Елена Лобанова - Новоселье

Гадский Короед замахал руками. Только это были не псевдомагические штучки. Лякающий Синтар-Керосин успел или освоить, или изобрести язык жестов, не дожидаясь пока речь начнёт нормально работать. И Лидорчик его понял. Если и не полностью, то хотя бы частично. Ладно. Нам с Керосином язык жестов ни к чему. Признаю. Но просто интересно: они что, меня как ребёнка спать укладывают, а сами устраивают тайные заседания? Я тоже хочу позаседать. Хотя бы просто так.

Лидорчик вцепился в мою руку (бескультурье) и потянул в кухню. Керосин, сдав меня Лидорчику, позорно дезертировал в подвал.

Нифса нам с Лидорчиком обрадовалась. Кому из нас — больше, не знаю. Императорский «псевдосын» распоряжался на её кухне как у себя дома. Даже я себе такого никогда не позволяла. Сам открыл нижний шкаф, сам достал варенье. Сам накрыл маленький столик у окна. На двоих. Ну, и на том спасибо. Голодный эльф решил поделиться вареньем. Чудо! Но лучше бы он при этом молчал. Куда там…

— Ты, правда, не знала, что я… э… не сын первого ряда?

О как! Ряда! Вот как наследнички себя считают — рядами и колоннами. Значит, Короед объяснил что я знаю, а чего не знаю. А я почти ничего не знаю. Огурец я, тепличный… Ну, магуйка керосиновая, чудовище синебрюхое, шпион иномирский! Сдал. Предатель. Покопался в моих мозгах и сдал. Растрепал! Это как же они качественно на своих тайных заседаниях мне кости-то перемыли? Надо будет у Нифсы взять уроки вокала, чтобы научиться выть как сирена. Сейчас я кроме разочарованного «у-у-у» всё равно ничего путного не выдам.

— Ну, не знала и что?

Главное — скорчить презрительную мину. Чтобы Лидорчик больше вопросов не задавал.

— Правда?!

Ой, сколько детского счастья. Умом он тронулся, что ли? Или мозг без варенья не соображает?

— Вот, прям, сижу и вру! Слушай, ТоннаЭля, какая мне разница в каком ты там ряду числишься и каким по счёту? Плевать мне, понятно? Тьфу! Я люблю вишнёвое без косточек. И вообще, я сюда за конфетами пришла, а ты мне варенье суёшь! Нифса, конфетки есть?

Конфетки были. Целая горсть. Как положено — в кармане фартука. Нифса… цвела и пахла от счастья. Даже Лидорчик обомлел. Вот так вот! Будет знать, кто кому няня. Да пусть он подавится этим вареньем.

— Это так прекрасно!

Или я сошла с ума, или Лидорчик.

— Что прекрасно?!

— Что ты не знала. И зубами в меня плевалась, и синяками мучила…

Гм. Мазохист. Что в может быть прекрасного в синяках? Они же болят. Эльфы — чокнутые, точно. То-то синий Таль так Ясе понравился — одна сплошная гематома. Качественная.

— Лидорчик… ты варенье-то кушай. И печенье тоже. Не могу я тебе сейчас для полного счастья синяк поставить. Мне разозлиться для этого надо. — Что там ещё больным говорят? — Не расстраивайся, я обещаю постараться и разозлиться до послезавтра. Сделай какую-нибудь пакость… Даже не знаю какую. После дяди все пакости кажутся мелкими, но я что-нибудь придумаю…

— Не надо! — М-да, пациент испугался. Лекарь из меня никакой. — Нир Караен сказал, что тебе понравилось, как я пою.

Когда Короед успел? Ах, да! Руками намахал, примус доисторический!

— Угу. Понравилось. — Ну, не врать же, что не понравилось. А хотелось.

— Я спою. Для тебя.

Уговорил. Лично для меня ещё никто никогда не пел. Имею право на компенсацию после всех страданий.

Что правда, то — правда — пел Лидорчик замечательно. Были бы ещё песни приличные — героические или там ещё какие, а то сплошная любовь и полное соплежуйство. Поймать бы тех поэтов и допросить. Зачем портить хорошую мелодию розами, соловьями и обязательным «растерзанным сердцем»? Что это за чушь: «Река моей любви течёт к тебе, сметая валуны и берега меняя…»? А просто река — никак уже не течёт? Ладно, не буду придираться, Лидорчик не виноват. Что сочинили, то и спел.

Спеть что-нибудь приличное для контраста я не успела. Явился Короед и позвал нас наверх. Нифса сняла фартук и тоже пошла. Интересно…

Чувствовала же — что-то не так. Дочувствовалась.

В гостиной обнаружился стол, покрытой праздничной скатертью, весь набор серебряных кубков (сорок восемь штук), кувшины с вином (пока что запечатанные) и шесть больших ковриг свежего хлеба. Хлеб пару часов назад допекла Нисфа, знаю. Но я думала, что он — только для гномов. Кто ещё впихнёт в себя такое количество за один вечер? Очень оригинальный ужин намечается.

В гостиной присутствовали все (после нашего прихода — совсем все) обитатели дома и даже сада — любители нехудожественных секир. Гномы. М-да… народу набилось как сельдей в бочку.

Вот оно… Меня усадили за стол, Короед с Ясей сели напротив. Пусть только кто попробует сказать, что сегодня поминки по моему дяде. Убью. Не задумываясь!

Оказалось, что всё не так плохо, но и не так, чтобы очень хорошо. Свадьба у нас. Обряд, то есть. Торжественное соединение Короеда и Яси. Ввиду героически-мстительного похода с неизвестным финалом эти двое решили узаконить свои отношения. Ставлю сотню золотых против медного, что никаких таких отношений между ними ещё не было. Я бы знала. Не смешите меня, они ещё даже не целовались (не считая того безобразного случая, когда Короед поцеловал Ясю, сидя в моей голове. Бррр).

Сначала я не очень понимала свою роль в предстоящем действии. То есть, как обычно — понимала неправильно. Думала, что от меня потребуется только озвучивание Короедовских слов. Озвучила. Короед поклялся Ясе в любви (до гроба, как водится, хотя его ценный гроб до сих пор пылился в моей спальне). Потом Яся выразила согласие навечно связаться с Сине-Керосиновым магом. Ладно, это я как-нибудь переживу. Всё равно им не видать совместной жизни, пока мы с Короедом совсем не рассоединимся. Короче, пока я чувствую, чем занимается Синтар-Керосин, никаких поцелуев и прочих прелестей Ясе с Короедом не светит. У нас, между прочим, за растление несовершеннолетних сразу отправляют на двадцать пять лет каторжных работ. А столько ещё никто не пережил. Гномьи шахты — не курорт. Сами гномы тоже — не сиропчик. Любят только секиры, но и секирой полюбить могут. Не знаю, правда это или нет, но уточнять у гномов не буду.

А слова и всякие там клятвы… пусть Яся с Короедом болтают, мне не жалко.

Наставница Ясанна взяла слово и сообщила всем присутствующим, что её родственники извещены и согласны. Не удивительно. Не согласиться с Ясей очень сложно, особенно, если она начнёт махать двумя железками сразу. Родственники, наверное, просто жить хотят, и уж точно — не видели жениха в его истинном облике. Они бы от такого «синяка» шарахнулись. Вот тут-то мне в голову и пролез жених-Короед.