Мелисса Круз - Тайные архивы голубой крови

Кингсли кивнул. Калигула и его темно-красные глаза с серебряными зрачками. Несомненный признак совращения. Агриппина-Азраил и Валерий-Аббадон загнали императора вниз по пути, к недавно скованным вратам, где уже ждал Кассий – Михаил. Победа в этой схватке далась им нелегко. Но они победили. Отправили дьявола в ад.

– Но какое отношение Рим имеет к тому, что произошло в Хранилище? – спросила Мими.

– Ну, для начала, поскольку заклинание сработало, это доказало, что Серебряная кровь по-прежнему существует и что они отыскали путь в наш мир. Чарльз в это не верил – во всяком случае, сперва, даже невзирая на все эти убийства. Боюсь, он до сих пор не поверил в это до конца. И хотел скрыть это от Комитета. Но ему нужно было что-то предпринять на тот случай, если он все-таки ошибается, потому он отправил меня к Корковадо. Потому что если бы Серебряная кровь действительно вернулась, первым делом они бы направились именно туда, освобождать Левиафана.

Мими кивнула, принимая объяснение.

– Ты что-нибудь знаешь о вратах? Об Ордене семерых? – спросил Кингсли.

Мими пожала плечами.

– Увы, меня в это собрание не пригласили. Я удивилась не меньше всех прочих, когда оказалось, что на этот цикл в отцы нам выбрали Михаила. Он в курсе, что мы никогда не были большими поклонниками этих так называемых неразвращенных. Во всяком случае, я никогда не была.

Кингсли изложил ей то, что сам знал о вратах ада, о привратниках, призванных охранять их, и о своей роли во всем этом.

– Врата охраняют пути и держат демонов запертыми в преисподней. Врата должны были не дать заклинанию сработать. Но оно сработало. Это было испытанием. Серебряная кровь сумела прорваться через преграду. Чарльз подозревал, что Люцифер выбрался в мир путем, которого мы не ожидали и не предвидели.

– Но каким?

– И вправду – каким? Особенно после того, как Совет принял меры с учетом самой серьезной угрозы.

– Боже мой. Я совершенно об этом позабыла,- выдохнула Мими, прижав ладони к щекам, словно пытаясь спрятаться от истины.- Это же был ты. Это ты забрал Габриэллу после того, как у меня не хватило на это храбрости.

Кингсли кивнул. Это задание поручили близнецам, но те отказались, заявив о его неправомерности, и тогда они с Форсайтом похитили Габриэллу из ее комнаты. Он помнил все. Роды в полной тишине, перепуганных повитух, Чарльза с Лоуренсом, забирающих дитя… обгорелые пеленки, ужасный запах смерти вокруг. Затем Габриэлла проснулась, не помня ни о постигшем ее тяжком испытании, ни о том, что она вообще родила дитя.

– Думаю, никто из нас не простил себя за то, что мы сделали в ту ночь. Ни я, ни Лоуренс, ни Чарльз, ни Форсайт. Война – ужасная вещь. В ней нет места для милосердия.- Лицо Кингсли исказилось. У него пропало всякое желание продолжать разговор. Несчастный Лоуренс, его друг и наставник! А теперь и Чарльз пропал.- В общем, это все.

– Ах, Кингсли…- мягко произнесла Мими. Кингсли поднял голову и, к своему удивлению, обнаружил, что у Мими на глаза навернулись слезы. Она нежно погладила его по щеке.

Мими молча смотрела на него, и в ее глазах он увидел прощение и понимание, две вещи, о которых сильнее всего мечтал и которых менее всего ждал. В Рио Кингсли преследовало ощущение, будто он малость злоупотребил сложившейся ситуацией – они так устали после того броска через джунгли, что она наверняка была слегка не в себе, когда той ночью постучалась в дверь его комнаты и искала утешения в его поцелуях. Именно поэтому с тех пор он держал Мими на расстоянии.

Но теперь она была здесь. И сама потянулась к нему. И произнесла:

– Мне ужасно, ужасно жаль…

Он ждал этих слов целую жизнь – множество жизней,- он жаждал их услышать, и особенно жаждал их услышать от Азраила, от той, что пренебрегала им на протяжении столетий (не только Аббадон увивался за девушкой, которую не мог заполучить). Она насмехалась над ним в Риме – надменная красавица Агриппина, у которой никогда не находилось времени для такого ничтожества, как Гемелл,- над редкостью, одинокой душой, которая никогда ни с кем не была связана узами. Над Гемеллом, который любил и боготворил ее издалека. И вот теперь она в его объятиях…

Победа была сладка. Кто бы мог знать, что путь к сердцу женщины лежит через душу порядочного мужчины?

Кингсли Мартин никогда не понимал женщин. Но это не имело значения. Ему и не надо было понимать Мими. Ему нужно было лишь одно – любить ее, и это он мог.

Наследие Ван Аленов и пути мертвых

Перед смертью Лоуренс ван Ален открыл Шайлер тайну: она была наследницей не только имени ван Аленов. К ней переходило иное, очень важное наследие. Лоуренс велел ей выяснить подробности у Чарльза, но тот попал в засаду, устроенную Серебряной кровью во время Вампирского бала в Париже, и оказался пойман в «сабвертио», заперт в белой тьме. Разузнать, что именно было ему известно, стало невозможно.

Однако же, когда Шайлер вернулась в Нью-Йорк, Аллегра вышла из комы – ее пробудила из бессознательного состояния глубинная память о другой дочери,- и в безопасности глома она смогла поведать Шайлер историю врат ада и путей мертвых.

Во времена до сражения на небесах и низвержения Люцифера пути между мирами были открыты. Ангелы свободно передвигались между небесами, землей и подземным миром. После падения, когда Люцифер с его армией ангелов были изгнаны, пути в рай закрылись навеки. Но семь путей в преисподнюю оставались открыты. Это были пути мертвых.

В Риме, до того как в Калигуле опознали Князя тьмы, Михаил-Кассий был ближайшим советником императора. Когда Калигула обнаружил, что один из путей мертвых пролегает под Лютецией, советник убедил его сковать на пути врата, чтобы держать демонов взаперти. Калигула украл ключ у Кассия и, проявив свою истинную сущность, выпустил мерзость в мир. Результатом стала битва в Риме. В конце концов Агриппина и Валерий (Азраил и Аббадон) сумели загнать Калигулу к недавно созданным вратам, и Кассий (Михаил) отправил его в ад, заперев там Князя тьмы.

После событий в Риме Михаил приказал, чтобы Голубая кровь отыскала остальные шесть путей и возвела на них врата, дабы обезопасить границы между мирами и защитить землю от тварей преисподней. Стражи и привратники врат ада получили название Орден семерых – по одному от каждого из семи изначальных семейств Совета. Привратники разошлись по свету; они не знали друг друга и передавали тайну в своих семьях из поколения в поколение.

Привратники должны были беречь врата, а врата, наполненные небесной силой ангелов, должны были хранить мир от Князя тьмы и его легионов. Но когда с ходом столетий нападения Серебряной крови стали учащаться, Лоуренс заподозрил, что врата ослабели и что Люцифер изыскал способ выбраться из преисподней.