Как спасти детей и фигуру (СИ) - Белильщикова Елена

   – Анальгин? Ты Элеоноре не сестра случайно? – насмешливо воззрился на меня муж, приостанавливаясь.

   – Сестра! – гордо заявила я, выпячивая грудь. – Родная! Младшая! А что?

   – Оно и заметно, – невежливо фыркнул муж. – Мозгов что у одной, что у другой нет. Запрещено переносить из мира в мир лекарственные препараты.

   – На таможне проверяют, что ли? – захихикала я. – Собака не обнюхивает? Дядя-пограничник не обыскивает?

   – Сейчас я сам тебя обыщу! – вдруг рыкнул Дамиан, прижимая спиной к ближайшему дереву.

   Его ладони по-хозяйски прошлись по моему телу, сминая одежду. Я не сдержала рваный вдох, чуть прикрывая глаза. Муж воспользовался этим и накрыл губы поцелуем. Долгим, томительным, жарким… У меня даже слегка закружилась голова от напора, а щеки вспыхнули.

   – Ты такая скромница, – одобрительно усмехнулся Дамиан, отстраняясь. – А помнишь ту нашу первую встречу в ресторане? Я еще тогда хотел тебя поцеловать… Нас с самого начала потянуло друг к другу.

   – Так, может, когда вернемся во дворец, довершим начатое? – бесстыдно прошептала я на ухо мужу, твердо уверенная в его симпатии ко мне. В своей привлекательности.

   Изогнулась всем телом так, как это сделала бы Катя, и потянулась к нему. Но вместо вспыхнувшего огонька желания в глазах Дамиана я заметила лишь недоумение и легкое смущение. Словно он не ожидал от меня такого.

   – Д-да, конечно, – проговорил Дамиан с такой гримасой, словно раскусывал гнилую сливу.

   Я сразу поняла, в чем дело. Его ненаглядная Кассия наверняка вела себя иначе. Не смела и лишнего взгляда откровенного бросить в его сторону! Вот черт… Зачем я полезла? Только лишний раз унизилась перед этим… наглым рыжим котом!

   «А вдруг зря ты все это затеяла? – зашевелились мои внутренние демоны, отбросив мелки, которыми до этого спокойно рисовали в углу моего сознания. – И он до сих пор страдает по жене, а ты ему, как собаке пятая нога?»

   –- Сам ты собака! – не сдержавшись, прошипела я.

   Дамиан нервно обернулся, явно услышав больше, чем нужно.

   – А?

   Я лишь мило улыбнулась, покачав головой.

   – Погода хорошая, милый.

   Дамиан напрягся, готовый продолжить допрос, но к счастью, в шаговой доступности от тропинки показался раскидистый вековой дуб, под которым и вырыла нору наша «лисичка» анелона.

   Дамиан присел на корточки и ласково заговорил с норой на незнакомом мне языке. Наверное, приманивал анелону ближе. Оттуда, из норы, послышалось неуверенное попискивание. Тогда Дамиан осторожно засунул туда руки, и я увидела, как с ладоней сорвались магические путы, охватывая зверька внутри норы.

   – Иди ко мне, – проговорил Дамиан, бережно вынимая анелону и прижимая к себе.

   Я во все глаза уставилась на магическое животное.

   – Какая прелесть! – не удержалась я от восторженного возгласа.

   Дамиан с анелоной синхронно дернулись и укоризненно посмотрели на меня. Анелона и вправду напоминала небольшую лисичку с пушистым рыжим хвостом с белым пятнышком на конце. Вот только за спиной виднелись небольшие крылья, как у совы. И глаза у анелоны были огромными и круглыми. Совсем, как у наших земных мягких игрушек ту-тойз, которых все в миру называли «глазастиками». Я вспомнила, что у совы обычно такие же большие глаза, невероятно мудрые. Анелона так же выглядела мудрой и плюшевой, уютно устроившись на руках у Дамиана. Он предупреждающе прижал палец к губам, и его ладони засветились золотистым светом. Муж направил их на раненый и воспалившийся бок анелоны.

   Животное пригрелось на руках Дамиана и только тихо что-то мурлыкало, совершенно не обращая внимания на процесс лечения. Скоро края раны сошлись и затянулись без следа. А анелона, будто очнувшись, провела пушистым хвостом по глазам, носу, губам мужа так медленно, со значением, прежде чем спрыгнуть с его рук.

   – Спасибо за помощь! – вдруг заговорила она человеческим голосом.

   Мои глаза чуть не выпали из орбит. У Дамиана, кстати, тоже.

   – Я отплачу вам добром за добро, – в голосе анелоны появились мурлыкающие нотки. – Кажется, один из вас двоих хочет узнать, что творится у второго на душе? Я помогу вам в этом.

   – Что?! – вскричал, как раненый зверь, Дамиан, мигом почувствовав подвох.

   Но анелона уже тряхнула хвостом, и из него полетела пушистая шерсть. Мы с Дамианом одновременно чихнули и оказались прижаты к дереву. Взявшись за руки так, словно были соединены невидимым магнитом. И не разжать рук…

   – Скажи, что ты чувствуешь ко мне как к Кате? И что к своей покойной жене – Кассии? Только правду! – потребовала я и внезапно оглянулась, перехватив слишком понимающий и мудрый взгляд анелоны.

   Она уже не казалась таким милым пушистым зверьком, каким прикидывалась поначалу. Мордочка анелоны стала хитрой, жесткой, злой. А пасть приоткрылась в подобии усмешки, совсем не звериной.

   – Ничего хорошего ты не услышишь! – глаза анелоны стали еще круглее, напомнив мне сказку «Огниво».

   Я слишком поздно подумала, что раз лес зачарован темной магией, нечего ждать доброго волшебства от его обитателей. Тьма живет в каждом из этих магических животных, и не зря их зовут тварями. Они полностью оправдывают свое название…

   Лицо Дамиана замкнулось, едва он услышал мой вопрос. Черты заострились, но на них не отражалось ни жестокости, ни боли. Лишь пустота в потемневших от воспоминаний глазах. А потом, словно очнувшись, Дамиан дернулся, пытаясь разорвать наши руки. Чуждая звериная магия не позволила этого, и муж поморщился, как от боли, пытаясь смолчать. Пока еще что-то человеческое, здравое оставалось в нем. Но недолго… эмоции, которые Дамиан скрывал глубоко внутри, наконец-то вырвались наружу. И сейчас кипели на поверхности, словно бурлящая кислота. В его взгляде, устремленном на меня, отразилась такая концентрированная ненависть, что мне стало тошно. Еще до того, как я услышала его слова, абсолютно правдивые и от этого особенно болезненные. Я отшатнулась, как от удара плети. Но магия анелоны не дала нам разомкнуть рук, соединяющих против воли, как и узы вынужденного брака.

   – Ненавижу тебя, – прошипел, сдавшись эмоциям, так долго пожиравшим его изнутри, муж. – Это ты виновата! Приперлась во время ритуала в тело Кассии… вытеснила ее душу своей! Живучая кошка, как и твоя сестра! Только та хотя бы не крала чужое тело, сбегая от надуманных проблем!

   – Что?! – выдохнула я, ощущая, как слезы закипают на моих ресницах, но невероятным усилием воли мне еще удавалось их сдерживать. – Да я не просила!

   – Просила! – почти выплюнул мне в лицо Дамиан, прикрывая глаза на секунду. – Ритуал не сработал бы без твоего каприза! Ненавижу тебя, Катя! Это ты лишила мою Кассию последнего шанса выжить! Лучше бы ты умерла… ты… а не она! Лучше бы моя жена жила! Она заслуживала этого больше, чем ты…

   Последние слова сорвались с губ Дамиана с таким страданием, что я застонала, отворачиваясь. Ощущая, как руки мои становятся свободными. Как я могу спрятать в них свое пылающее от стыда лицо…

   «Хотела правды, детка? – бесновались мои демоны, разрывая острыми когтями мою душу на части. – Получай! Влюбилась, как дурочка, с первого взгляда? В прекрасного принца на своем первом балу… А принц украл у тебя артефакт и сердце! Пошла за ним даже в другой мир, да? Сердце позвало? Связаны вы, наверное, оказались, после той встречи в ресторане? Слишком сильно мечтала о поцелуе, да, красавица? О настоящем, а не той имитации, что Дамиан сделал тогда? Получай за это расплату… Ты сама стала жалкой имитацией его жены! Подделкой, фальшивкой… Лишь ненужной душой, поддерживающей искру жизни в его обожаемом теле. Теле, принадлежавшем всегда Кассии. Так же, как и чертово сердце Дамиана до сих пор принадлежит ей… Никогда не тягайся с призраком, девочка! Ты обречена проигрывать… Проигрывать снова и снова. Сначала жене Александра. А потом жене Дамиана… Судьба у тебя такая: любить тех, кто не может и не хочет ответить тебе взаимностью! Смирись и не требуй большего. Не смей мечтать о Дамиане! Он навсегда принадлежит другой, не тебе».