Дэвид Уилсон - Крыса на козлах

— Вон он, мистер Девлин! — раздался визгливый голос. — Вон он, там стоит!

— Кучер? — крикнул Девлин.

— Да, тот, что увез трупы. Это он, я уверен!

— Стража! — скомандовал Девлин. — Взять этого человека и привести ко мне!

И, обнажив мечи, ко мне заторопились трое стражников.

18

— Опустите мечи, — кивнул я стражникам и зашагал мимо них вверх по дворцовой лестнице. Настолько уверенными были мои шаги, что никто из них не посмел заступить мне путь.

— Я так или иначе хотел бы увидеть вас, мистер Девлин.

— Ты забрал ее тряпки и ты увез ее тело, — нахмурился Девлин.

— Ее и принца, — кивнул я, — но только, чтобы оказать услугу вам.

— Что ты имеешь в виду?

Сейчас он сошел с ящика и я возвышался над ним. До этого момента мне даже не приходило в голову, насколько он маленький. Но его низкий рост не делал его безвредным — напротив, в моих глазах он стал лишь более опасным. За стеклами очков в маленьких глазках горел огонек, и этот огонек был опасней, чем полная зубов пасть.

— Что ты имеешь в виду — услугу? — снова спросил он.

— Когда я подошел к телу принца, сэр, — пояснил я, — кругом было полно женщин. Они смотрели на тело, и в их глазах было больше жалости, чем ненависти. Я слышал, как некоторые из них вслух сомневались в необходимости того, что было сделано. А когда под сгоревшей принцессой погас огонь, я услышал еще больше сомневающихся. Зрелище смерти могло превратить веру в сомнение. И поэтому я решил, что будет разумно удалить причину сомнений. Я закопал их в таком месте, что никто не найдет. А без тела, сэр, нет и мученика.

Девлин молча слушал, не спуская с меня глаз.

— Мы знакомы, кучер? — наконец спросил он.

— Вы встречали меня, сэр, — ответил я. — Я ваш сторонник.

— В вас есть что-то… такое… — покачал головой он, — …но не в лице…

— Я поступил правильно?

— Да, — кивнул Девлин. — Вы явно инициативный человек. Мне понадобятся такие сторонники, как вы.

— Вам стоит только приказать, сэр.

— Но где же я видел тебя? Как твое имя?

— Люди зовут меня просто Кучер, сэр. Я сочту за честь, если и вы будете звать меня так же.

— Отлично, Кучер. Ты можешь сослужить мне одну службу уже завтра. Утром, возьмешь двух моих людей и они приведут тебя ко мне домой. Я хочу, чтобы ты привез сюда все мои вещи — особенно все мои бумаги.

— Вы будете жить во дворце? — спросил я.

— Конечно.

Конечно. А где же еще он будет жить? Если ты отнял у них жизнь, так почему бы заодно не отобрать у них и дом? Их богатство и их власть, а потом — и их титул?

— Я с радостью сделаю это, сэр, — улыбнулся я. — Но мне не нужна помощь ваших людей.

— Но чтобы помочь нагрузить…

— Я достаточно силен, чтобы копать могилы. Ваше имущество будет доставлено сюда завтра утром.

— Но ты же не знаешь, где я живу?

— Я знаю, сэр, — и я дал ему точный адрес. К своему неудовольствию, он все еще не мог вспомнить меня, и блестящие глаза пытливо изучали мое лицо. Я не дрогнул.

— Кажется, вы сомневаетесь во мне, сэр, — еще раз улыбнулся я.

— Нет, нет, — торопливо ответил он. — Ты просто напоминаешь мне кого-то, вот и все.

— Я буду здесь завтра утром, сэр, вместе с вашими вещами.

— Спасибо, Кучер.

— Но мне понадобится ваш ключ.

— Да, конечно.

Он протянул мне ключ и я склонился в полупоклоне, перед тем, как сбежать по лестнице. Когда я спускался, я услышал, как кто-то спрашивает Девлина: «Ты уверен, что ему можно доверять?» — и его ответ: «Такого человека лучше держать при себе, чем снаружи».

Я подъехал прямиком к подвалу Девлина, притормозив только, чтобы взглянуть на соседний дом. Он был погружен во тьму. Для меня там теперь вечно будет тьма, но теперь это меня уже не заботило. Я спустился по лестнице к его дверям и отпер дверь. Когда мои глаза привыкли к темноте, я начал складывать бумаги вместе и выносить их в карету. Было уже поздно, но я привык к ночной работе, а утром я хотел заняться совсем другим.

Я сделал три ходки туда и обратно, когда в окне первого этажа загорелся свет. Свечку пронесли через спальню, в столовую и наконец открылась парадная дверь. В дверях стояла старая женщина.

— Мистер Девлин? — окликнула она.

— Нет, — отозвался я. — Мистер Девлин во дворце. Он послал меня, чтобы я забрал его вещи.

Она спустилась со ступенек, сморщенное существо в белой ночной рубашке нащупывало ногой путь, держа свечку высоко в воздухе.

— Это правда, что он приказал казнить принца? — спросила она.

— Это правда, — ответил я.

— Теперь он будет принцем?

— Он будет править нами. Конечно, в конце концов он назовет себя принцем.

— Тогда мне придется поторопиться, ведь он задолжал мне за шесть месяцев. Как я тогда у него буду спрашивать. Я ведь сдаю комнаты, видите, на это и живу. У меня всего-то и есть, что этот дом, и то, что платят жильцы — а больше ничего. Он должен мне за шесть месяцев, и он обещал заплатить.

— Я передам ему.

— А что мне делать, если он не заплатит?

Сначала мне было жаль ее, но сейчас ее голос из просящего стал требовательным, она вцепилась мне в рукав своими костяными пальцами, словно собиралась вытрясти эти деньги из меня.

— Ведь у меня больше ничего нет, — заныла старуха. — Как же я получу с него за жилье?

Я сжал ее запястье и силой опустил ее руку вниз.

— Я скажу ему, — повторил я.

— Он не заплатит, — всхлипнула она.

Неожиданно я вспомнил о кошельке, который был брошен в повозку отягощенной совестью.

— Подождите, — бросил я ей, и пошел к повозке, оставив ее ловить руками воздух. Я вытряхнул их кошелька пригоршню монет и протянул ей.

— Этого достаточно?

Ее глазки широко открылись и я понял, что этого более, чем достаточно. Но глазки снова сузились, она подняла голову на меня, потом снова посмотрела на монеты.

— Он должен мне за шесть месяцев, — повторила она. — За целых шесть месяцев.

Я добавил еще несколько монет и она с трудом сдержала жадный смех. Затем, не проронив больше ни слова, поковыляла обратно к крыльцу, сжимая в кулачке монеты и почти падая с ног, так ей хотелось поскорее оказаться за порогом и пересчитать их.

Я носил бумаги до тех пор, пока повозка не наполнилась, а потом уселся на один из стульев Девлина, завернулся в накидку и проспал до рассвета. Можно было лечь в его кровать, но там я чувствовал бы себя чересчур близко к нему.

Солнце разбудило меня, я позавтракал яблоком, которое взял в кухонном шкафу и поторопился к повозке. До того, как ехать во дворец, мне нужно было сделать еще много дел. Я проехал мимо дома Амадеи — никаких следов жизни. Что-то во мне просило зайти внутрь, может быть, мне казалось, что она все еще там… и даже что я сам еще там. Но я проехал мимо.