Майя Зинченко - Путешествие мага Эдвина

  - Важная деталь. Ты знаешь, что рамедийские умертвия до сих пор считают меня своим командиром?

  - Я хорошо поколдовал в тот вечер, - губы Вольта разошлись в легкой ухмылке. - Хочешь собрать армию?

  - Нет, на это нет времени, - я покачал головой. - Это была случайная мысль.

  В правом виске кольнуло. Венец вновь собирался атаковать меня. Я невольно поднял руку к голове. Некромант понимающе кивнул.

  - Прощай, Эдвин. Уверен, что ты меня не подведешь.

  Его лицо растаяло, оставив после себя белое облачко пара. Несколько секунд я тупо смотрел на то место, где был мой старый друг, а потом крепко выругался. На горизонте вновь замаячили большие проблемы, и мне снова предстояло с ними разбираться. Но как это сделать я не имел ни малейшего понятия.

  Забрав крыс, несмотря на их протестующий писк, я сделал последнее усилие и пожелал вернуться обратно в комнату Тори. Меня вышвырнуло в реальность так быстро, что я, потеряв равновесие, упал на пол, едва не задавив собой животных. Это выглядело так, словно кто-то дал мне хорошего пинка, чтобы я не задерживался в междумирье больше положенного.

  - Мой генерал? - донесся сверху знакомый голос. - Что с вами? Вы заставили меня волноваться.

  - Почему? - спросил я, снимая венец.

  - Вы исчезли.

  - И долго меня не было?

  - Секунд тридцать.

  - Понятно... - я внимательно посмотрел на Весельчака, желая убедиться, что он по-прежнему является обладателем желтых огней, а не зеленых.

  Так и есть, Весельчак не изменился. Обозвав свою мнительную натуру нехорошими словами, я поднялся с пола.

  - Вот возьми... - я протянул крыс скелету. - Отдай их Фраусу. Пусть порадуется.

  Первоначально я хотел устроить эти заносчивым юнцам в звериной шкуре хорошую трепку, но сейчас мне было не до того. К тому же, они и так были напуганы. Даже не пытались укусить меня, когда я передал их в костлявые руки Весельчака.

  Скелет скрылся за дверью. Я в изнеможении сполз на кровать, опустив голову на руки. Все-таки венец не хуже энергетических вампиров пьет ментальную энергию. Я так устал, что не находил себе сил выйти из комнаты. Сейчас самым разумным было бы завалиться на кровать и проспать двое суток, но это было невозможно.

  За дверью послышался радостные возгласы и топот. В комнату ворвался директор. Он сиял как древняя золотая монета, начищенная заботливыми руками коллекционера.

  - Эдвин! У меня нет слов! - он всплеснул руками.

  - Вы правы, лучше ничего не говорите.

  Но, похоже, он меня не расслышал.

  - Эдвин! - директор схватил мою кисть и принялся ее трясти как безумный. - Вы сделали это! Я всегда знал, что на вас можно положиться.

  Я осторожно освободил руку, пока в радостном порыве он не оторвал ее вовсе.

  - Рад за вас и школу.

  - Вы же спасли нас! Если вам что-то нужно, прошу вас - не стесняйтесь. В любом случае, я не заботу об услуге, что вы нам оказали. Вы прекрасный, нет, самый прекрасный специалист...

  - Мне это и без вас известно, - я прервал его восторженные излияния и потер лоб.

  Резкий голос Фрауса звучал на редкость неприятно. Директор светился от радости, не переставая говорил, а у меня перед глазами был Вольт - высокий, тощий, в черной узкой мантии, еще больше подчеркивающей его худобу. Именно таким я видел его в последний раз. Встречу ли я еще моего друга или даже для некромантов смерть выносит окончательный приговор? Но ведь Вольт жив в каком-то роде. Если не придираться к мелочам, вроде отсутствия физического тела.

  А народ скелетов, которых он изучал - это ведь настоящая загадка природы. И мне нужно прибыть в горы Умарта, чтобы уничтожить эту загадку, пока она не принялась за уничтожение более простых существ - людей, к примеру. И как всегда у меня нет на это времени...

  По моему отсутствующему взгляду Фраус понял, что я его не слушаю, и наконец-то замолчал.

  - Мне нужно идти, - сказал я, поднимаясь.

  - Так скоро? - опешил директор. - А как же банкет? Мы думали устроить вечером маленький прием для сотрудников.

  Я невольно содрогнулся и не смог скрыть недовольную гримасу. Благодаря обилию торжественных приемов в прошлом году это простое слово до сих пор вызывает у меня ужас.

  - Нет, спасибо. Я буду занят. Как вы намерены поступить дальше? Замять дело?

  - Попытаемся. Конечно, если мальчики будут молчать.

  - А как насчет слухов? Ведь вся школа...

  - Кто обращает на них внимание? - отмахнулся Фраус. - В стенах школы чего только не бывает.

  - Я разговаривал с Эриком, он свою вину осознал, поэтому дополнительные наказания излишни. Надеюсь, эта парочка тоже будет вести себя пристойно.

  - Да-да... - глаза Фрауса забегали.

  - Вы же понимаете, что я не потерплю оскорблений в свой адрес.

  - О чем вы? - удивился директор.

  - Инцидент между Эриком и Тори произошел из-за моей персоны. Мальчик хотел защитить мое имя и репутацию.

  - Хм... - Фраус задумался на какое-то мгновенье. - Будьте уверены, что подобного больше не повторится. Я со всей ответственностью подойду к этому вопросу. Приму меры.

  Мне очень хотелось ему верить, потому что если письмо Эрика утверждающего обратное нагонит меня в пути, я все равно не смогу вернуться в столицу. И вообще я не школьный инспектор, чтобы этим заниматься.

  - Если я узнаю, что с Эриком обращаются как с бродягой в худшем смысле этого слова, то сам приму меры, - тихо сказал я.

  Вид у меня был достаточно грозный и Фраус понял, что я не шучу.

  - А теперь мне нужно идти, - снова повторил я. - Но прежде я бы хотел послать письмо.

  - Мои личные голуби в вашем распоряжении.

  - Еще мне нужен хрустальный шар.

  - И то и другое в моем кабинете, - сказал директор, открывая дверь и пропуская меня вперед.

  - Что, даже голуби?

  - Они в клетке на балконе.

  Выйдя в коридор, я был приятно удивлен не обнаружив толпы. Учеников увели в столовую дежурные наставники, остальные учителя разошлись по кабинетам, крыс в срочном порядке доставили к телам мальчиков. Эрик, я полагаю, был с ними и как раз в этот момент снова менял сознания местами. Возле стены, словно иллюстрация к книге о беспокойных духах гробниц стоял Весельчак. Увидев меня, он бросил подбирать стену и молча встал рядом. Вот что мне в нем нравится, так это его понимание, когда стоит лезть с вопросами, а когда лучше от них воздержаться.

  В кабинете Фраус гостеприимно попросил меня сесть в его кресло. Подвинув стопку бумаги и поставив клетку с сонными голубями, он тактично удалился.

  Первое письмо предназначалось Мелл. Да, разговор при помощи хрустального шара был бы намного удобнее, но я все равно не смогу с ней через него связаться. Я взял ручку со стола Фрауса, отмети про себя, что директор недурно устроился - у ручки было золотое перо, и склонился над белым листом.