Робин Хобб - Корабль судьбы (Том II)

Ознакомительный фрагмент

Кеннит со значением сжал руку Этты, и она тотчас уловила намек.

– Не ной, Уинтроу, – попрекнула она. – Чего ради тебе здесь торчать? Чтобы Молния тебя всласть помучила? Она же играет с тобой, точно кошка с глупым мышонком, а у тебя ума не хватает просто взять и уйти. Вот Кеннит за тебя это и делает. Пошли! У тебя талант красно говорить: сумеешь небось передать Соркору приказание нашего капитана, да так, чтобы он не обиделся!

Кеннит слушал ее прямо-таки с восхищением. Вот уж у кого был талант, так это у нее. Уинтроу лишь попытался ему возразить, а она тотчас выставила его дурачком и притом законченным себялюбцем. Наверное, это был особый дар, присущий только женщинам. Так с самим Кеннитом в детстве часто разговаривала мать. Тоже умела внушить ему, насколько он всегда был во всем виноват. Капитан решительно отмел ненужное воспоминание. С Совершенным скоро будет покончено. И чем скорее, тем лучше. А то что-то слишком дружно стали его одолевать воспоминания, которые он уже много лет считал надежно погребенными в прошлом.

Уинтроу продолжал неуверенно поглядывать то на него, то на Этту.

– Но я надеялся быть здесь, когда Кеннит встретится с…

– А для них это выглядело бы так, как будто мы держим тебя в заложниках. Я же хочу, чтобы они сразу поняли: ты с нами по доброй воле. Хотя, впрочем… – Кеннит помедлил и странно посмотрел на Уинтроу. – Быть может, ты хотел бы покинуть корабль? Если ты желаешь уехать с ними, только скажи. Пусть отвезут тебя обратно в Удачный или вовсе назад в твой монастырь.

– Нет! – ответил Уинтроу до того быстро, что даже Этта удивилась. – Мое место здесь. Теперь я окончательно это понял. И никуда я не хочу уезжать. Кэп, я хочу быть с тобой, хочу вместе с тобой увидеть, как Пиратские острова признают настоящим законным королевством. Я… я чувствую, что Са предначертал мне быть именно здесь. – Он помолчал, глядя себе под ноги, на палубу. Потом снова поглядел Кенниту в глаза: – Я поеду к Соркору, кэп. Мне отправляться прямо сейчас?

– Да, пожалуй, – сказал Кеннит. – Пусть ляжет в дрейф прямо там, где сейчас находится. И пусть ничто, что он может здесь увидеть, его не смутит. Я справлюсь.

Этта и Уинтроу поспешили прочь, а Кеннит встал к поручням, туда, где только что стоял юноша.

– И что тебе так нравится его изводить? – с усмешкой поинтересовался он, обращаясь к кораблю.

– А что он все время ко мне пристает с этой своей Проказницей? – пробурчало носовое изваяние. – Талдычит и талдычит, просто сил никаких нет. Хоть бы кто мне объяснил, ну что в ней такого было особенного? Такого расчудесного? Почему он не может просто взять и принять меня вместо нее?

«Да никак мы ревнуем?..» Будь у Кеннита хоть сколько-то времени, он, пожалуй, отдал бы дань любопытству. Но теперь следовало сосредоточиться на более важных вещах.

– Мальчишки вечно пытаются сохранить неизменным то, к чему привязаны, – отмел он все ее вопросы. – Повремени, и с ним все образуется. – И сам спросил о таком, о чем прежде попросту не решался: – Скажи, а могут змеи совсем потопить судно? Я имею в виду, не просто пробоин наделать, чтобы ход потеряло, а отправить прямо на дно? – Перевел дух и докончил: – Желательно в виде мелких щепочек.

– Не знаю, – отозвалась она. Искоса глянула на него через плечо и осведомилась: – А ты хочешь, чтобы мы попытались?

Несколько мгновений Кеннит тщетно пытался обрести голос, потом все-таки выговорил:

– Да. – И неуклюже добавил: – Ну… если не будет другого выхода.

Ее голос сделался гортанным и низким.

– Подумай хорошенько, о чем просишь, – проговорила она. – Совершенный – живой корабль, такой же, как и я сама. – Она смотрела вдаль, туда, откуда он приближался. – В его деревянных костях спит дракон, родня мне по крови. И ты просишь, чтобы ради тебя я расправилась с родичем? По-твоему, я на это пойду?

У Кеннита чуть палуба не ушла из-под ног. Его планы грозили начисто рухнуть, причем самым неожиданным образом. А Совершенный тем временем уже сбрасывал паруса и становился на якорь, держась на расстоянии чуть-чуть больше полета стрелы. Все же там командовали далеко не глупцы. У Кеннита оставался единственный выход – склонить Молнию на свою сторону. Причем быстро.

– Для меня ты – первейшая и главнейшая на всем свете, – сказал он. И пообещал, причем от чистого сердца: – Если бы ты потребовала подобной жертвы от меня, я согласился бы не задумываясь.

– Правда? – бессердечно поинтересовалась она. – И даже Этту?

– Без малейших сомнений, – ответил он, начисто запретив себе думать.

– Или Уинтроу?

Теперь ее голос стал мягким и вкрадчивым, как будто она кое-что знала.

Кенниту показалось, будто ему в сердце воткнули нож да еще повернули. Сколь многое она на самом деле сумела прочесть в его душе? О чем догадывалась? Он глубоко вздохнул и ответил:

– Если бы ты потребовала. – «А что, если она действительно… Если возьмет да потребует, чтобы я с ней таким образом расплатился за смерть Совершенного?» Кеннит отбросил эту мысль и сказал: – Поэтому я и надеюсь, что ты дорожишь мной так же сильно, как я тобой. – Он судорожно задумался, что бы такое еще ей сказать, как подольститься, но в голову ничего путного не приходило, и он спросил напрямик: – Так ты сделаешь это?

– Я просто подумала, – отозвалась она, – что пора тебе узнать, что почем. Я говорю о желании, о котором однажды обещала тебе рассказать.

Маленькую шлюпку с Уинтроу уже поднимали на «Мариетту», и корабль Соркора отваливал прочь. Скоро они отойдут на подобающее расстояние и встанут на якорь. Кеннит следил за действиями команды Соркора – и ждал.

– Когда мы все здесь сделаем, – сказала ему Молния, – ты соберешь все свои корабли. Все, которые ходят под флагом Ворона. Ты встанешь во главе их, и вы нас проводите. Мои змей должны совершить путешествие на север, к реке, которую они едва могут вспомнить, но я-то очень хорошо ее знаю. Я много раз входила в нее и поднималась по ней, еще будучи Проказницей. И пока мы будем двигаться туда, мы будем собирать к себе всех морских змей, которых встретим, а ты защитишь их от людей. Когда мы достигнем реки, я поведу змей в верховья, а другие корабли будут охранять нас сзади. Дело в том, что обычному деревянному кораблю не под силу сопровождать нас в тех водах. Так что, Кеннит Ладлак, придется тебе посвятить мне остаток зимы, всю весну и вообще все время примерно до середины лета, когда солнце войдет в полную силу. Мы поможем змеям исполнить то, что они должны сделать, и станем охранять их, пока они будут беспомощны. Вот цена, которую я намерена потребовать от тебя. Ну что? Согласен платить?

Она назвала его по имени.

И тем повязала его.