Сделаю, что смогу 2 - Александр Беркут

- Здравствуйте, - ответил я, - а Настя уже ушла?

- Да, у нас смена в девять часов. Меня Даша зовут, а вас, - она взглянула на экран, -Александр, вы из четвёртого номера?

- Всё верно. Вот, ходил встречать рассвет, да и задержался до самого обеда.

- У нас со многими такое случается, - улыбнулась девушка. – Места волшебные, тут ощущение времени теряется.

- Как точно вы это подметили. У меня, как раз полнейшая потеря во времени и пространстве, - заулыбался я в ответ, - пойду пообедаю и прилягу отдохнуть.

- Приятного аппетита и хорошего отдыха.

- Спасибо.

Поднявшись в номер, я переоделся, принял душ, и спустился в трапезную.

Чем меня кормили – не помню, голова моя была забита мыслями о том, что сегодня произошло. И мои старания на лугу, и разговор с Кузьмичом, и особенно посещение ДУБА со всем тем, что мне пришлось там пережить, раз за разом проносились в мозгу, выстраиваясь в определённую последовательность. И постепенно до меня стало доходить, что мне удалось переступить через черту, за которой начиналось новое видение мира и окружающей природы. Это было своего рода получение звания магистра, только на этот раз в родном мире. Как там Кузьмич говорил – молодой кудесник? Значит теперь у меня такое звание? А если их совместить, то что получится - кугистр, или мадесник? Не, лучше не буду совмещать, а то как-то не «фигуристо» выходит.

Вот с такими мыслями я прилёг на кровать и, незаметно для себя, заснул. А посреди ночи, меня, как будто в бок толкнули. Времени было почти два часа, но в комнате темно не было. Казалось, что сам воздух светится, и поэтому бабушку, сидящую на деревянной табуреточке, недалеко от кровати было хорошо видно. Матрёна Никитична всплыло в голове…

- Здравствуйте, бабушка, - сев на койке, поздоровался я.

Чуть прищурившись и склонив голову набок, она улыбнувшись ответила, - Здравствуй, внучок.

- Мне Кузьма Кузьмич говорил, что вы захотите на меня посмотреть.

- Да я с самого твоего приезда на тебя смотрю. Интересный ты парень, раньше про таких говорили – молодой да ранний. Лет тебе ещё совсем мало, а испытаний на твою долю уже достаточно выпало. Вижу, что сомнения у тебя были, отказаться от дара своего хотел, жить как все, однако выбор свой всё-таки сделал и теперь уже с него не свернёшь.

- Да, Матрёна Никитична, всё вы верно сказали, и испытания были и сомнения, но увидев, что вокруг происходит, как нечисть всякая, да «упыри» в обличье человеческом, людям нормально жить не даёт, решил я, в меру сил своих, помогать людям.

И вдруг, неожиданно, старушка попросила, - Покажи-ка жёлудь, что ты в дар получил.

Достав из кармана жёлудь, про который, по правде сказать и забыл уже, я протянул его бабушке.

Она взглянула и удивленно проговорила, - Однако! Не поскупился местный хозяин, щедро одарил тебя. Видимо рассмотрел и силу твою и душу чистую. - Распрямившись, и как будто даже став моложе она, смотря мне прямо в глаза, промолвила, - С этого момента нарекаю тебя Александром-Защитником! И все, кто видят истинную сущность человека, так станут к тебе обращаться. А от себя вот что подарить хочу, - и она протянула мне какую-то плетёную верёвочку с небольшим кожаным мешочком. - Жёлудь сюда положишь и носи не снимая. Он силу природную имеет. С ним ты и в огне не сгоришь и в воде не утонешь. В лесу ни один зверь тебя не тронет, а если надо будет – то и поможет. Вижу, что ты уже носил на шее что-то не простое, так думаю, худа не будет, если вместе носить будешь.

Я взял подарок, мне показалось что эта верёвочка сплетена толи из лыка, толи из тонкой соломы.

- Не сомневайся, не порвётся, - улыбаясь сказала старушка.

Я встал и поклонился, - Спасибо вам Матрёна Никитична.

- И тебе спасибо, что дар свой не отринул, и хоть не сразу, но всё же принял на себя эту нелёгкую ношу. Напоследок, от себя ещё добавлю - Защитник это не тот, кто только защищает, если надо, то он и первым удар наносит, чтобы гадость всякая не разрасталась.

- Понял вас, Матрёна Никитична. Сделаю, что могу.

Старушка поднялась. Роста она была совсем небольшого и выглядела, так, что никогда бы не подумал, что она обладает силой. Но сила эта для меня была видна даже без пристального взгляда, вокруг неё, как и вокруг ДУБА, было заметно сияние.

- Ну а теперь отдыхай, Александр Защитник, утро оно всегда вечера мудренее, - и с этими словами она вышла из комнаты.

Я присел на кровать, но тут же поднялся, разделся, лёг и практически сразу уснул.

Снились мне: и ДУБ, и Матрёна Никитична, и Кузьмич, и финиковые пальмы на русском лугу.

Глава 9

9

Проснувшись утром, я ещё какое-то время лежал, наслаждаясь напоследок, покоем и пением птиц.

Пора, пора мне возвращаться в город. Отдохнул, набрался ума-разума и сил, пора и честь знать. Схожу к Кузьмичу, попрощаюсь и домой.

Быстро позавтракав, я отправился на кордон.

Лесник встретил меня пристальным взглядом, - Так вот значит, как она тебя нарекла – Александром Защитником. Ну что же, всё верно. Да ещё и щедро одарили они тебя с хозяином! Однако! – совсем, как Матрёна Никитична проговорил старик.

- Вот, пришёл проститься, Кузьма Кузьмич. Пора мне в город, дел там полно.

- Ну что же, пойдём чайку попьём, да и отправляйся.

За столом мы сидели практически молча, перебрасываясь время от времени ничего не значащими фразами.

Когда пришло время прощаться, Кузьмич вывел меня во двор и вдруг, неожиданно, обнял. – Ты это, не забывай старика, будет время приезжай. Приглянулся ты мне, Александр. Детей-то у меня не было, а ты словно внук, - похлопав меня по плечу, он закончил, - ну, ступай. Удачи тебе!

- Спасибо вам, Кузьма Кузьмич, будет время, или совет ваш понадобится, непременно приеду.

Старик, махнув на прощание рукой, повернулся и пошёл в дом.

Сборы мои были недолги, расплатившись за отдых, довольно приличной суммой, я уже на выходе столкнулся с Маргаритой и Романом.

- О, привет, ты что тоже уезжаешь? – протягивая руку для пожатия спросил рыболов.

- Да, пора. А вы что, тоже покидаете