НИКА ЕМИЛИНА - Демон

Осознав, какая участь мне суждена, я даже перестала трепыхаться в руках молодого колдуна, обмякнув, растеряв весь свой запал так же быстро, как и приобрела.

– Страшно? – осклабилась ведьма, откидывая назад длинные патлы, растрёпанные после нашей небольшой драки. – Ну так иди и взгляни своему страху в лицо… Ой, а я так надеялась, что уж это-то лицо я никогда не увижу.

Взглянув на ситуацию со стороны, не замутнённым яростью взглядом, я испугалась того, что произошло. Перед глазами вновь и вновь вставала картина, будто я наблюдаю за действом со стороны: моя фигура, в которую летит яркий огонёк, отскакивающий от невидимого контура, а вслед за ним – голубой шар. Невидимый контур дрогнул, качнувшись волной, которая проявила прозрачную красную стену. Красную, как на миг блеснувшие мои глаза.

Из транса меня вывело одно обстоятельство: меня, наконец-таки, уронили и ощутимо подтолкнули в спину.

– Прости, – послышалось за спиной, но, когда я обернулась, там уже никого не было, лишь активированные эльфийские клинки лежали у моих ног, поблёскивая сталью в неярких лучах полуденного солнца.

Удивлённо вскинув брови на такое проявление щедрости, я подняла клинки и осмотрелась.

Я стояла на безлюдной просторной поляне, которая была отделена от ведьминского замка строем вековых дубов. Поляна была покрыта высокой колосящейся травой, сквозь которую пробивались полевые цветы, дарящие свои чарующие запахи. И была в этой поляне какая-то странность, отчуждённость, будто её никто и никогда не посещал, кроме…

Ну и? Как прикажете это понимать? Меня собрались милостиво отпустить, попросив напоследок прощения?

Но моим надеждам, как повелось, не суждено было сбыться. Как только я сделала шаг в сторону, намериваясь по-тихому свалить, как воздух вокруг меня сгустился, будто только этого и ждал, а передо мной обрисовалась нечёткая серебристая фигура.

Я крепче сжала в руке рукоять клинков, отступая назад и испуганно глядя в глаза неведомому существу. На меня в ответ смотрели чёрные провалы. Две бездны бередили душу. И я ничего не видела, кроме этой пропасти глаз, которая притягивала к себе, подталкивая к сладостному и вечному падению.

И вдруг меня словно что-то оттолкнуло в сторону. Я упала на колени, сжимая во вспотевших руках эльфийское оружие. Отступившая ненависть и зло вновь всколыхнулось в душе, подвигая на то, чтобы шагнуть вперёд и перерубить шею этому созданию, которое заставляло дрожать сотни таких же невольных пленников, как я. Но одновременно с этим что-то останавливало.

– Боишься, – раздался у меня в голове голос.

Я удивлённо огляделась по сторонам и сфокусировала взгляд на хранителе границ, представляя, как медленно входит в его неплотный дух лезвие, впитывающее в себя душу. Боюсь?

Я расхохоталась прямо в лицо древности, стоящей надо мной, и встала с колен, откидывая оружие в сторону.

– Боюсь? – я ещё раз хмыкнула, насмешливо скрестив руки на груди. – Ну-ну, хранитель. Что ты мне сделаешь? Убьёшь? Ведь так ты поступаешь со всеми невинными душами, забрёдшими на территорию империи? Давай! – махнула я рукой в разрешающем жесте. – Давай, убивай. Я не боюсь смерти. Смерть не то, чего надо бояться в жизни. И с непонятным торжеством взглянула на затрепетавшую от зла фигуру.

– И тебя не боюсь, – добавила я уже спокойным голосом. – Ты – смерть.

– А ты – жизнь?

Я взвизгнула, сжав голову руками – настолько громко прогремел в моей голове голос.

– Ты такая же смерть, как и я. Только я – правда, а ты ложь, в которой смешалось всё зло, которым вампиры, демоны и тёмные эльфы кормят мир с самого своего рождения.

– А ведьмы? Они лучше?!

– А я ведьма? Я существо Мёртвого мира.

Я отшатнулась. Мёртвый мир – место, куда попадают все, откуда никто не возвращается по собственной воле.

– Ну так убей, – вновь повторила я, вновь осмелев. – Если посмел признать своё ничтожество – тебе ничего не будет это стоить.

Хранитель вздрогнул, словно от удара, а потом замахнулся, выпуская вперёд обжигающее пламя.

Я зажмурилась, ожидая удара, но его не последовало. Лишь потрескивал огонь, и пахло палёной травой.

Я открыла глаза, уставившись на сожжённую траву поляны. Лишь один небольшой кружок зелёной травы остался на метр вокруг меня, будто очерченный рукой доброжелателя, возведшего охранный купол вокруг меня.

– Однако, – неслышно проговорили у меня за спиной. Я рывком обернулась, подхватывая с земли клинки.

Скрестив руки на груди, напротив меня стоял колдун, насмешливо улыбаясь.

– Теперь ты обречена, эльфийка.

Я мысленно удивилась, сжав руку, на которой, будто в подтверждение мыслей, полыхнуло болью клеймо. Он что, так и не догадался, кто перед ним?

– Ты убила одного из хранителей границ.

– Да ну? Я даже пальцем его не тронула!

– И, тем не менее, – пожал плечами маг. – Хранитель охраняет границы империи и защищает от нападения. Все, кто попадал в руки хранителя, первыми бросался на него. Из страха ли, или так… И всё же, ты первая, на кого напал сам хранитель. Может, всё и обошлось бы, но ты окружена магией вампиров. Это спасло тебя, отразив удар хранителя. Но для хранителя твоя защита оказалась смертельной.

– И чем мне это грозит? – пожала плечами я. – Сам виноват.

Сказав эти слова, я всерьёз задумалась над их значением. А ведь мне действительно всё равно – не страшно, не жалко. Просто всё равно. И то, что со мной будет…

– Ты убила хранителя, – прошипел мне на ухо ещё один голос, и я увидела перед собой верховную ведьму. – И теперь твоя судьба предрешена. Но! Я никогда никого не принуждаю. У тебя есть выбор: отдать душу и стать хранителем или умереть.

Я аж поперхнулась от таких заявлений, уставившись безумным взглядом на ведьму, а потом переводя взгляд на колдуна. Сказанные слова отрезвляюще подействовали на меня, выводя из кровожадного и, одновременно с тем, безразличного оцепенения.

– Итак, твой ответ?

– А подумать-то можно? – возмутилась я.

– Можно. У тебя есть время до рассвета. Варс, отведи нашу гостью в её… э-э-э… покои, – хихикнула ведьма и, с негромким хлопком, испарилась.

Я вновь посмотрела на колдуна, тут же выпрямившегося, предлагая мне свою руку, которую я демонстративно проигнорировала, пройдя мимо, высоко задрав нос.

Оставив позади дубы, искорёженные временем, мы тут же очутились на крепостном мосту, ведущим прямо в замок. Мы минули его, оказавшись в зале, где прошло моё столь памятное пробуждение, в след за которым прошла не менее памятная битва, и стали спускаться вниз.

– Покои с каменными стенами? – презрительно переспросила я, прекрасно понимая, что сейчас меня ведут в темницу.