Топоры, вода и хвост (СИ) - Смирягин Владимир Леонидович

Дрок был хмурым, вечно недовольным орком. Он постоянно ворчал, комментируя реплики друзей. Барг являлся его полной противоположностью - хохмил, смеялся больше всех, и вообще казался самым жизнерадостным из них. Гларро же я бы описал как "печальный". Причем с наиболее благородным выражением лица из всех орочьих морд, что мне довелось увидеть в этом мире. Даже Гварг Блистательный не имел во взгляде столько печального величия.

Из разговоров и понял, что он не всегда был таким грустным. Когда Барг в очередной раз рассказывал какую-то хохму про старые добрые времена в его речи промелькнуло женское имя, после чего Гларро помрачнел еще больше, а Ркат шикнул на разошедшегося рассказчика. Но тот уже и сам понял, что ляпнул лишнее и словно бы извиняющимся взглядом посмотрев на Гларро, поспешил сменить тему.

Шерше ля фам. Понятно. Но позже, все равно расспрошу об этом своего товарища. Когда найду подходящий момент.

- Что будешь делать после того, как отвезешь человека в академию? - спросил Дрок у Рката.

Услыхав, что речь пошла обо мне, я вынырнул из раздумий и навострил уши.

- Пока об этом не думал, - ответил Ркат. - Некоторое время побуду в Дроале. Есть там у меня кое-какие дела. Затем решу их и вернусь к Дженне. Попрошу у Сатра ее руки. А после создам свой клан. Приглашу в него всех желающих. Буду охотиться и растить детей.

Орки переглянулись. Их лица выражали недоумение.

- Тебя ли мы слышим, друг? - сказал Барг. - Не ты ли хотел когда-то извести всех длинноухих по ту сторону гор?

Я понял, что он не про зайцев.

- С годами мы меняемся и желания наши меняются вместе с нами, - философски заметил мой товарищ.

- Говоришь как старик, - ровным голосом произнес Гларро. - Будто за твоими плечами уже не одна великая битва и тебе пора на покой.

- Драк на мой век хватило. Хочется пожить некоторое время без оттирания крови со своих топоров.

- Просто тебя нужно отвезти подальше от Дженны, - ехидно вставил Барг. - А то из под ее юбки мира, конечно, не видно.

Ркат шутливо выбросил в его сторону кулак. Тот лениво уклонился и добавил:

- Вот-вот, об этом я и говорю - был воин, а теперь стремишься осесть на месте и строгать детишек.

- Ничего плохого не вижу, - осмелился внести свой вклад в дискуссию я. - Если чел... орку охота жить спокойной жизнью - его право.

- А ты, говорят, маг? - мгновенно переключился на меня Барг. - Покажи чего-нибудь интересного.

Проявлений какого-либо волшебства не было заметно до сих пор и чувствовал я себя в связи с этим неуютно когда меня так называли, а потому стушевался и не знал что ему ответить.

Выручил, как обычно, Ркат.

- Асартэ сказал, что магом он станет только после того, как попадет в Аверлосс, а пока Игр не может сделать ничего из того, что умеют другие маги.

- Ааа, - разочарованно протянул Барг и я мгновенно перестал ему быть интересен.

Он принялся рассказывать какой-то похабный анекдот, от прослушивания которого меня отвлек Дрок.

- Какую силу тебе напророчил Огненный Эльф?

- Вода, - коротко ответил я, отметив про себя, что этого прозвища Асартэ я еще не слышал.

- Это хорошо, - кивнул орк и отвернулся.

Не вижу ничего хорошего, хоть все вокруг утверждают обратное. Ощущение будто подростку сказали, что он сможет разом победить десяток воинов, но когда-нибудь потом. А все его с этим поздравляют уже сейчас.

Огонь почти угас. Остались гореть только костры расставленных дозорных.

Заснули мы все тут же, на мягкой траве. Я был настолько уставшим и измученным, что вырубился первым.

А ночью меня снова посетило нечто.

Глава 14. Степь

Вновь темнота вокруг стала чернее ночи, а в абсолютной тишине раздался слышанный ранее голос. Возникало ощущение, что с прошлого раза, когда он звучал у меня в голове, прошли годы.

- Пусти-и-и! - уже знакомо затянул он. - Пусти-и-и ме-е-еня-я-я!

И снова я ощутил тревогу, будто где-то далеко происходит что-то страшное, а мне не удается это изменить. Снова не слушаются руки, ноги, а сделать вдох вообще кажется делом совершенно немыслимым. Словно что-то стиснуло в тисках сердце и тяжелым грузом кузнечной наковальни надавило на грудь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Пу-у-усти-и-и!

Слушая неведомого просителя, я обливался потом во сне, не имея возможности пошевелиться.

- Пу-у-усти-и-и ме-е-еня-я-я!

Я молчал, опасаясь отозваться, подсознательно чувствуя, что это будет последним, что удастся сделать в жизни.

И как и в прошлый раз в конце своих протяжных завываний жуткий голос пообещал найти меня и исчез. Проснулся я в холодном поту, дрожа всем телом. Судя по занимающейся заре, проспал почти до утра.

Орки лежали вокруг кострища и интенсивно храпели, общими усилиями создавая шум, схожий с тарахтением сельского трактора. Я не стал никого будить, наблюдая фигурки дозорных в слабом свете встающего из-за горизонта утреннего солнца и думая о своем.

Если так продолжится и дальше - мне дорога в местный сумасшедший дом.

Что за гадость лезет в голову когда я сплю? Кто этот загадочный некто, просящий меня куда-то его пустить? Зачем я ему нужен? И почему именно я?

Надо будет поговорить об этом с каким-нибудь опытным магом. Они, вроде как, должны специализироваться на подобной чертовщине. Хотя бы с тем же мастером Валтором.

На мое плечо опустилась тяжелая рука. Все еще находясь под впечатлением от жутких сновидений, рефлекторно внутренне сжался, медленно повернул голову и увидел нависшего надо мной Рката. Выдохнул с облегчением, постаравшись сделать это незаметно.

- Как спалось? - спросил орк.

- Бывало и лучше, - ответил я, не собираясь беспокоить его рассказами о своих ночных кошмарах. - Уже выступаем?

- Нет, рано еще. Девушки спят. А пока они не проснутся и не позавтракают - мы не выдвинемся. У нас же не военный марш, чтобы выкладываться изо всех сил и рвать жилы. Так что расслабься пока. Да, и нам, кстати, тоже не помешает поесть.

- Кто сказал "поесть"? - раздался за спиной сонный голос вечно неунывающего Барга.

Через минут десять в закопченном котле забулькало оставшееся с вечера густое варево, а еще через некоторое время мы все с аппетитом позавтракали. Привычное и такое полезное дело как наполнение желудка, прогнало сон окончательно и все тревоги отошли на второй план.

Тем более, что после хлеба началось и зрелище.

Поев, Ркат принялся за тренировку, бодро размахивая двумя топорами. Чуть позже к нему присоединился Дрок, изображая нападения с мечом в руке. Я даже залюбовался их отточенными движениями. Было заметно, что оба орка далеко не новички в военном деле.

Барг тоже не выдержал. Подскочив со своего места, он подошел к месту тренировочной схватки товарищей и принялся неподалеку выписывать разнообразнейшие фигуры своим копьем. Последним поднялся Гралло и составил ему пару в поединке, вертя своим двуручником с легкостью самурая, использующего любимую катану.

Я попеременно смотрел то на одну пару бойцов, то на другую.

Это было похоже на какой-то дикий танец с саблями. Точнее с топорами, мечами и копьем. На скоростях, которые казались мне непостижимыми.

Не знаю, сколько точно времени орки провели за своими забавами, но прервал их громкий и протяжный звук охотничьего рога. Я было подумал, что это сигнал к движению, но ошибся.

- Тревога? - с удивлением спросил слегка запыхавшийся Ркат. - Что могло случиться?

Быстро собрав немногочисленные пожитки, мы рванули к центру походного лагеря.

Ркат бежал впереди всех, вырвавшись на добрых три метра. И я понимал, что именно творилось сейчас в его голове.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Когда мы достигли места, где за повозками расположился шатер дочери вождя, орк остановился и перевел дыхание, успокаиваясь. Я заметил стоящую неподалеку Дженну и понял, что того, чего наиболее опасался мой зеленый товарищ, не произошло.

На траве, где столпилось наибольшее количество орков, лежало что-то черное и продолговатое.