сомнений в вынесенном вердикте нет! Ну вот, не доведется заполучить ушастую, а ведь у некроманта была розовая мечта, отчасти передавшаяся и мне - затащить в постель настоящую эльфийку. После накопления опыта в постельных делах это стало особенно интересно.

  Пока я переживал крушение напрасных надежд, раненый сообразил, что кто-то его нашел и несмотря на полную темноту и невозможность четко различить меня, сразу попытался что-то сказать. Сначала у него вышел просто хрип, но когда я дал ему попить, получилось различить слова.

  - С... сес... сест...

  - Сест? Сест что? - не понял я.

  - П... роверь... се... сестру! - просипел раненый и принялся кашлять кровью, умудряясь при этом тыкать куда-то за себя.

  Мда, пробитое легкое это вам не сахар... Подожди! Он сказал сестра? Где? Сплетя простенькое лечебное плетение, призванное остановить кровь, чтобы болезный не помер раньше времени, я вскочил на ноги и быстро, но осторожно зашагал в указанную сторону. Там и вправду лежала эльфийка. Дохлая. Дротик в сердце, плечо и почку выживанию не способствуют. Увы, ушастая не викаэлка с двумя сердцами. Уже собираясь развернуться и уйти, я остановился, отвлеченный чем-то. Недоуменно наклонив голову, еще раз взглянул на тело. Да не, мертвая. Плюнув с огорчения - нет, ну надо ж какое издевательство - я бросил последний взгляд и...

  Дротики сдвинулись! Почти незаметно, но сдвинулись! Но почему жизнь-то не чувствуется? А, с этим потом! Не теряя времени, я кинулся к телу и прикоснулся к коже. Теплая! Побоище случилось часов шесть назад, так что труп должен был остыть! Но как же дротик в сердце, не говоря уж про остальное? Сплетя обследующее заклинание, применяемое при определении состояния раненых, я покачал головой, когда магия сделала свое дело, предоставив мне знание о состоянии ушастой - дротик на волос промахнулся мимо сердца и на столько же от одной из главных артерий. Точнее, у нормального эльфа дротик попал бы в цель, вот только у данной эльфийки сердце расположилось буквально на половину толщины пальца ниже, чем обычно бывает. Повезло. Но если не помочь, то точно помрет. Пока жизнь в ней поддерживает довольно мощный амулет, который, кстати, и прикрывал ее от моего ощущения. Мастерская работа.

  Встряхнувшись и приказав подоспевшему Рыцарю охранять, я принялся за дело, иначе единственная живая ушастая скоро превратится просто в кучу мяса и костей. Вытащить дротики, еще больше не повредив ткани и ни в коем разе не задев сердце, оказалось сложно, но куда сложнее оказалось избавиться от кусочков древесины, что остались от оружия и при этом необходимо было следить, чтобы остатки крови оставались там, где им и положено, а не на земле. Учитывая и так большую кровопотерю, это может стать смертельным. Более простые заклинания, заставляющие организм сам восстанавливать полученные повреждения, здесь не подойдут, потому для исцеления раненой я выкопал из кристалла плетение, напрямую регенерирующее ткани тела. Пусть оно сожрет четыре пятых моего резерва, на зато результат будет однозначным. Отбросив сомнения, я принялся за дело.

  И через пол часа с гордостью наблюдал за результатом - у меня получилось с первого раза и раны эльфийки начали затягиваться прямо на глазах, дыхание стало более частое и глубокое, а пульс участился. Учитывая природную живучесть темных, за ее выживание можно не волноваться. Еще раз обследовав раненую и убедившись, что ей действительно ничего не грозит в ближайшие несколько часов, я устроил ее поудобнее, чтобы вдруг раны не открылись от неожиданного движения и решил заняться эльфом, как-то подозрительно затихшим, пока я занимался его сестрой. Пробравшись мимо трупов (сколько же их здесь, тридцать, пятьдесят, семь десятков! И это против семи эльфов! Я поражен!), что источали ужасный смрад, практически невыносимый для носа даже в облике троша, я оказался около патрульного. После его осмотра, стало понятно, что он всего лишь банально потерял сознание. Ну, учитывая, что до сих пор не помер, то с моей небольшой помощью скоро будет как новенький! В конце концов, проткнутый бок означает для темного эльфа не одно и тоже, что для человека, который уж точно за прошедшие семь часов успел бы раза два истечь кровью, если не больше. Осторожно задрав кольчугу и тунику раненого, я осмотрел место, куда вошло копье и покачал головой - здесь лучше сперва обработать зельями, поскольку ушастый катался по земле и вполне могла попасть грязь. Покопавшись в торбе, я извлек на свет заветный набор, врученный мне, казалось бы, так давно, в начале моего появления в этой сфере, и начал обрабатывать поврежденную плоть. За одним и пару капель укрепляющего зелья в рот болезному. После чего пришло время "малого исцеления". Результат моих усилий проявился почти сразу - эльф очнулся. И сразу же стал предпринимать попытки сесть. Пришлось его удерживать в лежачем положении, чтобы не добавлять себе работы, благо это оказалось не сложно - он был не сильнее новорожденного котенка.