Джоэл Розенберг - Меч и Цепь

Опасностей они вообще не видели. Единственный перехваченный работорговый караван оказался легкой добычей — настолько, что Карл даже не счел это настоящей наукой для Фиалта и Тэннети.

Торговцы не озаботились даже выставить стражу. Покойныеторговцы.

Карл отослал в долину семнадцать бывших рабов — и письмо для Энди. Тревоги, найдут или нет они долину, Карл не испытывал. Стоит им оказаться поблизости — настолько, чтобы парящий в вышине Эллегон ощутил их разум, — их и встретят, и проводят.

Опасности нет никакой — ни для кого.

Самым опасным, с чем пришлось столкнуться Карлу и его спутникам, был случайный удар Фиалта на тренировке: не удержав руку, он задел живот Тэннети. Два разных бальзама — на рану и внутрь — быстро поправили дело; пришлось перейти на деревянные мечи, что гарантировало по крайней мере экономию дорогих снадобий.

И тяготила Карла не опасность — тяжелая монотонность походного быта.

Каждый день разбивать лагерь было приятно летом в походе — когда Карл как-то отправился с отрядом скаутов в Манитобу, чтобы сплавиться на каноэ вниз по Ассинибойну; но немалую роль тут играло сознание, что трудности эти временные, что примитивная жизнь «на природе» закончится — и они вернутся к горячему душу, чистым простыням, кондиционерам, быстрой еде и всему прочему.

Но здесь все было не так. Бесконечная череда остановок, устройство лагеря, поиски дров для костра, разжигание огня кремнем и кресалом, готовка, чистка котлов и мисок, установка палаток, купание коней, снятие лагеря утром — все это давило на Карла, выводило из себя; еще чуть-чуть — и он неминуемо бы взорвался.

Возможно, переход из Нифиэна в Бим и не спас его здравого ума — но чувствовал Карл именно это.

Бим считался самым древним из Срединных Княжеств; разумеется, он был и самым обустроенным. Вспаханные на конях или быках поля приносили богатые урожаи зерна и бобов, десятая часть всех земель лежала под паром. Плодородие земли и трудолюбие людей сделали Бим краем богатств и торговли; торговцы зерном и табунщики добирались даже в Катард и Ландейл.

Оружные люди встречались нечасто и, как правило, поодиночке либо небольшими отрядами — и были в основном констеблями, а не солдатами. Терранджи и Срединные Княжества от веку терпеть не могли друг друга — но, чтобы напасть на Бим, терранджийцам надо было сначала вторгнуться в одно из окружающих его владений — а это давало Биму возможность подготовиться; не было нужды содержать много нахлебников-солдат, хотя всем вольным фермерам предписывалось иметь заточенный меч и дважды в год, по праздникам, показывать умение владеть им.

Самым же лучшим были гостиницы вдоль всего главного тракта. По закону, каждое селение на Княжеском Тракте, где было пятьсот и более жителей, должно было ставить, обустраивать и содержать гостиницу — а высокое качество обслуживания проверялось в них стражниками местного барона, ежели таковой имелся, и не столь частыми, но куда более неприятными и дорогостоящими наездами констеблей князя.

Деревенские гостиницы на Княжеском тракте стояли друг от друга самое большее в дне пути. Если где-либо деревень было меньше — там непременно стояла гостиница, содержащаяся короной.

— Хитрые заведения эти гостиницы. — Карл натянул повод, заставляя Морковку идти вровень со всем отрядом. — Тиш-ше, девочка. — Потрепав кобылу по гладкой шее, воин убедился, что она даже не вспотела — и это после дня пути! Если он и мог на что-то пожаловаться, так это на ее вечные попытки двигаться быстрее, чем велено, и громко возмущаться медлительностью остальных лошадей.

— Хитрые?.. Карл кивнул.

— Помнишь Киар?

— Это где мраморные полы? До «Тихого уголка» далеко, но место приятное. — Гном покивал. — Пиво там кислое, но их повар неплохо наловчился добавлять его в маринад… Хотя, — пробормотал он себе под нос, — думаю, я бы тоже не отказался от кое-чего из дому.Убил бы за «Гиннес» или «Миллер». Или хотя бы за «Шлиц».

Карл приподнял бровь.

— Убил бы?..

Ахира пожал плечами.

— Ну, покалечил.

— Помнится, дома ты не слишком-то обожал пиво.

Ахира нахмурился.

— Мне приходилось быть осторожным. После пива всегда хочется в туалет.

Карл бросил короткий взгляд через плечо. Это стало привычкой, и он не собирался от нее отказываться даже на относительно безопасном Княжеском тракте.

Но поводов тревожиться не было. Тэннети, Фиалт и Эйя ехали следом, замыкал череду Чак. Маленький воин дружески кивнул и помахал рукой.

— И что? — спросил Карл. — Пиво действует так на всех.

Ахира хмыкнул.

— Ты кое о чем забыл. — Он поднял могучую руку, согнул — бицепс натянул кольчугу. — Я был не как все. Мышечная дистрофия — вспомнил?

— Знаю, но…

— Как одно связано с другим? Карл, я не мог сам сходить в туалет; не мог сам даже просто пересесть из кресла на унитаз. И ходить пить с парнями пиво я тоже не мог, если только не уговорю пойти с собой моего соседа-помощника — чтобы, если что, таскать меня в сортир. Как же я обычно завидовал вашей подвижности!

— Больше ты не завидуешь.

— Ну… нет, — согласился гном — но как-то неубедительно.

Карл кивнул самому себе. Было нечто, чем он владел, а Ахира — нет: то была память здорового тела, способного запросто делать такие обыденные вещи, как, например, пойти и взять пару пива… Словно прочитав его мысли, Ахира чуть наклонил голову вбок.

— Оставим. Что было, то было… Ты говорил о гостиницах.

— Верно. Тут все очень хитро устроено. Если ты заметил, большинство гостиниц изначально построено короной. Взять хоть в Киаре — они сняли княжеский щит, но следы на камне остались. Строил ее князь — и какое-то время содержал.

— А потом?

— Вокруг селился народ, возможно, князь даже поддерживал селившихся; корона приглашала жреца, может, даже помогала выстроить одну-две кузни.

— Ловко. А потом, когда поселение разрасталось, князь передавал землю барону и заставлял местных содержать гостиницу.

Карл кивнул.

— Точно. По крайней мере, так это понимаю я.

Если дело действительно обстояло так, это весьма хорошо говорило о местной власти — несмотря на Карлову предубежденность против феодализма. Ничего плохого в легком поощрении экономического роста не было. Бичом феодальных обществ всегда был застой.

— Хм… — Какое-то время Ахира размышлял. — Возможно. И здесь меньше насилия, чем везде. Потому ты и не лез в драку?

Карл помотал головой. Нет, вовсе не потому. Он не собирался нападать на каждого, у кого были рабы. Действуя так, они скоро захлебнулись бы в потоках крови и тел: всякий, кто покупал раба, собирался купить раба или уже владел рабом увидел бы в них врагов.