Роберт Скотт - Ореховый посох

А еще там был по крайней мере один серон; он тоже ждал вместе с алмором, но его присутствие О'Рейли не особенно тревожило. Серона этим любовникам придется взять на себя, — ему хватит возни и с демоном. Терпеливо ожидая, пока солнце поднимется повыше, О'Рейли вспоминал свою прошлую жизнь — вернее, то немногое, что еще мог из нее припомнить. Когда он умер, многое сразу покрылось туманом забвения, но кое-какие ощущения он по-прежнему помнил вполне отчетливо — куда более отчетливо, чем события или людей.

Он хорошо помнил, например, как жарко и влажно было на Уоррентон-Парквей во время сражения при Булл-Ран, помнил боль от угодившей ему в ногу пули и тревогу по поводу того, что ногу, наверное, придется ампутировать. Помнил свое радостное возбуждение, когда снова начал нормальную жизнь в Колорадо. И сейчас, стоя на выбранном им самим посту, О'Рейли наслаждался этими воспоминаниями. Он вспомнил даже, что значит быть любимым, и воспоминаниям об этом ему больше всего хотелось предаться, прежде чем придет час неизбежной битвы с этим проклятым демоном. Сейчас О'Рейли не мог вспомнить никаких особых указаний из Евангелия, зато помнил, как свято когда-то верил, что Иисус Христос непременно позаботится о том, чтобы его, О'Рейли, душа попала в рай. Однако Он об этом все же не позаботился.

Сразу после восхода солнца ему удалось засечь алмора — тот начинал потихоньку подбираться все ближе к тому месту, где спали утомленные любовью Брексан и Версен.

«Немедленно просыпайтесь!» — потребовал призрак.

Версен шевельнулся и открыл глаза.

— Что? В чем дело? — Он сел и натянул помятую рубаху. «Там серон, — услышал он голос О'Рейли. — Будьте готовы».

— Ох, черт возьми! — Версен сплюнул, сразу стряхнув с себя сон, и сильно тряхнул Брексан за плечо. — Вставай. И поскорей! — приказал он, внимательно оглядывая рощу и пытаясь отыскать хоть какое-то оружие. У Брексан, правда, был нож, который она умудрилась срезать у Карна, прежде чем прыгнуть в океан. — У меня ведь даже оружия нет! У меня нет даже сапог! Просто поверить невозможно, что у меня нет даже пары сапог! — бормотал себе под нос Версен, поднимая с земли короткую, но довольно увесистую кедровую дубинку.

Когда он снова повернулся к Брексан, та, будучи настоящим солдатом, уже стояла, совершенно готовая к бою, возле их песчаного ложа. Рубаха на ней была аккуратно расправлена и подпоясана, зачесанные назад волосы она стянула кожаной тесемкой, и нож свой она уже держала наготове.

— Похоже, дело-то обстоит гораздо хуже, — сказала она.

— Что может быть хуже встречи с серонами?

— Там еще и алмор.

Версен охнул.

— А О'Рейли не может...

— Он сказал, что попробует.

— Ладно. — Чувствуя, как у него от волнения пересохло в горле, Версен сглотнул, крепко обнял Брексан и кивнул в сторону опушки. — Пошли?

Они ничуть не удивились, увидев, что преследующий их серон — это Хаден.

— Я так и знал, что этот ублюдок ни за что нас в покое не оставит, — пробормотал Версен.

Серон в полном одиночестве стоял посреди луга и даже не пошевелился, когда они вышли из рощи и направились прямо к нему. Изуродованное шрамами лицо Хадена было мрачным и исполненным решимости; наверное, его застывшая поза свидетельствовала о том, что он готовится к схватке.

— Вот уж невезение! Опять этот отвратительный тип! — простонала Брексан. — Лучше бы уж Карн или Рала. Как ты думаешь, где нас этот алмор поджидает?

— Знаешь, нам и с сероном забот хватит; давай оставим алмора О'Рейли и будем надеяться, что ему с помощью всех богов Северных лесов хватит сил, чтобы помешать проклятому демону напасть на нас.

— Похоже, этот Хаден совершенно безоружен, — заметила Брексан, когда они уже шли по лугу.

Высокая, по колено, трава была вся в росе, и ноги у нее мгновенно промокли и замерзли.

— Гилмор говорил, что сероны даже предпочитают порой действовать исключительно с помощью собственных рук, ног и зубов. Кстати, у тех, что напали на нас в предгорьях, тоже никакого оружия не было.

— Значит, в этом отношении у тебя есть кое-какое преимущество? — с надеждой спросила Брексан.

— Не то чтобы... Тогда нам с Саллаксом действительно удалось убить по одному серону, но Саллакс был вооружен рапирой, а я — топором. С остальными имел дело Стивен Тэйлор. А еще один наш друг погиб; они его до смерти забили, прежде чем Стивен успел вмешаться.

Несмотря на заледеневшие ноги, Брексан почувствовала, что вся покрывается жаркой испариной. Ей вдруг захотелось, чтобы сражение началось прямо сейчас.

— Пошли скорей, бычок! Ну, пошли же! Нас все-таки двое против одного. А у меня еще и нож есть. Давай начнем.

— Надеюсь, О'Рейли уже взял на себя алмора, иначе эта схватка вполне может оказаться чересчур короткой.

Брексан побледнела и поскользнулась в мокрой траве.

— Тут так сыро! Он может оказаться где угодно.

Габриель О'Рейли налетел на алмора, точно порыв осеннего ветра. Он всюду чувствовал его присутствие; ему казалось, что алмор своим зловонием, точно одеялом, накрыл весь луг. Призрак, правда, до сих пор еще не решил, где лучше вступить в схватку — он не был уверен, что этот монстр окажется для него уязвимым, но понимал, что действовать нужно быстро, хотя бы для того, чтобы отвлечь внимание алмора, пока его друзья будут сражаться с тем сероном. Его друзья. Друзья ли?

О'Рейли уже почти позабыл, что значит иметь друзей, но быстро вспомнил о Милли и Джейке Хармонах, о Лоуренсе Чэпмене. Да, когда-то и у него были друзья в Айдахо-Спрингс. Брексан и Версен слабы и практически безоружны; они очень плохо оснащены, чтобы пережить осень и зиму, не говоря уж о штурме дворца Велстар. Но они теперь были его друзьями, как и Марк. Он, Габриель О'Рейли, не так уж много мог сделать, чтобы помочь им выполнить свою благородную миссию, но твердо решил помочь им хотя бы разделаться с этим отвратительным сероном. Именно так поступают друзья. И дух спиралью взвился в утреннюю высь. Поднявшись над вершинами самых высоких деревьев, он увидел вдали Равенское море и равнины Фалкана, прекрасные в золотистых лучах восходящего солнца, хотя сердце его при виде этих красот и не замирало, как когда-то в каньоне Клир-Крик. А затем бывший банковский менеджер приготовился к битве и вниз головой ринулся на врага.

Версен споткнулся, почувствовав, как странно содрогнулась земля у него под ногами.

— Это О'Рейли, — сказал он с крепнущей уверенностью. — Он достал этого алмора!

— Как же?.. — Брексан не договорила: утро содрогнулось от жуткого вопля, и она босыми ногами отчетливо почувствовала, как по земле прошла дрожь.