Татьяна Гуркало - Mир как перекресток

- Странно, - сказал Ярослав.

Что там многоуважаемый кем-то Табади говорил о печатях запрещающих магию? Да почти ничего. Либо печати на людях, либо на мире. Знать бы еще как эти печати выглядят и где их искать.

Людей вокруг не наблюдалось, да и что там нужно высматривать Ярослав не представлял. И развеяться они должны были давным-давно, если ставивший их не внес какие-то свои коррективы. Можно было посмотреть на мир. Но чем миры отличаются друг от друга, он тоже не знал. Этого, похоже, вообще никто не знал. Даже Этль начинал в ответ на такие вопросы что-то невнятное мямлить и закатывать глаза, как девчонка-двоечница на экзамене.

Идей, чем себя занять не было.

Может действительно посмотреть? Вдруг чем-то да отличается. Чем-то таким, что даже человек понятия не имеющий, куда и на что смотреть заметит?

Дурость какая-то.

Ярослав глубоко вдохнул, прикрыл глаза, качнулся вперед и начал смотреть. В мадаи Земля выглядела обыкновенно. Скопление составляющих сплетенных в неряшливый узор, медленно и величественно меняющийся, словно дышащий. Приглядевшись в этом плетении можно было найти составляющие людей, попытаться определить, чем именно они одарены, подергать за ниточки, наградив головной болью. Только зачем? Свободные нити тоже есть. Да и тоненькие паутинки наверняка на своем месте, просто их рассмотреть сложнее. Так в чем же разница между Землей и теми мирами, где магия основа всего и вся?

Смотреть сквозь нити, дальше и глубже, попытаться увидеть каждую отдельно и все одновременно, как бы странно это ни звучало, а потом наткнуться на это. На отличие. Темное скопление каких-то не совсем живых нитей, лохматых, словно плесенью покрытых, похожее на осьминога вольготно раскинувшего щупальца вокруг себя. Правда, щупальцев не восемь. Их бесконечное множество. Статичные такие. Неизменные. Тяжелые с виду. Нечто старое-старое по ощущениям. Словно руины чего-то заброшенного за ненадобностью. А потом эти руины погрузились в болото, покрылись плесенью и с тех пор так и лежат, небрезгливых археологов дожидаются.

Ярослав удивленно рассмотрел осьминога, попытался к нему прикоснуться, но рука свободно прошла сквозь темные нити, словно на самом деле их не было. Такой себе всемирный глюк, или глюк мира. В том, что не глюк отдельно взятого начинающего мага, Ярослав был уверен. В мадаи глюков не бывает. Больное сознание, способное видеть галлюцинации в мадаи не войдет. Просто не сможет настроиться.

- Странно, - сказал Ярослав.

Зато теперь было от чего отталкиваться. Если предположить, что именно так печать запрещающая магию и выглядит, то можно попытаться найти сведения о чем-то похожем. Даже если это не печать, поискать стоит. То, что у него получилось сплести сеть, ничего на самом деле не значило. Создатели очень нестандартные маги и не факт, что на них действуют стандартные запреты и печати.

- Будем считать, что печать. Хоть какое-то объяснение, - сказал парень.

Вопрос в другом. Где искать сведения? В библиотеку идти бесперспективно. Опять укажут на какую-то полочку и перелопачивай книги два-три года, попутно изучая языки. Чтобы в итоге осознать, что все это время читал размышления на вольную тему - "Ни чем не подкрепленные философствования людей, которым больше заняться было нечем". И это в лучшем случае. Можно ведь нарваться на что угодно, начиная от любовных романов и заканчивая жизнеописанием правителей екетов. Да и вообще, изучать давно канувший в лету язык ради того чтобы прочесть непонятными путями попавшую в библиотеку книгу верх идиотизма. Должен быть способ попроще. Амулеты там какие-то. Магические переводчики. Нужно было этим вопросом поинтересоваться. Почему раньше не сообразил?

Ярослав мысленно обозвал себя дураком и открыл глаза, возвращаясь к реальности крошечного сквера, украшенного десятком скамеек и круглой клумбой с рыжими бархатцами.

Вид на цветы закрывала человеческая фигура очень знакомых габаритов стоявшая вплотную к скамейке. Ярослав поднял голову и убедился, что с принадлежностью фигуры конкретному человеку не ошибся. Ник. Расслабленный такой. Руки скрещены на груди. Смотрит с любопытством, как на какого-то зверька в клетке. Сейчас еще и пальцем начнет тыкать, реакцию проверять. Пока зверек не вцепится в палец, как это сделал флегматичный хомяк мелкой соседки.

- Что? - спросил Ярослав, медленно соображая, что на этот раз все. Лимит на допустимую норму странностей исчерпан. Сидит парень на скамейке, руками в воздухе водит, схватить что-то пытается, а глаза закрыты, еще и разговаривает сам с собой. Ну не привыкло местное население к виду магов в мадаи.

А еще интересно, на каком из языков маг в мадаи вел беседы сам с собой? Хорошо если бы не на русском. Может уточнить?

- Все, - подтвердил догадку Ярослава Ник, хватая его за шкирку, как нашкодившего котенка.

Сейчас носом во что-то как ткнет.

- Отпусти, - потребовал Ярослав.

Ну не бить же его, на самом деле. Ник так просто не сдастся, драка может получиться впечатляющей. А вокруг жилые дома. А там бабульки. Бдят. С мобильниками в руках. Вызовут милицию, развлекутся.

Привлекать к себе такое внимание почему-то совсем не хотелось.

- Ну, уж нет, - отказал Ник и рывком поставил Ярослава на ноги. Чуть не придушил при этом. - Сейчас сходим в одно место, там на тебя посмотрят.

- Кто?

- Эксперт.

Ну вот, дожил. Теперь экспертам будут показывать. Как картину, заподозренную в том, что она фальшивка.

Интересно, что это за эксперт такой и на что он собирается смотреть? Если вспомнить о том, сколько у Ника разнообразных и довольно таки странных знакомых, можно начинать бояться. С него станется оттащить к какому-то священнику и попросить окропить свяченой водой. Или какой-нибудь иконой приголубить, чтобы наверняка. А вообще на магов это может подействовать? Или лучше сразу на костер?

Какой бред.

- Ник, что за эксперт? - решил поинтересоваться Ярослав своей дальнейшей судьбой, споткнувшись об трамвайные рельсы. За дорогой все-таки нужно следить, даже если тебя волоком тащат.

- Увидишь, - мрачно отозвался Ник.

- Ник!

- Не бойся, это не больно.

Ответа от него не добьешься. Напугать пытается, что ли? Чтобы до места дошел в нужной кондиции, осознал, пожалел и перестал брыкаться.

Ну, идиотизм ведь. Не пытать же его будут. Вариант со священником и иконой как-то вероятнее. Помнится, один даже в свободное от церкви время рассекает по городу на мотоцикле. Такой мощного телосложения дядечка, с бородкой и жалким хвостиком на затылке. Как же его там звали?

Ник решительно заволок не сопротивлявшегося Ярослава в какой-то подъезд, затолкал в лифт, чуть ли не пинком вышвырнул из него на седьмом этаже и замолотил кулаком по неприметной, якобы бронированной двери.